Андрей Терехов – Затянувшиеся каникулы (страница 2)

Так мы познакомились. Круиз начался. И хотя в этот жаркий июньский день на небе не было ни облачка, а вокруг царило оживление, какое-то неясное предчувствие беды закралось мне в душу.

3

-– Внимание, внимание! – раздался по громкой связи голос капитана.– Мы пересекаем экватор!

Это сообщение застало нас на корме, где я, Аврора и Ник любовались заходом солнца.

–– Позвольте вас поздравить, дамы и господа,– промолвил я.– Вот мы и в южном полушарии.

–– Да,– Аврора оперлась на поручни, смотря на воду.– И скоро конец нашему путешествию.

–– Тебя это, похоже, не радует,– хмыкнул Ник.

Меня это тоже не особо радовало. За две недели мы сильно сдружились. Некоторым для крепкой дружбы требуется быть вместе довольно долго. У нас это произошло быстро и легко. Тут повлиял и одинаковый уровень интеллекта, схожесть характеров, мировоззрение, возраст. Ник, как и я, попал на этот круиз по старым связям. Аврора была дочерью бизнесмена, с которым фирма, организовавшая круиз, очень хотела наладить контакты. Но кто кого богаче было делом десятым. На лайнере были отпрыски тех, от чьих состояний Рокфеллера хватил бы инфаркт, и не с кем из них близко мы не сошлись. А между собой поверяли друг другу самые сокровенные тайны. Ник был просто помешан на технике, всех этих визжащих и жужжащих штучках-дрючках и мечтал создать машину времени. На вопрос же, каким образом он собирается это совершить, он делал таинственное выражение лица и загадочно молчал. Аврора увлекалась биологией, в частности ботаникой тропических стран, а я еще не определился в жизни и просто наслаждался отдыхом и приятной компанией.

К слову сказать, скучать-то и не приходилось. На лайнере было все, чего душе угодно – от кинотеатра до теннисных кортов, а уж про маршрут круиза и говорить нечего. Восточная роскошь Стамбула, овеянная легендами Греция, энергичная и экспрессивная Италия, известная всем Мальта и портовый Марсель, жаркий Алжир и великолепная жгучая Испания. Мозг не успевал анализировать получаемую информацию, глаза разбегались в разные стороны, пальцы автоматически нажимали на спуск фотоаппарата. Было немало курьезов, хохм и приколов. Словом, впечатлений столько, что казалось, уже хватит на всю жизнь, что круче и быть не может, что куда уж больше. Но, как оказывается, у судьбы бывает весьма своеобразное чувство юмора, и когда, ошалевший от обилия впечатлений путешественник успокаивается, то тут же получает чувствительный пинок под зад: дескать, не зевай, парень, еще не все, самое интересное только начинается.

–– Эй, Вик, ты где?– вернул меня к реальности голос Авроры.

–– А? Чего?– вздрогнул я, вырванный из своих воспоминаний.

–– По-моему, ты сейчас был довольно далеко отсюда,– улыбнулась Аврора.– Интересно знать где?

–– Наверное, опять в джунглях с Тарзаном прыгал,– вылез вперед Ник и, изображая обезьяну, почесал у себя под мышкой.– Много львов убил?

–– Иди ты,– отмахнулся я.– Робомент несчастный.

–– Вот!– воздев палец, патетически провозгласил Ник.– Вот куда заводит техническая необразованность. Только невежественный дикарь может смешивать одно из величайших технических достижений современного кинематографа с другим уникальным творением нашей российской действительности, именуемое «менты», аналогов которому не во всем мире. И поскольку техническую сторону этот грубый варвар все равно не поймет, то я попробую…

–– Аврора!– взревел я.– Угомони этого типа, иначе я выброшу его за борт!

–– Вот так всегда,– обиженно произнес Ник, спрятавшись за спину Авроры.– Пророка в своем отечестве нет, не было и не будет,– и тяжело вздохнув, показал мне язык.

Хохот, раздавшийся после этого заявления был таким громким, что отпугнул какую-то морскую птицу, олюбовавшую участок на верхних ярусах «Изумруда», поскольку смотреть на художества Ника без смеха было невозможно.

Между тем солнце уже скрылось в волнах, и отсмеявшись, Аврора передернула плечами.

–– Прохладно что-то стало. Давайте спустимся вниз.

–– О’кей,– откликнулся я.– Давайте заглянем в бар. Там сегодня интересная программа должна быть.

–– Скажи просто, что выпить захотелось,– снова подколол меня Ник.– Боюсь, Аврора, нам снова придется его до каюты тащить. Сам идти будет не в состоянии.

–– Шагай давай,– ткнул я Никиту в плечо, и мы сошли вниз.

Поскольку основная программа должна была начаться только через час, бар еще был не совсем полон, и мы легко нашли свободный столик недалеко от сцены. Усаживаясь, я окинул взглядом бар и заметил в уголке ту самую группу из десяти человек, на которых обратил внимание еще в день отъезда.

