Андрей Сухоруков – Фантастика 2025-77 (страница 184)

Похоже, кто-то опасался продолжения разговора, который мог зайти куда-то не туда, тем более Мэй дала свое слово, а это не то, от чего ты можешь так просто отказаться.

Я направился следом. На дворе уже совсем стемнело, лишь последние блики заката окрашивали верхушки горного массива в алые тона. Вдали слышались сдавленные голоса и стоны, доносящиеся со стороны финишной черты — там еще продолжали стекаться оставшиеся кандидаты, которым не повезло в испытании.

За ними просто никто не отправился, ведь школе не нужны слабаки, которые даже до места отдыха добраться самостоятельно не могут. Любое обучение в школе боевых искусств — это борьба за ресурсы, а их на самом деле не так много, чтобы давать их всем. Да и нет в этом смысла, ведь тогда свои достижения никто ценить не будет и очень быстро упрется в преграду Возвышения.

Добравшись до казармы, я вошел внутрь. Здесь царила мертвая тишина, нарушаемая лишь изредка чьими-то вздохами и сдавленными стонами. Все вокруг валялись на своих койках, разбросав конечности и свисая с кроватей, будто усталость напрочь вынула из каждого остатки сил. Кто-то мрачно прижимал к себе целебные мази и бинты, кое-как перевязывая ссадины и синяки, оставленные после драк. Другие же просто лежали, погрузившись в глубочайший сон.

Лишь парочка кандидатов чувствовали себя хорошо, но они либо и не выкладывались на полную во время испытания или же имели при себе целебные пилюли как раз на такой случай. Все же мы находились не в равных условиях кто бы что ни говорил.

У кроватей стояли чаши с какой-то травяной кашей. На вкус такая же паршивая, как и на вид, но так или иначе я различил вкус нескольких целебных ингредиентов. А значит, есть нужно было, чтобы завтра пройти второе испытание.

После позднего ужина я бросил сумку у изголовья своей койки и повалился прямо так, не утруждая себя даже снятием обуви и верхней одежды.

Глаза сами собой сомкнулись, и я лишь на мгновение ухватил краем сознания отблеск пламени пары свечей, мерцавших в казарме. А через мгновение меня уже поглотила бездонная чернильная бездна.

Следующий день начался резко. Будто бы вчерашние события разом стали чем-то далеким и нереальным, осознание всего пережитого пришло уже позднее. А открыл глаза я от громогласного оглушающего рева, подобного тому, с которым устраиваются облавы на хищных зверей в густых чащобах.

— Вставать, олухи! — ревел находящийся прямо у моей постели младший мастер Зен, тыча в моего соседа своей тростью для опоры. — Шевелись, отродье змеиное! Или хочешь поспать перед завтраком прямо в канаве⁈

Со всех сторон раздавался стон и возня, сопровождаемые яростным матом и причитаниями. Похоже, сегодня младший мастер Зен решил взбодрить нас по-настоящему «полевым» образом, громко вопя и безжалостно пиная всех лежащих на своем пути.

А может, просто отыгрывался за какие-то обиды. Это уже какая-то психологическая обработка — кто выдержит такие издевательства или сбежит.

Впрочем, сам я поднялся молча и без возражений. Моя апатия к происходящему делала меня абсолютно безучастным ко всему вокруг.

Только воля заставляла меня двигаться дальше. Сдаваться демоновой технике я не собирался, что бы она там для меня ни уготовила.

Подобная степень моего безразличия лишь на миг озадачила розовощекого толстяка Фина, который подошел ко мне, ожидая, что мы, как обычно, обменяемся парой слов. Но вместо этого он просто посторонился, пропуская меня вперед, а сам поплелся следом, о чем-то причитая.

Через несколько мгновений мы уже выстроились во дворе для утреннего умывания, после чего нас направили в огромный тренировочный зал.

Вдоль стен восседали старейшины. В их числе были и двое из вчерашних гостей, что председательствовали на начальном этапе испытаний. Двадцатый мастер Гилрон, Двадцать первый мастер Сармосия, кажется.

Младший мастер Зен сделал несколько шагов в сторону группы старцев в серебристых одеждах, после чего объявил:

— Поприветствуйте уважаемого старейшину Ибахи То! Ибо именно он сегодня проведет для вас второе испытание!

Один из старцев слегка кивнул, принимая наше безмолвное приветствие. Остальные старейшины также кивнули. В их движениях сквозила сама суть невозмутимости и учености. Прямо образец для подражания будущим ученикам.

Кажется, это действительно были люди, снискавшие немалую степень совершенствования и далеко зашедшие на своем пути.

