Андрей Ткачев – Дворянство. Том 5 (страница 7)

– Твой питомец? – улыбнулся я. – Занятно. Кто она? Гусеница?

– Типа того, – звонко ответила «она». – Зачем ты пришёл сюда.

– Изничтожить ересь, – риторически ответил я. – Да и, наверное, не убивал бы всех на своём пути, если бы вы Эдварда не убили.

– Лаане? – улыбнулась девушка. – Он сам выбрал свою смерть. Я ему говорила, что по старой памяти отпущу. Но он не решился.

– По старой памяти? – удивился я.

– Я бывшая глава «Корней». Бывшая, думаю, сам понимаешь, почему.

– Быстро же ты мутировала из рядового дикого в нечто высшее, – удивился я ещё раз. – А ты, случаем, не из бункера?

Тут она звонко рассмеялась. Тем не менее стоило её звонкому, долгому смеху разнестись по пещере, как дикие за моей спиной разошлись в разные стороны. Я, даже не оборачиваясь, увидел, что она оборвала все нити. И спустя десять секунд за моей спиной замерла Аня, которая уткнулась в плечо, тяжело дыша.

– Я даже пошевелиться не могла, – прошептала она. – Не знаю… она твердила мне убить, а я не могла…

– Умная девочка, – забормотала «дикая». – Держалась до последнего, чтобы не ударить тебя в спину, хотя, как мне кажется, у неё бы и не вышло. Больно ты развитый.

– Чем тебя позабавил бункер? – ещё раз спросил я. – Ты оттуда?

– Я знаю, кто ты такой, – спокойно заговорила женщина. – Ты Волконский. Ярослав. Бывший наёмник партии Лаане. Покорный слуга Жожобы, девиант, враг всякого носителя. И именно ты убил мою лучшую подругу.

Немного пораскинув мозгами, я догадался, о ком она говорит. О той пси-волшебнице, которая чуть не раздавила меня. Тем не менее я позволил себе лишь улыбку, без комментариев.

– Разойдёмся? – предложила дикая, но увидев нахальную усмешку на моём лице, прищурила свои красные глаза и протянула: – Как девиант может поглощать других симбионтов? Как ты это делаешь?

– А тебе какая разница? – спросил я, делая шаг к матке. – Тебе такое не дозволено. Да и разговаривать со мной – тоже.

Матка, на которой сидела эта женщина, запищала от моего приближения, но та не позволяла ей сдвинуться с места. Что и стало заключительным этапом в жизни этой гусеницы. Как только моя ладонь легла на её клык, она была сожрана в мгновение ока. А симбионт внутри меня верещала от радости и «вкусности» этой силы.

Дальше всё произошло слишком молниеносно.

Дикая, видимо, рассчитывала на эту жертву в своей шахматной партии, понимая, что на поглощение я потрачу хоть сколько-нибудь времени и ударила первой. Спрыгивая с гусеницы, она запустила в землю свои ногти, которые в секунду удлинились до неестественных в любом понимании, размере. И эти же когти вышли из стены, с другой стороны, пронзая моё плечо. И после, что-то подо мной начало двигаться.

Моя противница была магом. В прошлом. Видимо, со стихией земли и, на удивление, до сих пор могла пользоваться своими ресурсами.

Мои ноги обвили корни, грудь пробили ветки, а плечи, казалось, вот-вот, должны были быть прорубленными. Но…

– Ты ещё и магией до сих пор пользоваться умеешь, – улыбнулся я, видя, как из её груди выходит зеленоватое свечение, которое распространяется на руки. – Боевым магом была?

– И им осталась, – прошипела противница в пяти метрах от меня.

Я усилием мысли перерубил все энергетические нити на «плантации», которая меня сдерживала. Тут же сбил нить оранжевого цвета, которая пошла на голову Ане, а затем, театральным щелчком пальцев «отказал» ей в магии, закрывая её заклинание, которое было вот-вот готово сорваться с её пальцев.

– Как? – взревела она. – Как ты это сделал?!

– Никак, – пожал плечами и рывком сократил дистанцию до противника, на ходу ломая ей лучевую кость одним махом.

Дикая взревела из-за прострелившей боли, но тем не менее от боя не отказалась. Попыталась ещё раз задеть меня корнями, безуспешно пробуя обрушить на меня горсть диких с потолка, но с теми уже справилась Аня. Что навело меня на одну интересную мысль.

Эта дикая была в разы сильнее Ани. А если мне симбионт говорит о том, что Аню нужно делать на уровень бога, то есть делать из неё сильнейшую среди диких, то именно она и должна будет её добить.

И сожрать орган. Фу, мерзость.

– Последний удар должен быть за тобой, – крикнул Ане, прыгая обратно на противника.

