Андрей Ткачев – Дворянство (страница 24)

Нет, не сам дикий, а его сердце. Точнее, место, где оно находилось.

Какие бы внутренние ощущения ни были нехарактерными для меня и странными, меня это не пугало. Не пугало слышать и чувствовать сердцебиение. А также, где-то внутри себя я понимал, что то, что я ищу, находится именно там.

Мои ногти самостоятельно вытянулись, почернели и стали крепче, чем положено человеку даже без моего сознательного участия. Рука замерла над грудью врага и…

— Ты что делаешь? — удивлённо спросил кот, оказавшись рядом.

Кактус запрыгнул на грудь дикого, принюхался и пробурчал:

— Нужно добить. У него пошли восстановительные процессы в теле. Учитывая, что переломан шейный позвонок, он через… — кот принюхался, облизнул нос мужчине замерев на несколько секунд. — Через две-три минуты, начнёт подавать признаки жизни. Самое простое…

Он начал перечислять, что я могу сделать, чтобы умертвить его навсегда. Но я слушал его вполуха. Смотрел на свою правую руку и на место, где билось сердце поверженного монстра. У меня подскочило артериальное давление, проступила кровь из носа, а ультразвук, который эхом начал разлетаться по мозгу… давил. Давил сильно. Я не слышал ничего вокруг, лишь чужое сердцебиение.

И спустя ещё пару секунд, голос неизвестного мне происхождения начал монотонно твердить одно и то же:

— Съешь! Съешь! Съешь!

Ладонь опустилась на грудь. Пальцы сжались, разрывая грязную футболку на теле дикого. Ногти чуть утопились в кожу, и в местах «касания» начала проступать кровь. Ровно в этот же миг, мое тело начало наполняться какой-то чудовищной силой!

Энергия, перетекающая в мою руку из груди этого монстра, питала меня. Утоляла голод и, кажется, что-то укрепляло в моём собственном теле. Кактус, который стал свидетелем моего рыка, вырвавшегося спустя мгновение, выпучил глаза и зашипел на меня, даже отскочив на пару метров подальше.

Мне было плевать. Я ел. Ел, не зная что, и не зная как. И это было… приятно.

Путь домой занял несколько часов. А все почему? А потому что я пробовал новые силы.

Питание чужим симбионтом оказалось весьма действенным способом усилить себя.

Ведь после еды… мои мышцы окрепли, разум стал более чистым, а силы… ну, много ли я знал людей, способных прыгнуть с места на три метра в высоту, замереть на острие шпиля, торчащего из бетонного ограждения, и прыгнуть на пять метров вперёд?

Да и это на самом деле пустяки.

Взобраться по кирпичной стене дома аж до пятого этажа всего за десять секунд. Цепляясь заострёнными когтями за выемки. Поднимая свой человеческий вес, словно лёгкую гантель над головой.

Кактус, который в моменты моих чудовищных прыжков, сидел у меня на плече, впивался время от времени когтями в спину или плечи. Я не чувствовал дискомфорта или боли, да и, казалось, не замечал его вовсе.

Адаптация к новым способностям проходила на удивление легко, будто я всегда умел этим пользоваться. Хотя тут точнее будет сказать… вспоминал? Всё же изначально то, что находилось теперь во мне, было частью Кактуса, и пусть в этой части не было его сознания, но тем не менее, похоже, часть его умений передалась и мне. А как иначе это воспринимать — я не знал.

И лишь после того, как я забрался на водонапорную башню в квартале от собственного микрорайона, выдохнул. Успокоился и замер, сидя на вершине «бочки», глядя на воду внизу.

— Ничего мне сказать не хочешь? — кот, пытаясь словить равновесие, зашагал по краю большой бочки. — Ярослав, вот скажи мне, пожалуйста… как ты смог выжрать симбионта?

А что я ему мог ответить? Только одно — не знаю. Само получилось. Но и говорить этого не стал. Тем более что у меня получилось закрыть свои мысли от него.

Нежелание делиться информацией и какими-то внутренними моментами, которые я раньше не контролировал в полной мере, переросло во что-то более весомое. Я словно мысленно выстроил стену, разделяя две большие серые кучи. Те, что посветлее, это мои мысли, а те что потемнее — Кактуса. И на удивление… получилось! Даже сам сначала не осознал это в полной мере.

Как я это проверил? Очень просто.

Назвал его про себя блохастым, плешивым и чудовищно вредным. Моё колкое замечание осталось без какой-либо реакции, а ведь Кактус ни за что бы не оставил подобное без внимания, что значит, я усилил не только своё тело.

Признаться ему в том, что мне снился разговор, и я вроде как общался со второй частью симбионта или типа того, когда и сам не знал, что это такое было? Нет. Не буду.

Признаться в том, что внутренние силы заставили меня питаться? Подсказали, что и как мне делать?

Нет. И это не выход.

В ответ я просто пожал плечами.