— Практик на пути Возвышения должен быть стойким и бесстрашным, — слегка прокашлявшись, начал говорить этот самый Ибахи То. — Страх может вести к гибели и помешает дальнейшему обучению и продвижению как практиков. К тому же, истинное возвышение и настоящий рост можно получить лишь тогда, когда ты на волосок от гибели. Когда от этого зависит твоя жизнь! Поэтому сегодня я буду проверять вашу стойкость и силу разума. Ибо обладаю редкой техникой воздействия и атак на ментальное «Я» человека.

— Старейшина Ибахи способен создавать давление, вызывающее страх и чувства, которых в обычной жизни вы не испытываете, если не встретите монстра высокого этапа Возвышения. И что самое главное, он настолько преуспел в этом даровании, что может воздействовать на практиков, чья сфера Возвышения превышает его собственную на одну сферу! — закончил за него младший мастер Зен.

В зале повисла звенящая тишина. Старейшина продолжил свою речь тихим и ровным голосом, позволяющим каждому из нас услышать и вникнуть в смысл каждого его слова:

— Итак, нужно, чтобы все вы уселись в позу для медитаций вдоль стен зала. А я в это время начну оказывать на вас давление своей духовной техникой, вызывающий у вас неподконтрольный страх, который будет становиться все сильнее с каждой секундой. В это время алхимик школы зажжет для нас палочку благовоний. Ваша задача — продержаться не сходя с мест хотя бы одну минуту, до того момента, когда эта палочка полностью истлеет, — пояснил задачу Ибахи То. — В таком случае задача будет считаться выполненной, и вы сможете гордиться тем, что продемонстрировали выдержку, достойную практика и будущего ученика нашей школы. Однако вы также должны знать, что давление со стороны моей техники не прекратится, пока последний из вас не покинет круг. Это еще одно испытание на прочность ваших духовных сил. В прошлом, самый способный из кандидатов смог выдержать пять с половиной минут давления моей техники. Теперь он один из гениев внутреннего двора школы.

Старейшина замолчал, глядя на всех нас с едва заметной усмешкой на тонких губах. Кажется, он испытывал определенное удовольствие от самой мысли, что теперь будет пробовать сломить наш разум.

А я же, после услышанного, едва не рассмеялся. Прямо тут, во все горло, раскатисто и громко, наплевав на младшего мастера Зена и всех старейшин.

Воистину, возможно, нет более подходящего момента для такого штрафа от Техники Безоблачного Неба!

Получить отсутствие страха в испытании, где тебе нужно выдержать его — это воистину невероятное везение!

Неужели само Небо обратило на меня свой взор⁈ И получается, эта Техника все же не такая всесильная, как я думал, и она может ошибаться!

Глава 18

Я сел в позу для медитации прямо на мягкий циновочный пол, скрестив ноги и выпрямив спину. Руки спокойно легли на колени. Вокруг меня таким же образом рассаживались остальные кандидаты, постепенно заполняя просторный тренировочный зал шахматным порядком, так чтобы не мешать друг другу.

В тишине можно было расслышать каждый вздох, каждое потрескивание ткани.

Вдруг в помещение стремительно ввалился сутулый алхимик, в спешке семеня крошечными шажками. Низко поклонившись старейшинам, он замер в центре зала неподвижной статуей.

Ибахи То чуть кивнул, призывая алхимика приступить. Тот ловко поджег палочку, ровное пламя охватило ее кончик густым ароматным дымком.

Первым делом я прикрыл веки, погружаясь в состояние умиротворенной пустоты и безмолвия. Казалось, даже шум и голоса снаружи притухли, меркли, уступая путь полной тишине.

Я почувствовал касание духовной техники. Как она медленно обволокла все мое тело. Это ощущение походило на погружение в воду. Очевидно, что все это должно быть волнительно. В сердце закрадется страх, а в голове должны появляться пугающие образы, которые из-за созданной атмосферы человек придумает себе сам.

Вот только для меня сейчас ничего этого не было. А касание техники казалось даже… приятным?

Я погрузился в свои мысли, не обращая внимания на то, что было вокруг. Потому что ощущения были очень необычными и не теми, что я ожидал после такого представления.

Воспоминания теснились перед моим взором. Картины из детства, проведенного бок о бок с отцом. Его жесткий облик и резкий взгляд, с которым он учил меня всему, что знал сам. Матушка погибла при родах, поэтому отец взял всю ответственность за воспитание на себя.

Сколько себя помню, всегда был благодарен ему за это, тем более он прекрасно, на мой взгляд, справлялся. А за время наших странствий я видел много различных семей и могу сказать, что мы вдвоем были счастливее многих.

Я вспомнил нашу последнюю встречу перед тем, как он бесследно исчез. Тогда мы остановились в маленькой деревушке на самом краю густых лесов, где, по слухам, водились демонические твари. Охотники сторонились этих мест, опасаясь за свои жизни. Но отец никогда не боялся встретиться с опасностью лицом к лицу. Да и хорошую охоту он тоже очень любил.