Андрей Ткачев – Младший сын князя. Том 5 (страница 19)

Правда, попытки выстроить новые необходимые мне связи с другими студентами я был вынужден отложить в долгий ящик. Не из-за того, что занял первое место и теперь много первогодок пытались сами со мной подружиться, а потому что Снежана рассказала мне о возможности посетить руины древнего города.

— Это древний город Сабадель, — рассказала она мне при встрече. — Он существовал ещё во времена активных действий кровавого культа, но был по каким-то причинам уничтожен больше шестисот лет назад. До недавнего времени путь туда был закрыт, поскольку там бушевала магическая буря. Мне даже страшно представить, насколько сильным был тот маг, чтобы на протяжении стольких лет мана так себя вела в результате использованного заклинания.

— Скорее всего, это было коллективное заклинание, которое имело какой-то внешний источник, поддерживающий конструкт активным, — высказал я своё мнение.

В этом мире, в котором не было аналитиков магии, вполне возможно, что могут существовать магические конструкты, которые будут существовать достаточно долго. Пока есть источник энергии, это вполне возможно, а грубые методы тут могут совсем не помочь.

— Возможно, сложно исследовать такую аномалию, когда к ней и близко невозможно подойти, — кивнула Снежана, следом поправив очки. — В общем, нам точно туда стоит пойти. На экскурсию берут только первый и второй курс, причём только тридцать лучших знатоков теоретической магии. Я послала свою рекомендацию для тебя, но, скорее всего, тебе всё равно придётся сдать проверку на знания… извини… Мне хотелось бы быть там с тем, с кем можно будет всё это обсудить.

— Брось, ты и так много сделала для меня, — искренне поблагодарил я в ответ. — Да и подумаешь, проверка, что может случиться?

— Проверять будет одна довольно дотошная преподавательница. Я в твоих знаниях не сомневаюсь, но она терпеть не может тех, кто не ходит на её курсы, — покачала она головой. — Намучаешься ты с ней.

— Это уже её проблемы, — улыбнулся я в ответ, и добавил: — Когда проверка будет, не знаешь?

— Завтра, — сразу же ответила девушка.

— Тогда ты не против помочь мне немного подготовиться, а то, сама понимаешь, что я не посещал лекций по этому предмету?

— С радостью, — тут же тепло улыбнулась Снежана, слегка покраснев. — Я тут как раз нашла один интересный фолиант по основам магии, она наверняка тебя про него спросит.

— В таком случае не будем терять времени, — улыбнулся я в ответ, после чего мы приступили к моей подготовке.

Глава 14

Вот, казалось бы, я уже как минимум четыре месяца изучаю теоретическую магию, причём в таких количествах, в которых далеко не каждый студент погружён в эту тему.

Более того, со мной был также опыт из предыдущего мира. Конечно, теорию там мне почти не доводилось изучать, кроме тех моментов, которые были полезны чисто в прикладном направлении, но опыт применения магии помогал рассуждать в самых разных плоскостях.

Однако мне не приходило в голову, что я уже пятый час буду проходить проверку от Елизаветы Викторовны Морозовой. Это была стройная женщина семидесяти лет, которая, несмотря на возраст, хорошо сохранилась и выглядела максимум на пятьдесят и обладала той неуловимой женственностью и статью.

Правда, её характер оставлял желать лучшего. Не знаю, то ли это из-за того, что она уже сорок лет учит студентов в Академии или потому, что женщина сама принадлежала к княжескому роду, но факт оставался фактом.

К третьему часу я окончательно убедился, что она действительно ведёт себя очень предвзято ко мне. Особенно из-за того факта, что я до этого ни разу не посещал курсы теоретической магии. Елизавета Викторовна будто отказывалась верить, что я могу иметь такие познания без работы под её чутким руководством.

Именно поэтому мы сидели друг напротив друга, и я отвечал на нескончаемый поток вопросов, то и дело защищая свои позиции. И если в первые два часа это было интересно, то дальше откровенно утомляло.

— Хорошо, теорию о построении модели Сангриэля вы знаете, — нейтральным голосом произнесла она и посмотрела мне в глаза. — А третий закон преобразования магии Энгельса? Изложите его суть вольным трактатом одним предложением.

— Пассивные частицы магии остаются такими до тех пор, пока на них не начнёт воздействовать внешняя сила, — с трудом сдерживая зевоту, ответил я. — От себя могу ещё добавить, что этой внешней силой может являться как ядро маны, так и некоторые разновидности магических кристаллов, хранящих в себе нестабильную энергию или, другими словами, те же активные магические частицы.