Но та удивила меня. У меня не получилось за один «удар» жнеца уничтожить энергию её навыка, что сорвался с ладони большим, оранжевым лучом, который оставил на моём животе кровоточащую, вонючую рану. Словно по мне какой-то кислотой зарядили.

Но тем не менее я добрался до неё. Рывком, немного не по-мужски, ухватил её за волосы и дёрнул на себя, встречая коленом. Послышался хруст, вскрик, и дальше дело пошло за Аней.

Перебивая конечности, чтобы та не могла колдовать, я бросил её, как тряпку перед ногами «моей».

– Добивай, она сильнее тебя в разы, а значит, поднимет твои способности.

Ане не нужно было приказывать дважды, она резко села и хищно улыбнулась в лицо будущей покойницы.

– Зачем тебе это? – послышался шёпот. – Зачем тебе делать её сильнее?

– Будет богом, – ответил я, присоединяясь к этой парочке. – Будет моим богом рядом со мной.

– Дикая никогда не будет богом, – прошептала симбионт. – Как и ты, девиант. Тебя никогда не примут свои…

– Плевать, если честно, – оборвал я её. – Ань, заканчивай.

Викторию пришлось успокаивать больше получаса. И по итогу самому садиться за руль, ведь правая рука покойного Лаане больше никогда не увидит своего начальника. Но и это было ещё не всё. Основной проблемой были результаты этого похода.

Смерть Эдварда Тойвовича не получится умолчать. Вообще никак. Свидетелей среди его же наёмников слишком много, и кто-нибудь явно проговорится. Нас ждали больше часа, а значит, и придумать историю насчёт того, что мы его обнаружили и он был таким – не получится.

Поэтому вскоре об этом разузнает Жожоба и мне придётся отчитываться перед ним. А там уж не получится соврать, ибо он чувствует ложь. И смех и грех. Помог, блин.

– Что делать-то? – Виктория, которая только-только успокоилась, уставилась пустыми глазами в ночную дорогу. – Как теперь быть?

– Ты правая рука, – тут же ответил я. – Тебе и руководить.

– Но я не…

– У тебя выбора другого нет, – ответил я. – Тебе придётся взять на себя ответственность за кафе и за этих людей, не просто же так ты была доверенным лицом Эдварда Тойвовича столько лет. Поэтому, я думаю, что это и не обсуждается. Вряд ли к вам направят кого-то из чужаков.

– Тоже верно, – согласилась Виктория. – Как будем сообщать о… о смерти… – она заплакала с новой силой.

– Приедем в кафе, отзвонимся судье, пускай приезжает. Я ей расскажу о том, что увидел. А там уже будем вместе составлять правдоподобную историю, которая не покажется остальным больно дикой.

– А что там было?

– Дикие. Море, – честно ответил я. – Допущение Эдварда Тойвовича. Поэтому это нужно умалчивать и чем дольше, тем лучше. Будет идеально, если вообще никто не прознает о том, что там случилось. А если всё-таки информация просочится, будет зачистка. И сама понимаешь, что будет в итоге.

– Неужели их было настолько много?

– Больше тысячи. И я убил лишь часть. Остальные разбежались сразу, как погибла матка, – тут я уже частично соврал. – Где они теперь – я не знаю. Но как я понимаю, наёмники твои никого не заметили?

– Нет, – со слезами на глазах, ответила Виктория.

– Значит, они ещё там и разумнее будет сообщить об этом судье. Пускай она созывает группу туда, добивать оставшихся.

– А твой руководитель?

– А что он? – озлобленно ответил я. – Скорее всего, все уши прожужжит, что я должен был поставить его в известность о просьбе Тойвовича. Придумаю что-нибудь оригинальное, чтобы особо мозги не выносил.

Викторию очень сильно удивило то, как я говорю о своём прямом начальстве, но зная, что за сволочь Владимир Петрович, оставила это без комментариев.

Всё же, моя противница прекрасно знала его, а ещё, это Жожоба создал эти «Корни». Так что нужно максимально правдоподобно соврать, чтобы тот не решил, что я уничтожил его очередной эксперимент. Если эта дикая вообще была им.

Глава 5

К Владимиру Петровичу я попал на следующее утро. И если честно, ему было вообще не до меня. Судья пришла к нему гораздо раньше, чем приехал я. Поэтому на мой отчёт, придуманный, как говорится, на коленке, он просто махнул рукой.

– Ярослав, свободен, – глухо ответил он. – Считай, у тебя три дня выходных за счёт фирмы.

Такой неслыханной роскоши я уж точно не ожидал. Тем не менее в коридоре возле его кабинета меня перехватил молодой человек. В весьма причудливом костюме, под стать судье.

– Волконский? – спросил боевой маг среднего дивизиона – неровня мне. Уже нет. – Верно?

Я нахмурил брови, оценил с головы до пят этого наглеца и холодным тоном ответил:

– Допустим.

– Пройдите, пожалуйста, за мной.