Андрей Ткачев – Дворянство. Том 3 (страница 7)

А суть озвученной Лаане теории была в следующем…

Ежов, перед тем как начать уничтожать стаю рядом со своей фермой, судя по всему, нашёл отшельника… молодого мага или мутанта с нездоровой психикой, что могло показаться таковым на первый взгляд. Нездоровую психику маги чувствуют на уровне инстинктов благодаря тому, что плотно взаимодействуют с эмоциональным фоном людей, поэтому найти душевнобольного для него не было проблемой.

Скорее всего, «ученик» ‒ самый обычный человек. И не больше. Ибо на это указывает смерть живности, и смерть женщины, у которой в спине оказалась труба, что явно было излишним в плане извлечения силы из убийств.

– На месте кладбища домашних животных, – мы вновь вернулись на асфальт и теперь ехали более плавно, – будет дежурить группа. Скорее всего, ученик, которого вырастил Ежов, уже знает, что его выслеживают, так что там он не появится. Но это даёт нам весьма серьёзную задачу… – выследить человека. Понимаете, какая это проблема?

– Потому что мы не полицейские, и к делу нас никто не допустит? – высказал я своё предположение.

– Нет. В любой структуре есть маги или мутанты, и они находятся на разном уровне влияния, так что если потребовалось бы, то мы бы выбили все необходимые разрешения. Но дело в другом… ни я, ни ты не можем определить психа. Поэтому в нашу группу добавится временный работник. Многим он придётся не по душе только из-за его поведения и его репутации. Но иного выбора пока что нет.

– Эдвард Тойвович, – заговорила Лена. – Только не говорите, что к нам направят Эльвиру Заславскую…

– В точку, – криво улыбнулся старик. – Она пробудет у нас до тех пор, пока мы не найдём ученика, которого вырастил за это время Ежов. И мы даже не знаем, насколько он силен… кто знает, что на соседних фермах творится. Там сейчас работают другие носители ‒ маги. Ибо носителей симбионтов в округе больше нет. Не живут.

– Только не она… – тихонько, словно от резкой зубной боли простонала Елена, закрывая глаза.

Кто такая Эльвира Заславская, увы, я пока не знал. Да и не до этого было.

Эдвард Тойвович отвёз нас по домам, строго-настрого запретив сегодня высовывать нос из квартир, и настоятельно порекомендовал хорошенько выспаться. Ибо он был уверен, что после встречи с пси-магом у нас очень ослабленные организмы, даже если мы этого сейчас не чувствуем.

Лена-то точно устала, а вот я, наоборот, благодаря тому, что сделал со своим противником, был полон сил. И мой пушистый друг, который за полдня моего отсутствия устроил самый настоящий погром, не мог этого не заметить.

Началось все с привычного: вопрос, издёвка, тапок по макушке. Закончилось любопытным…

– …питался он, конечно, – хохотал Кактус, сидя на кухонном столе. – Прижал к сосне бедную Лену, да забрался руками, куда не следует!

Второй тапок зарядил пушистому точно по морде. Тот и не особо обиделся… но стоило мне выйти из коридора и переступить порог комнаты, как на кухне послышалось шуршание, а затем и грохот.

Пришлось временно отсрочить будущее разочарование. Зашёл на кухню, где Кактус очень старательно пытался забраться под шкаф мойки.

– А чего это ты прячешься? – удивился я. – Ты…

Ответа не поступило. И до меня, наконец, дошло, что спрятался он не просто так. Хоть это и не было на него похоже. Повадки животного всё-таки в нём присутствуют и иногда берут верх над разумом.

Правда, мне кажется, что Михаил просто иногда издевается надо мной и специально прикидывается больше котом, чем собой прежним. А ведь когда-то был просто ершистым котом, которого я подкармливал. Собственно, за это я и назвал его Кактусом.

Стоило мне включить свет в комнате, как сердце с перебоем содрогнулось. Кровать изодрана до состояния соломы. Повсюду… по всей комнате был разбросан пух из подушек и одеял. Матрас честно обгрызен так, что во все стороны торчали пружины, а, более того…

На стене, и на шкафу, который скрывался от входящего в комнату, были глубокие следы когтей.

Не нужно было быть дураком, чтобы понять, куда он пытался забраться.

Коробка, к счастью, не была изувечена. А Ихор внутри цел.

– Кактус… – громко проговорил я. – А ну-ка, иди сюда!

Конечно же, кот меня не послушал. Правда, в голову тут же посыпались его мысли, от которых я отгородился. Там не было извинений, а был типичный, для бывшего наёмника, бред.

Вроде того, что он испугался, или что ему показался враг и всё в том же духе. Но в этот раз барьер был иным. Не таким, как я обычно отгораживался от кота. Словно по щелчку пальцев я полностью оградил своё сознание от мыслительного процесса и «умственных» разговоров кота. Это было слишком легко…

Слишком.

– Я сказал, – прошипел я. – Иди сюда!