— Евгений Львович, будьте добры, отвечайте только на те вопросы, которые я вам задаю, — нейтральным голосом ответила преподавательница, однако своё недовольство, несмотря на весь стаж работы, она скрыть не смогла. Или же не хотела. — Теория Левина?

— Изменение магического фона зависит не от количества активных частиц в воздухе, а от плотности и степени самой активности.

— Теория Лайда?

— Создаваемый магический конструкт является частью ядра, из-за чего при насильственном прерывании заклинания страдают каналы маны и само ядро, — сходу ответил я.

— Однако эта теория… — она взяла паузу, чтобы я продолжил вместо неё.

— Была опровергнута сорок лет назад Григорием Павловым, в своём трактате «Принципы работы магических конструктов и как они влияют на развитие магов».

— А почему её опровергли? — Морозова встала из-за стола и стала расхаживать назад-вперёд, ожидая ответа.

— Потому что согласно теории Павлова, причиняемый ядру вред из-за насильственного прерывания заклинаниям происходит только по причине попадания чужеродной энергии в организм мага. В случае обычного прерывания заклинания страдают энергетические каналы, поскольку у маны не остаётся точек выхода наружу.

— Тогда каким образом мана выжигает энергетические каналы, если пассивные частицы не способны навредить человеку? — решила, видимо, она подловить меня на каверзном вопросе.

— Согласно той же теории Павлова, в момент, когда мана перетекает по энергетическим каналам в магический конструкт, пассивные частицы переходят в активное состояние. Именно активные частицы выжигают энергетические каналы в случае прерывания заклинания или слишком частого его использования. То же самое касается воинов, использующих усиление тела — чем дольше это происходит, тем больше вреда и микротравм получают каналы.

Елизавета Викторовна посмотрела на меня задумчивым взглядом. Всё из-за её вопросов и моих ответов. Причём последний вопрос даже не лежал в рамках академической программы.

Да, понятно, что лучшие ученики будут искать информацию и за пределами обычной академической программы, в которую просто невозможно всё уместить, но наша беседа в таком ключе длилась уже более пяти часов, когда обычная проверка длится не больше часа.

— Тогда скажите, что… — женщина хотела задать вопрос, но моё терпение уже стало подходить к концу.

— Елизавета Викторовна, я всё понимаю, но так дотошно даже докторскую не защищают, как вы меня тут держите, — посмотрел я этой женщине прямо в глаза.

— Не хамите мне тут, Евгений Львов. Я только делаю свою работу и проверяю ваши знания, тратя на это столько времени, сколько нужно, что проверить ваши познания и дать им оценку, — повторила она заученную фразу.

— Боюсь уточнить, сколько времени на это нужно, — не скрывая раздражения, ответил я. — Я, вообще-то, княжич и не привык разбрасываться своим временем.

— Только в стенах этого заведения ваш статус ни на что не влияет, — с победным видом возразила преподавательница.

— Так оно и есть, только ваше поведение заставляет меня задуматься о вашей профпригодности, — на миг в глазах Морозовой промелькнула злость. Вряд ли кто-то кроме меня смел с ней разговаривать в таком ключе. — Возможно, мне стоит доложить ректору, что вы намеренно не хотите меня допускать к руинам города Сабадель?

— К руинам города допускаются только лучшие ученики, знающие теоретическую магию, как свои пять пальцев, — она остановилась и пристально посмотрела на меня. — Как я могу быть уверена в том, что человек, который ни разу не посещал курсы, в достаточной мере знает материал?

— Я прошу прощения, а предыдущие четыре часа мы чем с вами занимались, если как не оценкой знаний? Мне кажется, я в достаточной мере показал, что знаю теорию, — судя по изменившемуся взгляду преподавательницы, на это ей было почти нечем возразить.

— Места на экскурсии ограничены, а желающих значительно больше. У них так же обширные познания в теоретической магии, из-за чего очень непросто сделать выбор.

— В таком случае я всё равно буду вынужден обратиться к ректору, потому что вы сами сейчас говорите о своей некомпетентности в этом вопросе.

— Евгений, не зазнавайтесь! Вы разговариваете с преподавателем Академии, и я также могу пожаловаться на ученика, что не уважает преподавателей, — нахмурилась она.

В этот момент я прекрасно понял слова Снежаны о том, что я с ней намучаюсь. По сути, Елизавета Викторовна пыталась всеми силами меня завалить, найдя хотя бы один вопрос, в котором я бы не разбирался или не имел хотя бы поверхностное знание.

Я могу так просидеть ещё несколько часов, и она всё равно ответит, что мест свободных больше нет, и вся эта проверка не имеет никакого смысла. Просто из личной неприязни ко мне или из-за покровительства любимым студентам — такой возможности я тоже не исключал.