Андрей Ткачев – Дворянство. Том V (страница 30)

На сей раз, жидкость внутри не была чёрной или серой. Она переливалась всеми возможными цветами радуги, а может, и больше. Она пульсировала, она… кричала ли?

Стоило мне отвести от неё глаза, как я начинал ощущать странное беспокойство и непонятные звуки вокруг. А когда вновь смотрел на неё, беспокойство пропадало, как и звуки.

— Ты в порядке? — задал я вполне логичный вопрос. — Мы выжили?

— Разумеется, — голос симбионта изменился.

Нет, безусловно, он остался женским, только… более грубым, что ли. Величественным. Она ответила и тут же начала подниматься из фонтана. Но в этот раз она не приняла форму, похожую на человеческий силуэт. Она встала кляксой. Пятном. Из которого тут же показались тонкие щупальца, и их было очень много.

В следующий миг эти щупальца устремились в меня. Обволокли меня со всех сторон и начали втягивать в это пятно. Я не сопротивлялся, я просто слушал то, что она говорит. А говорила она только одно.

— Сила. Сила, Ярослав. Мы стали сильнее, чем ты мог бы себе представить! Ты слышишь меня? — и, не дождавшись очевидного ответа, она сказала ещё кое-что. — Тебе придётся убить его, чтобы завершить слияние. Найди артефакты, которые он ищет, выпей их досуха. Забери его полумесяц и убей его. Сделай это!

Первое, что я увидел сразу, как симбионт поглотила меня и «вернула», было лицо Валерия Валерьевича, который, как мне показалось, был излишне обеспокоен случившимся.

— Ярослав, ты как? — его губы дрожали, а в глазах были сразу две эмоции: страх и интерес. — Ты как, Ярослав?

Я молчал. Просто смотрел на него, изучая новые для себя чувства. А их было слишком много.

Во-первых, вокруг его мозга были причудливые бело-голубые нити, которые больше напоминали паутину.

Во-вторых, я видел его полное сердцебиение и видел, с какой именно «нити» начинал жизнь его симбионт. Словно видел закономерность её силы. Откуда она шла и где расширялась.

В-третьих, я ощущал энергию вокруг. Она была в полупрозрачном образе, я бы даже сказал, словно пыль. Только длинная, как волоски. И эта энергия принадлежала другим носителям. Не мне и не ему.

Сфокусировав зрение на одном, я тут же видел похожие нити, видел их направление и чувствовал лёгкое прикосновение силы. Отчего понимал, насколько сильный носитель симбионта стоял здесь пару часов назад.

Любопытный навык. Очень любопытный.

«Найди артефакты, а затем проглоти его, — напомнила мне симбионт. — Даже если это будет на глазах у других. Просто убей и ищи Жожобу. Он будет последней ступенькой перед тем, как стать существом, которого носители называют богом».

«Что за настрой такой, — ответил я. — Убей того. Убей сего…»

«Я вижу конец этой лестницы. Я вижу вершину и потолок и теперь понимаю, что тебе нужно. Ты можешь убить полсотни, а, может, и сотню носителей, но всё равно не переступишь эту грань. А если ты заберёшь их, то… ты станешь, нет, мы станем высшим!»

Если бы не маячившее лицо Валерия Валерьевича, я бы ещё поговорил с ней, но маг требовал ответа.

— … твою же мать, — донесся его голос. — Всё-таки стал овощем… как же жаль, а…

— Сами вы овощ, — откашлявшись, решил я ему сообщить. — Предупреждать надо, что будет так больно.

Мой голос, а точнее, связная речь, вызвала у него такую широкую улыбку, от которой я почувствовал тепло. Но лишь временно. Маг не то чтобы был счастлив, он был на седьмом небе из-за того, что его опыт удался.

Подал мне руку, помог подняться и, не переставая маячить прямо перед лицом, принялся засыпать вопросами. Смог ли я увидеть нечто, что не видят другие. Видел ли я своего симбионта. Могу ли я с ним общаться и в целом, какие изменения я замечаю?

Я ответил немного грубовато, на манер высокомерного дворянина.

— Я вижу только мага перед собой, который слишком много мельтешит.

Это немного убавило его пыл, но не убрало окончательно интерес. И вместо ответа я повернулся к ячейке, где было остаточное, какое-то перламутровое свечение.

Касаясь невидимых нитей, ну, разумеется, для любого другого носителя, я примерно понимал силу и даже, кажется, возраст человека. Точнее, носителя. Видел его силу, его скорость и…

— Он был здесь три дня назад, за час до вашего приезда, — сухо сказал я. — Девиант-девушка, лет двадцати пяти, не больше.

— Ты можешь выследить её?

— Пока не знаю, — задумался я. — Вижу след и вижу, как он расплывается. Нам нужно выходить отсюда. Слишком много носителей мельтешили здесь последнее время.

Валерий Валерьевич покорно кивнул, даже дверь открыл передо мной, чтобы я начал выискивать вора. Но я не сказал ему одну главную вещь. Девиант была дикой. Как Аня. Весьма сильной и до боли знакомой.

