Андрей Ткачев – Родословная. Том 6 (страница 4)

Попытки лингвистического анализа непосредственно в пределах Разломов также не принесли значимых результатов. За всё время существования Разломов человечеству удалось лишь частично расшифровать их письменность. И даже этот скромный успех, как я подозреваю, был достигнут благодаря сотрудничеству с ковенами ведьм, чьи познания в древних языках оказались бесценными.

Бьянка как-то обмолвилась, что знания её ковена, как и многих других, отчасти берут начало в подобных источниках. Ведь именно магический ритуал ведьм привёл к появлению первых Разломов. Однако эта тема оставалась своеобразным табу — моя подруга никогда не развивала её в наших беседах.

Впрочем, меня больше интересовали практические аспекты. Чародейные практики ведьм были мне недоступны по природе. Куда важнее было понимать принципы нейтрализации их магии, а для этого требовался не академический интерес, а конкретный боевой опыт.

Тем временем напряжение между гоблинами нарастало. Хотя шаман сохранял спокойствие, его свита уже хваталась за оружие, которое выглядело жалко на фоне вооружения неожиданных гостей. Несмотря на явное превосходство противника, местные гоблины демонстрировали готовность к схватке.

Мои наблюдения прервал внезапный рывок одного из гоблинов-воинов. Существо резко остановило спор, настороженно замерло, а затем направилось к месту засады моего бойца. Было ли это случайностью или он действительно что-то учуял — не имело значения.

Мгновение — и я уже мчался вперёд. Необходимо действовать.

Мой бросок стал сигналом к атаке: остальные вампиры молниеносно вырвались из укрытий и обрушились на гоблинов. Никто из этих монстров не был готов к такому внезапному нападению. Обычные обитатели лагеря начали падать под ударами моих бойцов, но настоящая угроза исходила от шамана и элитного отряда рядом с ним.

Хотя между ними и назревал конфликт, теперь уже не имело значения, чем мог закончиться их спор. Приходилось действовать в сложившейся ситуации. Пока мои воины расправлялись с рядовыми гоблинами, я направился прямо к шаману — в любом сражении маги представляют наибольшую опасность.

Трое гоблинов-воителей бросились мне наперерез. Первый замахнулся тяжёлым мечом, пытаясь рассечь меня по диагонали сверху вниз, но я легко уклонился и нанёс сокрушающий удар в грудь. Даже металлические доспехи не спасли его — с грохотом отлетев, он выбыл на какое-то время из боя.

Два других атаковали синхронно: один целился в голову, второй — в ноги. Я сделал обманное движение, затем резко изменил траекторию, избежав обоих ударов, и мгновенно контратаковал. Два мощных пинка отправили воинов в разные стороны.

— Любопытно… — я прислушался, но не услышал характерного хруста. — Значит, вы, действительно, крепче своих сородичей.

На моём лице появилась довольная ухмылка. Наконец-то достойные противники! Пять веков назад лишь ведьмы да оборотни представляли реальную угрозу. Обычные же люди… они давно перестали быть серьёзными соперниками. Сложно обычным воинам поспевать за вампиром, который банально передвигается быстрее, а это не говоря о других гранях наших способностей.

Тем временем бой на этом ещё не закончился, впереди меня ждал шаман, который тоже не стоял без дела.

Глава 3

Хотя я и справился с тремя гоблинами, выведя их временно из боя, сражение было далеко не окончено. Эти воины дали шаману драгоценные секунды для подготовки. Этого хватило — старый гоблин взмахнул посохом и ударил им о каменный пол пещеры. Раздался мелодичный звон браслетов и колокольчиков, украшавших его оружие, и в следующий миг пещера погрузилась в абсолютную тьму.

Похоже, шаман применил либо иллюзию, либо особое проклятие. Мы лишились зрения (что я слышал по тихой ругани моих людей), но остальные чувства сохранили. Для обычного отряда Стражей, особенно магов, привыкших полагаться на зрение, это стало бы серьёзной проблемой. Но мои вампиры лишь на мгновение замедлились — подобные тренировки мы проходили не раз.

Вампиру не нужны глаза, чтобы видеть жертву. Нам достаточно было слышать малейший шорох, чувствовать движение воздуха и, конечно, стук сердец. Ритм кровотока давал полную картину — не только местоположение противника, но и траекторию его движений. В кромешной тьме мы сражались не хуже, чем при свете.

Шаман, вероятно, уже предвкушал победу, рассчитывая, что ослеплённые враги растеряются. Но его расчёты не учитывали нашу природу. Я рванул вперёд, ориентируясь по звуку и теплу тел.

Навстречу мне вышли два новых противника, умело орудовавших копьями. Пришлось сделать шаг назад, парируя их удары, но большой угрозы они не представляли. Мне хватало навыков рукопашного боя и защиты доспехов — я не собирался позволять им даже царапнуть себя.

Отведя удары в сторону, я выбрал момент для контратаки. Первый гоблин рухнул к моим ногам. Второй неожиданно швырнул копьё и достал из-за пояса топорики. Судя по звуку, как они рассекают воздух — короткие с широким лезвием.

— Наконец-то что-то интересное, — усмехнулся я, уклоняясь от удара.

Но радоваться было рано. Где-то в темноте шаман наверняка уже понял, что его чары не сработали как планировалось. Хотя темп боя немного снизился, мы продолжали теснить гоблинов, сокращая численность отряда шамана. Это явно не улучшало его настроения.

Топорики взметнулись одновременно с разных сторон, не оставляя мне ни мгновения передышки. Этот гоблин, действительно, удивлял своей выучкой, но долго продолжаться это не могло. Дождавшись подходящего момента, я резко перехватил его правую руку, а когда он замахнулся вторым топориком — ловко увернулся, закручивая его руку за спину.

Осталось лишь подсечь ноги противнику, усилить давление на скрученную руку — кости затрещали в нескольких местах — и нанести точный удар ладонью по плечу второй руки. Гоблин подо мной взвыл от боли и бессилия, но я не стал его добивать. Жалость к этому существу? Нет. Просто каждая секунда на счету — шаман продолжал стучать посохом, явно готовя новый трюк.

— Хватит уже колдовать, — тихо произнёс я, вновь бросаясь вперёд.

На этот раз я ловко уклонялся от гоблинов-воинов, пытавшихся преградить путь. Неизвестно, что именно замышлял шаман, но допускать новые его выходки было нельзя. Потери среди своих людей в этом бою я не планировал терпеть.

Тем неожиданнее для меня стало, когда я почти дотянулся до шамана, ощутить резкий захват на руке. В темноте невозможно было разобрать, что именно её сковывало — верёвка, кнут или что-то иное. Мой рывок прервался, а гоблин-воин явно злорадствовал, чувствуя себя победителем, сумевшим остановить непобедимого врага.

Смешно. Насколько же наивны эти существа… Хотя люди ненамного отличаются от них, хоть и будут это отрицать.

Вместо того чтобы бороться с захватом, я резко дёрнул руку на себя. Гоблин отчаянно сопротивлялся, но его сил и веса не хватило — с пронзительным криком он полетел вперёд, прямо ко мне. В этот момент навстречу уже бежали двое других воинов, но важнее был шаман — его посох издал сложную мелодию, и вдруг исчезли все звуки.

Теперь и слух отнял? Что дальше? Обоняние?

Возмущаться по этому поводу было бессмысленно. Я по-прежнему прекрасно чувствовал расположение противников и не собирался останавливаться. Да, моим людям теперь пришлось бы сложнее — магам нельзя использовать масштабные заклинания, чтобы не задеть своих. Но это не стало серьёзной проблемой.

Я сделал последние два шага к шаману. Все его приготовления оказались напрасны. Оставалось лишь продемонстрировать ему всю глубину его ошибки.

Отчасти я ожидал подобного развития событий. Такой огромный шатёр явно служил не просто для отдыха — давно известно, что гоблины обладают выраженной племенной структурой и хищными наклонностями. Если шаман содержал такие хоромы, значит, за этим скрывалось нечто большее, чем просто место для отдыха и развлечения. Плотная ткань шатра скрывала содержимое, но что тревожило больше — я не ощущал внутри признаков жизни.

Когда я бросился к шаману, а он отступил на шаг назад, мои опасения подтвердились. Из-за его спины выпрыгнули две массивные туши — явно мёртвые гоблины, подвергшиеся посмертной модификации. Их тела раздулись, став в несколько раз крупнее обычных сородичей, а зелёная кожа покрылась кровавыми символами, которые теперь тускло мерцали в темноте пещеры.

Шаман направил на меня посох, выделяя как цель для своих созданий. Мёртвые белёсые глаза уставились в мою сторону, но в них не было и намёка на сознание. Тем не менее, оба монстра оскалились и бросились в атаку, размахивая шипастыми дубинками. Им не требовалось искусство фехтования — с их силой и скоростью достаточно было просто размазать жертву по полу.

Интересно, как я всё это разглядел? Все из-за того, что шаман потерял контроль над своими проклятиями, когда я приблизился вплотную. Зрение и слух вернулись, а с ними — и свобода действий. Теперь можно не сдерживаться и не опасаться, что я кого-то случайно задену.

Я легко увернулся от первого удара, позволив гоблину-монстру врезать по своему же сородичу, пытавшемуся подкрасться ко мне сзади. Удар дубинки превратил воина в кровавое месиво — хорошее подтверждение, что эти создания не различали друзей и врагов.

— Тупые куклы, — проворчал я, наблюдая, как неуправляемые монстры крушат своих же.