Андрей Ткачев – Кузнец (страница 35)

На то, чтобы найти нужную информацию, ушло около часа. Приложив читательский билет к сканеру уже в пятый раз, я принялся за чтение. Почти с первых букв убедился, что моя догадка была верна.

Юра, судя по информации с ресурса, действительно, имеет редкий дар приручателя. Вместо духовного оружия у него способность — создавать духовную связь с другим объектом или существом. Человек с такой способностью может приручать монстров и животных. Причем есть разные уровни владения духовными связями, существуют разные ответвления и способности, но суть одна — приручение.

Чем больше я читал, тем больше убеждался, что Юра в его возрасте и с его уровнем подготовки, способен приручать лишь слабых детенышей монстров. Нельзя исключать, что его дар мог бы навсегда остаться в секрете, как от него самого, так и от остальных, так как найти вот так просто детенышей мальчику-простолюдину нереально. Поэтому, можно сказать, что нам очень крупно повезло.

Изучив всю необходимую информацию с ресурса, я выбрал несколько книг. Найти конкретно про развитие дара приручателя даже не надеялся, поэтому взял такие, что в общем объясняли основы развития магического дара, без оглядки на специальность. А бонусом — книгу о дрессировке животных и еще одну, художественную, про какого-то очень крутого парня, что оказался в джунглях и научился приручать диких животных. В общем, искал те книги, что помогут мальчику самостоятельно разобраться в своих возможностях.

Уже на днях Юра станет официальным слугой рода. Это ведь и для меня большая ответственность. Мне придется уделять ему больше времени, впрочем, это не в тягость. А наоборот — новый интересный опыт. Думаю, когда он станет сильнее, как маг, мне придется подыскать ему детенышей других монстров, а иначе без практики дар не развить.

День начинается не с кофе. В моем случае с разминки, хорошей и функциональной. Как я начал делать ее десять лет назад вместе со старшими братьями, так до сих пор ни разу и не пропускал. Даже когда болел и не мог подняться с кровати, то все равно делал разминку.

Сразу после — ледяной душ, он бодрит и освежает. Готовит к новым свершениям. И первое мое свершение на сегодня — съесть вкуснейший завтрак и не лопнуть. Сегодня Вера Павловна приготовила что-то особенное.

От пирамиды горячих масленых блинов, что блестели в утренних лучах солнца, все еще шла легкая дымка. Рядом стояла тарелка с оладьями, золотистыми, в меру подгоревшими, пышными и мягкими. Клубничное варенье в маленькой миске, в нем еще плавали целые красные ягодки, — вишенка на торте.

Михаил уже уехал в Гильдию. Перед этим он, не сомневаюсь, что специально, показался мне на глаза. Придраться к его внешнему виду, к деловому костюму было нельзя. Молодец парень, быстро учится.

Елена отправилась на курсы, она предусмотрительно проснулась пораньше, чтобы успеть сделать все утренние дела, вот что значит рвение к учебе. Поэтому в поместье со мной были только управляющий и его жена.

— Как слышно? Прием! — неожиданно прозвучал механический голос Наглого, как гром среди ясного неба.

Я осмотрелся по сторонам, но прежде чем успел что-то спросить, заговорил Валерий Павлович, виновато пожимая плечами.

— Простите, Роман Иванович. Моя вина, не предупредил, — управляющий подошел к барной стойке, что возвышалась неподалеку от стола и, взяв самую обычную рацию, протянул мне.

— Слышно, — ответил я, нажав кнопку.

— Господин, тут какая-то девушка пыталась проникнуть на территорию. Говорит, что к вам. Мы ее не пустили. Что прикажете делать?

— Красивая? — усмехнулся я и тем заготовил комплимент для особы, которая пожаловала сюда. Ей приятно, а мне — мелочь.

— Да, симпатичная, — ухмыльнулся Наглый.

— Тогда пропускай, — выдержав небольшую паузу, разрешил я.

— Рома, это я, — послышался знакомый голос.

— Проходи, Лиза. Я как раз сейчас освобожусь.

Как же быстро закончились блины. Я взял последний из них, ловко свернул в треугольник и поймал кончиком красную сочную клубнику. Раз, и вся эта неописуемая сладость растаяла на языке. Открыв глаза, я увидел Лизу, она стояла у крыльца и скромно махала мне рукой.

— Привет, Рома, — она мило улыбнулась.

— Привет, заходи.

Она неуверенно пошла в мою сторону.

— Да смелее, я не кусаюсь. Кстати, ты любишь оладьи с вареньем?

Кое-как мне удалось усадить рыжую скромницу за стол. В Подземелье и то она чувствовала себя в куда более привычной обстановке, чем здесь. Оно и понятно, не все дети рождаются с золотой лож… То есть, в семье аристократов с толпой слуг.

— Да, правда, безумно вкусно!

— Если хочешь, проси добавки. Не стесняйся.