Меня не покидало чувство, что я знал, что это за девиант, но вот никак не мог вспомнить, где же я раньше мог её видеть или чувствовать.

За проведённые три часа на улице я так и не смог обнаружить след этого девианта. Хотя водил, как говорится, жалом везде, где только можно. След обрывался ровно на выходе из офиса судьи, и даже несмотря на то, что я и крышу обследовал, этого девианта-дикого я так и не смог обнаружить.

Валерий Валерьевич, разумеется, весьма сильно расстроился и предложил продолжить поиски уже на следующее утро, пока след ещё есть, но что-то мне подсказывало, что мы не найдём девианта. Сколько бы мы его ни искали.

Неспроста же она растворилась прямо в воздухе.

Меня отвёз домой мой личный водитель Максим, который именно сегодня был очень нескромен на комплименты. Словно он чувствовал во мне новую силу. Хотя именно об этом он мне и сказал, что показалось мне странным.

А вот дома пришла череда новых удивлений. Аня, как мне показалось, стала ещё «ярче». Скорее всего, конечно же, это от моей новой силы, точнее, полноценного усиления, а, может, от чего-то иного… кто знает?

Но именно с неё у меня началось желание. Желание сделать её сильнее. Сидя напротив своей… ну, уже не просто подруги, а полноценной девушки, я видел каждый изъян её симбионта. И мне казалось, что я лично мог всё это поправить. Чем, собственно говоря, я и попытался заняться.

— У тебя на правом желудочке, — я немного грубовато ткнул пальцем в её грудь, чем вызвал удивление на её лице, — слабый сигнал оранжевой нити. Сочетание жемчужного цвета девианта с твоей силой дикой слишком слабое. Тебе бы усилить сигнал.

— А чтобы усилить, как ты говоришь, сигнал, — нагло улыбнулась она, — обязательно меня за грудь трогать?

Я не сразу понял комментария в свой адрес, а когда посмотрел на руки, которые я держал в том самом месте, я… замешкался. Что стало ключом для продолжения этой неловкой ситуации.

Ночевали мы в одной постели. И, как показала практика, физическая разгрузка очень хорошо влияет на расположение симбионтов. Они получают разрядку, такую же, какую получают люди.

— Как ты считаешь, — Аня лежала на моих коленях, стараясь сосредоточиться на моём вчерашнем походе к судье. — Кто она?

— Девиант, имеющий такую же силу, как и ты, — скромно ответил я, стараясь не отвлекаться на внешний вид своей девушки. — Ань, ты не могла бы одеться?

— Сильно раздражает?

— Ни в коем случае, — улыбнулся я. — Отвлекает.

Розоволосая недовольно что-то пробурчала себе под нос, но просьбу выполнила, после чего мы переместились на кухню, где продолжили «думать».

Вариантов насчёт вора было немного. Учитывая, что я помнил эту энергию. Точнее, учитывая, что меня не покидало чувство, что я знаю, кто этот носитель, у меня было не так уж и много вариантов.

По сути, их было всего два. Это Аня и это Эльвира. Точка.

Аня, разумеется, ни по каким «заказам» не ездила. Всё время находилась дома, и то, последнее время мы ходили с ней на учёбу, а значит, она всегда была у меня на виду. Ну и, разумеется, Эльвира не могла подняться из мёртвых.

— А если Владимир Петрович обманул тебя, и Эльвира на самом деле жива? Такое же возможно?

— Не думаю, — я потянулся к чашке с кофе. — Эльвира была импульсивной, здесь же энергия была спокойной. Словно это и не девиант вовсе. Я — пульсирую. Сумкин — пульсировал. Ты — тоже. Мне сложно это объяснить как-то иначе, — пожал я плечами.

— А у Сумкина не думал спросить? — она облокотилась на стул, вытягивая ноги. — Или ты с ним не особо общаешься?

— Спрашивал, — честно признался я. — Только он сам ничего не понимает. Для него, как и для меня, помощь Валерия в получение силы кажется странной. И он, как и мой симбионт, настоятельно мне порекомендовал убить телепата. Забрать его силу.

— А симбионт уверена, — начала Аня, вспоминая ночной разговор, — что после подобного усиления и смерти Жожобы ты станешь богом?

— Уверена, — кивнул я. — Она сказала, что увидела свой потолок и видит, как его преодолеть.

— За такие знания и способность видеть, — загадочно протянула она, — тебя бы растерзали другие сильнейшие, которые не знают, как этот порог преодолеть… понимаешь это?

— Разумеется, — улыбнулся я. — Если бы Владимир Петрович услышал, что я могу такое видеть, точнее, мой симбионт, он бы меня сварил вместе с овощами и съел.

Своеобразное сравнение методов поглощения носителей стал новой почвой для размышлений. А как же названный сильнейший мутант употребляет симбионтов? Выкачивает силу так, как он это делал с дикими в аквариуме, создавая концентрат, или эта методика несколько другая? Сумкин, например, просто поедал. Грязно и вульгарно, я питался касанием, выкачивая силу.