– Зачем? – из-за дверного косяка высунулась усатая морда. – Ой… какой кошмар! А в темноте всё казалось более изящно!

Я резко дёрнулся в сторону и схватил Кактуса за загривок до того, как тот успел сбежать. Тот, конечно, попытался мне угрожать, мол, сейчас мне руку отгрызёт, но я как в старые добрые времена делали все владельцы кошатины, начал тыкать мордой в каждый огрех.

Кактус, конечно, противился. Царапал меня, но без особого энтузиазма и не собираясь излишне пустить мне кровь. А вот я… вдоволь его натыкал в каждое «повреждение» и в каждый след его домашних преступлений.

Раны на руках затягивались почти моментально, поэтому вскоре Кактус просто смирился с процессом.

– Ну… – протянул он, когда его усатая морда воткнулась в остатки матраса. – Надо, так надо…

Глава 6

«Ишь какой обидчивый, – кот смотрел на спящего на полу парня, деловито раздирая палас. – Спать ему негде… вот мы, на заданиях могли и не спать вовсе!»

Процесс по уничтожению целого слоя напольного покрытия прошёл успешно ‒ когти более чем справлялись с такой задачей. Но после Кактус замер возле головы юноши, рассматривая процессы, происходящие под кожей лица Ярослава. Процессы, которые обычным зрением было не так просто увидеть, но и кот ведь был необычным. Совсем нет.

Лицо парня, приютившего Кактуса, опять ходило рябью, словно под кожей что-то жило… парень потел, что-то бормотал себе под нос, не открывая глаза и очень учащённо дышал.

«Опять мутация? – удивился кот происходящим. – Неужели он развивается так быстро? Бред же!»

Подушечки на передней лапе коснулись лба юноши, но ничего ровным счётом не изменилось. Более того, что-то как будто укололо в лапку Кактуса, да так, что тот отпрыгнул от своего ученика.

– Закрылся от меня, значит, – злобно прошипел кот вслух. – Ещё сильнее стал? Ну, мне же проще.

Подёргивая из стороны в сторону хвостом, чёрное, откровенно говоря, толстоватое животное (что не могло исправить даже вселение симбионта в эту тушку), начало наворачивать круги вокруг укутанного в плед тела парня, который даже не подозревал что его сосед что-то задумал.

– Что же изменится в тебе в этот раз? Тело усилится? Или магия проявится в более серьёзной форме?

Конечно же, знать наверняка он не мог. Как и сравнивать с собой. Если Кактусу, а до этого Михаилу Аляеву, требовалась постоянная кормёжка Ихором и артефактами, чтобы мутировать и развиваться, то Ярослав просто мутирует после битв. А ведь до этого Михаил считался чуть ли не аномалией в их мире. Правда, до тех пор, пока его не поймали из-за собственной оплошности, но сейчас речь была не про это, да и не любил нынешний Кактус вспоминать о собственных неудачах ‒ эго не позволяло.

Нет, конечно, Ярослав поедает частично самого симбионта своего врага, но…

Этого мало, чтобы получить именно такое стремительное развитие! Мало! Чертовски мало!

И это с одной стороны не нравилось Кактусу, но с другой, он становился на один шаг ближе к тому, чтобы сожрать сердце Ярослава, возвращая себе своего симбионта в полной мере, а не пользоваться той частью, что осталась под его контролем.

Все ради того, чтобы вновь бродить по земле тем, кем он был раньше. Полноценным, а не этим… огрызком.

Тем более что… кошачьи повадки начали перебивать внутреннюю составляющую Михаила и он всё чаще ощущал себя именно как Кактус. А становиться тупым, ленивым, толстым котом, ему ой как не хотелось.

– Сожру… скоро сожру… – бормотал он себе под нос, укладываясь в ноги Ярославу и медленно засыпая.

Мне снился самый обычный бред. Впрочем, как и обычно.

То ли во сне я был в роли дикого, который то и дело пожирал бедного, вопящего от ужаса мага, то ли… наоборот, мутантом с особым аппетитом, который не брезговал перекусить аристократичной мордой, которая считала себя до последнего момента бессмертной.

Суть любого подобного сна в моём сознании была простой ‒ покушать и проснуться. Только в этот раз сон был, на мой взгляд, слишком уж долгим и детальным. В момент, когда на подсознательном уровне я понял, что это лишь сон, а не реальность, моё положение в «приключениях» сменилось.

Теперь, наоборот, за мной бегали странные существа и пытались меня сожрать. И мне приходилось убегать, так как иного пути спастись я просто не находил. Вроде я даже понимал, что мог бы дать им бой, но вот все инстинкты говорили о том, что так мне точно не победить.

Моим выходом из бесконечной погони, стала яма, в которую я провалился во сне, и тут же вскочил с пола в холодном поту и тяжело дыша, будто действительно от долгой пробежки.

Кот, мирно спящий у меня на ногах, аж подпрыгнул от моего резкого движения. Затем, правда, сменил страх на злобу и прошипел мне: