Андрей Сулейков – Бизнес-байкер (страница 2)
Пассажиры переглянулись, убедились, что каламбур оценили все, и возникло ощущение, что находишься в компании старых друзей, выбравшихся вместе на выходные.
***
Заноза из сердца вышла.
Образ в образовании
Рядом с любой школой виндсёрфинга вы обнаружите тренажёр. С помощью него инструкторы объясняют технику, обращаясь скорее ментальной памяти обучаемого, чем мышечной. Задача – запомнить описания движений в правильном порядке, чтобы на воде ученик мог стать сам себе тренером.
Для новичков всё это существенно осложняется новой терминологией: названия направлений (галфвинд, бакштаг…), элементов такелажа (гик, стартшкот, шарнир…), действий (привестись, увалиться, оверштаг..).
Инструкторы разделили курс на уровни и поощряли продвинутых объяснять юнгам азы. Так росло мастерство у обоих. Лучший способ научиться – учить!
Помню, парень на станции в перерывах между занятиями показывал чудеса владения мячом. Много лет занимался футболом. А вот глиссировать никак не мог начать. Понимает, что передавливает корму, чувствует, что висит на гике на руках, а не на трапеции. Но исправить ошибку не может.
Говорю: «Входя в переднюю петлю на доске, сделай подкат. Как будто выбиваешь мяч из под ног. Весь вес отдай в мяч».
Через 5 минут он глиссировал. С тех пор и для меня подкат стал базовым образом в выходе на глиссер.
Мышечный навык уходит без практики. Остаётся память, с помощью которой становлюсь сам себе инструктором.
В производстве это называется наставничество. Ничего эффективнее для обучения пока не придумали. Да и надо ли? Знаю много случаев, когда наставник и ученик менялись ролями.
Жизнь переменчива, а образы в образовании незаменимы.
След от сноуборда
Чем мне близок IT-бизнес? Экологичностью! Помню, когда уходил из полиграфии в разработку софта для издателей, коллеги мрачно напутствовали – вот еще один «убийца бумаги» вышел на тропу.
Верно! Так, мало того, не только бумаги убийца!
За два года до пандемии мне друзья предлагали офис бесплатно. Отказался. В моём деле не нужен офис. И моим коллегам не нужен: ни производству, ни бухгалтерии, ни юристам. По мне, офис – вреден! Он вынуждает тратить ресурс на транспорт, мебель, коммунальные хлопоты… То есть, решать проблемы, уже решённые дома.
Для встреч с клиентами, если неудобно встречаться у них, отлично подходят кафе и рестораны… Карантин показал, что и эти ритуалы легко заменить на онлайн-общение. Вот только соскучился по регионам. Не терпится восстановить график командировок, совмещенных с приключениями.
Добрые друзья из Мурманской области говорят, что если бы не пандемия, в этом году в Кировске можно было бы кататься до июня. Вудьявр – отличное место для закрытия сезона. Белые склоны, белые ночи, чувствуешь себя белым человеком!
Так вот, возвращаясь к бизнесу, продолжаю следить за оставляемым следом и радуюсь всё более тонкой линии.
«…
– Как проверить технику если рядом никого нет?
– Снять на видео?
– Проще.
– Тень?
– Проще.
– Глаза завязать?
– Проще.
– Не знаю. Сдаюсь.
– Полностью сдаёшься или частично?
– Полностью сдаюсь. Говори уже.
– Ты в риалтайме должна понимать, какой кант загружен. Для этого – смотри на след. Чем он тоньше – тем точнее техника. Чем шире – тем больше снега ты переместила. Нарыла никому не нужный сугроб. Понимаешь, что потом?
– Боковое скольжение? Падение?
– Да. Иногда, конечно, приходится экстренно тормозить, сугробы рыть. Но, в обычном режиме твой правильный след – это тончайшая дуга»
(с) фрагмент рассказа «Бобровый log» в сборнике «Красный Яр. Это моя земля»
Чемодан и лобстер
В заокеанский Бостон (Массачусетс, США) отправились с коллегой налегке по нескольким причинам: 1. Едем всего на три дня; 2. Город существенно южнее Москвы, прогноз погоды благоприятный; 3. Неохота морочиться с багажом. В нормы ручной клади с сорочками и зубными щетками помещаемся.
На заводе по производству газетных печатных машин нас приняли как родных. Восхитились, что мы приехали туда не только с пожеланиями по спецификации оборудования, но и маркетинговыми планами, чтобы с заводскими экспертами собрать оптимальный набор печатных и постпечатных опций.