К Лизе я относился исключительно хорошо, поэтому с улыбкой смотрел, как она наслаждается едой. Но все хорошее рано или поздно заканчивается, как и завтрак. Мы остались за столом только чтобы попить чай, а еще она очень хотела о чем-то поговорить.

— Я должна извиниться за Артура… — она смешно сморщила нос. — Прости, пожалуйста, за это недоразумение.

— Нет, стоп. Ты не должна за него извиняться.

— Эм… но мне не нравится, как он поступил. Никому из нас не понравилось. Он говорил, что не будет вести себя, как придурок, а повел, как настоящий…

— Артур неисправим, но ты не должна за него извиняться, — я улыбнулся, попивая сладкий фруктовый чай с долькой лимона.

— Рома, скажи, ты хочешь, чтобы он извинился? — вдруг посмотрела на меня девушка.

— Нет, не нужны мне ничьи извинения, — покачал я головой.

— Тогда… Ты вернешься в команду? — она тяжело глубоко вдохнула.

— Нет.

— Но почему?

— Я хорошо отношусь к тебе, Вики и Владу. Но в этом для меня больше нет смысла, Артур просто ускорил неизбежное. Понимаешь? Нам и так было недолго по пути, но ведь было классно, — я дружелюбно улыбнулся.

— Угу, — грустно вздохнув, Лиза понимающе кивнула. — Тогда я пойду?

— Постой. Когда вы станете сильнее, я с радостью подпишу контракт. Я хотел добавить только это.

— Когда мы станем сильнее, будет уже поздно, — она пожала плечами.

— Что я слышу? — даже слегка удивился я такому ответу. — Черт возьми, Лиза, ты же неисправимая оптимистка.

— Ну, да, наверное. Ладно, спасибо за вкусный завтрак, — сбивчиво ответила девушка и встала из-за стола.

После ее ухода как-то тускло стало в комнате, будто солнце не желало светить на нас в такой момент. Появилось легкое ощущение грусти и упущенных возможностей. Могу представить, что почувствуют ребята, когда узнают, что я не вернусь.

С другой стороны, они все равно должны были понимать, что это не зайдет далеко. Тем более, после того, как я показал им, что у меня целый арсенал стихийных мечей и признался в аристократическом происхождении.

А еще мне теперь интересны более низкие этажи Подземелья. Ребята и Артур просто не смогли бы туда спуститься со мной, а ждать их — значит, терять время. Это для меня непозволительная роскошь, я еще слишком мало всего достиг. Возможно, даже хорошо, что Артур так себя повел, не придется встречаться только для того, чтобы попрощаться.

Бетонные стены и пол тренировочного зала повидали тысячи техник, столько пота и крови, что, сделай из них кто-нибудь големов, те непременно стали бы лучшими мечниками в стране.

Братья Черновы, Геннадий и Максим, считали, что ничто так не сближает братьев, как спарринг с применением духовного оружия. На самом деле это было настоящее ожесточенное сражение, с кровью, глубокими ранами и переломами.

Братья считали, что на их уровне силы стандартный спарринг — просто баловство, бессмысленные игры для детишек. И такие тренировочные бои, все же братья сражались не до смерти, подразумевали некоторые сложности. Поэтому у дверей зала всегда дежурили лучшие целители в городе. Однажды один из братьев чуть не умер, но это их только сблизило и стало отличным поводом для шуток.

— А ловко ты! — Максим с довольной улыбкой смотрит на рассеченную руку, из раны капает кровь. — Пожалуй, оставлю этот шрам на пару месяцев.

— Хах, — усмехается Геннадий. — Оставь, пора бы уже перестать пропускать этот удар. Вечно ловлю тебя на этой связке.

— Да, пора. Меняем!

Вместе с выкриком Максим отбрасывает рапиру в сторону. Гарда в виде грациозного дракона завывает, навершие — несколько языков пламени, царапает бетон, пока не упирается в трещину. Оружие стоимостью в двадцать миллионов рублей звонко ударяется о бетонный пол и оказывается у стены.

Геннадий в этот же миг рассеивает свое духовное оружие — рапиру. Он резво выхватывает из стойки большой двуручный меч. Лезвие серебряное, как луна, рукоять — черная, как смоль. Пятнадцать миллионов стоило это чудо с навершием в виде полумесяца и рунами на клинке.

— Не в этот раз! — кричит Максим и улыбается.

Он успевает материализовать духовное оружие — огромный двуручный меч. Братья обмениваются ударами — парируют, рубят. Сталь настоящая громко звенит о духовную.

Вскоре кровь и пот летят во все стороны, мышцы трещат, как натянутые канаты, но все это не повод, чтобы забыть про важные дела или позволить животному началу взять контроль над телом.

— Братец оказался более удачливым, чем мы думали! — Максим обрушивает тяжелый клинок сверху.

— Или твои наемники — никчемной дрянью! — парирует Геннадий, как слово, так и меч.

Удар сокрушительный. Вибрация разбегается по их телам.

— Неважно, сейчас уже от него так просто не избавиться.