Эти ребятки все время держались особняком от остальных пассажиров. Верховодил там здоровый парень по имени Глеб, который, как сказала Аврора, был сыном одного из организаторов этого круиза. По всей видимости, так и было, поскольку на его лице все время было выражение типа: все вы тут шмакодявки, а я Д’Артаньян. Вел он себя примерно так же, его кореша старательно лепили из себя тот же образ, и никто на корабле старался с ними не связываться, не желая понапрасну рисковать, поскольку прецеденты, говорят, случались. Аврора, так же по секрету, нам сказала, что слышала, будто Глеба с компашкой потому и отправили в этот круиз, поскольку они влипли в какую-то темную историю, и его папаше пришлось выложить немалый куш и отправить своего отпрыска от греха подальше, дабы дело замяли.

Все это промелькнуло у меня в голове, пока я окидывал их взглядом. Собравшись, по своему обыкновению, в кружок, они о чем-то там говорили, но дела их мало интересовали меня, и я переключился на более лучших представителей рода человеческого в лице Авроры и Ника.

–– Что будем пить?

–– Ну я же говорил,– подал голос Ник,– настоящий алкоголик.

–– Ладно тебе,– Аврора взяла лежащее на каждом столике обязательное меню и раскрыла его.– Как насчет фирменного коктейля «Изумруд» и немного фруктов.

Аврорин выбор как всегда отличался вкусом и простотой. Фирменный безалкогольный коктейль являлся изобретением местного бармена и пользовался большой популярностью, а фрукты на лайнере всегда были отменного качества.

Поскольку здесь в ходу было самообслуживание, я встал и потянул Ника за шиворот.

–– Пошли, трезвенник. Поможешь мне донести.

Подойдя к стойке, мы сделали заказ, и, в ожидании его исполнения, Ник, как обычно, начал что-то втирать нашему бармену, а я, облокотившись на стойку, искоса разглядывал Аврору.

Никогда еще в своей жизни я не встречал столь очаровательной девушки. Густые роскошные темно-каштановые волосы, прекрасное лицо с глубокими синими глазами, стройная совершенная фигура. Веселая, общительная, остроумная, и вместе с тем с ней можно было поговорить и на серьезные темы. Последнее время, чем сильнее мы сближались, тем больше меня влекло к ней. Странное чувство, которое я не мог определить, овладевало мной, стоило мне только увидеть ее. И вот в этот самый миг, в момент ожидания заказа, когда она махнула мне рукой, я вдруг с поразительной ясностью осознал, что люблю ее, люблю как никого на свете, но не успело это осознание еще окончательно оформиться у меня в голове, как от компании Глеба неожиданно отделился один человек и направился к нашему столику.

На некоторое время я оторопел от такой наглости, но тут же двинулся вперед, поскольку ничего хорошего от этого ожидать не приходилось.

Как оказалось, я подоспел вовремя. Пришелец, крупный белобрысый ублюдок, наклонился к отодвинувшейся Авроре и что-то горячо ей втолковывал. Я уловил только конец фразы: «… этих козлов и пойдем к нам».

–– Какие-то проблемы?– произнес я, подходя к столику.

Во взгляде Авроры отразилось облегчение, в глазах же повернувшегося ко мне парня читалось невыразимое удивление, словно я только что предложил ему вычистить все туалеты собственным языком.

–– Ты вообще кто такой?– голос у него был какой-то писклявый.– Тебя это не касается. У меня разговор к ней,– он кивнул на Аврору.

–– Вот тут ты ошибаешься,– ответил я.– Меня это очень даже касается. И она, похоже, не хочет с тобой разговаривать.

–– Ты чего, не понял…

Он попытался меня обойти, но я заступил ему дорогу.

–– Нет, это ты не понял. Разговор закончен. Адью.

–– Да я…

Он потянулся к отвороту моей рубашки, но я чуть отклонился в сторону и вонзил два пальца ему в солнечное сплетение. Белобрысый отшатнулся, выпучив глаза и судорожно хватая ртом воздух. Послышались негодующие возгласы его дружков и шум отодвигаемых стульев.

–– Похоже, придется немного размяться,– раздался рядом со мной непривычно суровый голос Ника.

Белобрысый тем временем пришел в себя и двинулся было ко мне, сжав кулаки, как внезапно громко прозвучал резкий голос:

–– Спокойно! Майк, назад. Все спокойно.

Белобрысый Майк застыл, словно натолкнувшись на невидимую стену, затем руки его опустились, и окинув меня уничтожающим взглядом, он побрел к своему столику.

Обладатель резкого голоса, не кто иной как Глеб, вышел из темноты и со своей обычной презрительной усмешкой смотрел на меня. Я, в свою очередь, тоже внимательно разглядывал его.

Он был очень высокого роста. Футболка с короткими рукавами позволяла разглядеть широкую грудь и длинные, бугрящиеся мускулами руки. Темные глаза на резко очерченном лице светились надменностью и презрением, но когда он посмотрел на Аврору, они вспыхнули животной страстью и алчностью. Наши взгляды встретились, и некоторое время мы пристально смотрели друг на друга, словно меряясь силами. Затем он снова усмехнулся, поднял указательный палец, слегка покачал им из стороны в сторону и, повернувшись, сел на свое место.