Вечером хозяева пригласили отведать местных специалитетов. В Бостоне, не поверите, самое традиционное кушание – лобстер. То, что в дорогих ресторанах есть отдельное меню с блюдами только из этих ракооборазных, воспринималось естественным, как и наличие заведений, где кроме омаров и напитков ничего не предлагают. Поразило наличие лобстера даже в меню местного Макдональдса.
Устроились в фешенебельном месте с прекрасным видом на залив. Облачились в одноразовые фартуки, вооружились клещами и прочими приспособами. Погрузились в первобытное добывание лакомства в труднодоступных лабиринтах панциря, клешней и многочисленных ног.
За три дня время на прогулки по городу выдался только маршруту отель-офис, зато несколько раз. Шопинг решили отложить на время перед вылетом. Аэропорт по масштабу и разнообразию не уступает торговым центрам. Хватило часа, чтобы нам товарищем превратиться в шарообразных шерпов, увешанных пакетами и пакетиками. Мысль, куда теперь всё это сокровище девать посетила только перед стойкой регистрации.
Невозмутимая сотрудница авиакомпании спросила, не хотим ли мы все эти свёртки сдать в багаж. Мы, как цирковые слоны, активно закивали. Тогда она жестом фокусника достала из-под стойки кусок картона и уверенными движениями мастера оригами превратила лист в чемодан, точно соответствующий геометрическим нормам багажа этой авиакомпании с ручками и замком.
За две минуты материализовавшийся из двухмерного в трехмерный мир кейс, не поперхнувшись, поглотил все наши кули, и в лампасах из скотча по швам поплыл в недра багажного отделения, сопровождаемый нашими с коллегой отвисшими челюстями.
После чего мы отправились в соседнюю лобстерную заесть стресс и выпить за здоровье сотрудников авиакомпании, отвечающих за клиентский сервис.
Дело было лет 20 назад. С тех пор, этот случай стал образцом клиентоориентированности. За меня подумали, да еще какое изящное решение предложили! Точки упаковки багажа во многих аэропортах, кроме пеленания в плёнку, предлагают купить чемодан или сумки. Но чтобы у авиакомпании было готовое решение для подобной ситуации прямо на стойке, такого не видел. А вы?
Гренадёр, Оптимист и Галлея
Вы жили при Коммунизме?
Я – да! Несколько лет. Прекрасных лет!
Три товарища решили создать компанию на принципах – от каждого по возможностям, каждому по потребностям.
Три лидера, назовём их Гренадёр, Оптимист и Галлея – три непересекающихся бизнеса – три точки опоры:
1. Рекламно-полиграфический (дизайн и препресс).
2. Софтово-хардварный (импорт железа и программирование)
3. Контентно-телевизионный (производство и вещание)
Сверхидея бизнеса состояла в том, что каждый зарабатывал, сколько мог, а общую прибыль был вправе инвестировать в свои направления и приоритеты. Основа – 100% доверия в порядочность, экспертизу и здравый смысл каждого из троицы. Успех общий, неудачи тоже общие.
Мы на себе испытали атомную синергию управляемого хаоса. Модель идеально вписывалась в состояния рынка тех лет и позволяла каждому взрывно расти. А поскольку мы дружили, развлекались вместе, то и вопросов о складчине не вставал, тем более, что наши семьи были полностью вовлечены в эту кутерьму.
Буквально через пару лет настали времена, когда входом в отдельные бизнесы стали интересоваться внешние инвесторы, и наша конструкция перестала быть устойчивой. Сначала постучались к Галлее, чего, мол, хочешь для развития. А она в ту пору как раз вела рекламную кампанию одной дерзкой партии. Выпалила:
– Хочу свою типографию. От бюджета заказчиков этим бракоделам улетает больше половины. А я сделаю лучшее на рынке производство.
Отвечают:
– Не вопрос. Давай делать новую компанию, но только с тобой. Без эти твоих… непрофильных активов.
Грех было не воспользоваться ресурсом и Галлея задала нам неудобный вопрос.
– Вот у нас деньги на счету, сколько из них моих?
– Все, – отвечаем с Гренадёром, – Договаривались же. Бери сколько надо.
– Не. Я хочу отдельный бизнес. Сколько могу забрать?
– Все.
– Я так не могу. Беру треть и выхожу. Не забывайте приглашать на тусовки. Вы же – мои любимки! – всплакнула комета, махнула своим прекрасным хвостом и сменила орбиту.