— Я впервые вижу питание касанием, — поделился тем временем кот своими переживаниями. — О таком методе даже никогда не слышал. Знаю, что боги могут забирать своих детей…

Говоря о «богах», он имел в виду прародителей. Сильнейших симбионтов двух типов. Или даже трех. Если можно было учитывать сильнейшего девианта, как равного им. Правда, есть ли такая особь — мне было неизвестно.

— Как, просто… скажи мне, как⁈

— Кактус, откуда мне знать⁈ — я повернул голову к коту и уставился в его зеленые глаза. — Просто положил руку, когда ты сказал вырвать сердце. А там, уже само получилось.

— Ты хоть понимаешь… — продолжил он вкрадчивым голосом, — каким сверхсуществом ты сможешь стать⁈ Питаться касанием…это… это… — он начал повторяться, тщательно подбирая слова, но увы не смог закончить свою мысль, так ничего и не найдя. Похоже, и для него это было тяжело осознать.

В итоге просидели на башне четверть часа. Вглядываясь то в отражение луны в воде водонапорной «части», то рассматривая небо и людей под нами. В целом, ночка вышла что надо.

Я наконец смог «поесть» так, как требовала моя душа, если ее так можно было назвать. А также смог для себя понять, насколько я на самом деле без всяких прикрас опасный. Оставалось лишь надеяться, что подобное питание и даже мутация помогут мне справиться со своим внутренним зверем. Или же не таким внутренним?

Думая о мутациях, я ещё раз посмотрел на свои смолянисто-чёрные когти и просто пожелал, чтобы они ушли. На удивление получилось сразу и без какого-либо внутреннего отторжения. Они втянулись как по волшебству, оставляя после себя вполне человеческие ногти.

Спустя ещё пять минут проб вызвать и убрать когти, что стало получаться так же естественно, как и дышать, я спустился с башни одним рывком вниз, держа кота за живот на согнутом локте, и ещё спустя некоторое время выискивал нужный ключ.

Уже не первый раз пытался себя заставить перебрать все ключи, ненужные убрать в сумку или ключницу, а нужный всегда держать в кармане. Увы, я лишь пытался каждый раз, откладывая это дело на потом.

Вспоминая предназначение каждого, поймал себя на мысли, что давно не звонил родителям. А надо было бы… да и повидаться, действительно, не помешает. Вокруг меня столько всего теперь закручивается, что даже страшно заглядывать в будущее.

Как только зашёл в квартиру, первым делом умылся, выключил телевизор, который забыл, как оказывается, отрубить перед уходом, и со спокойной душой повалил своё уставшее от «проб» тело на кровать.

Сон не заставил себя долго ждать. Вырубился почти сразу же, не подозревая, что меня ждёт.

Может, Ярослав и спокойно уснул, но вот Кактус в это же время не находил себе места. И он даже сам толком не понимал причины этого.

Чёртов сорванец… да как же он⁈

Кот, недовольно вылизывая задние лапы, смотрел на лицо молодого человека, которое то и дело корчилось во сне. Желание сожрать его прямо сейчас не увенчалось бы успехом. Парень только накапливал свою мощь. Симбионт внутри него ещё слаб, а чтобы его поглотить, нужно дождаться полного объединения с телом. Только тогда от этого будет максимальный толк, не раньше.

Заёрзав на кресле пятой точкой, Кактус несколько раз мурлыкнул, убирая зуд трением с того самого места и в очередной раз посмотрел на юношу, с которым он оказался неожиданно связан.

Его раздражало ждать. Его раздражало, что парень не развивался с той скоростью, которая была ему нужна. А ещё… его способ питания.

Кому расскажет — никто ему не поверит. Ведь это…

— Неестественно, — пробурчал себе под нос, потирая лапой усы. — Мало того, что он не слушается меня, так ещё и мутировать не хочет так, как нужно. Вот сколько мне тебя ждать, а, Ярослав?

Говоря всё это, он спрыгнул с кресла и взобрался на кровать. Уткнулся лапками в грудь, чувствуя дыхание человека под собой. Вопросительно посмотрел на поблескивающий от пота лоб и облизнулся.

— А, может, сейчас сожрать, а?

Кот замотал головой, отгоняя навязчивую мысль. Нет. Сейчас нельзя. Ведь сердце ещё не до конца приняло симбионта и не успело частично заменить собой этот орган. В таком состоянии он бесполезен, и никак не поглотится.

— Чёртов разрыв, — фыркнул кот, напрягаясь от увиденного.

В этот момент по лицу Ярослава что-то пробежало. И не то чтобы по лицу, а словно под кожей. Как будто самые «толстые» сосуды начали гонять шарик внутри себя. То и дело, закатывая его в очередной переход от левой стороны, в правую.

Удивительное и очень необычное зрелище, которое неожиданно увлекло Кактуса.

Наблюдая за всем этим, он дёрнулся от звука, который вырвался из глотки паренька. Он рычал. Как-то странно, не совсем по-человечески и при этом начал скрести кровать руками, порой сильно выгибаясь время от времени.