Андрей Стрелок – Час Конца (страница 11)

— А вы? — обратился я к индейцам, пошедшим в отказ. В их головах читался страх перед неизведанным и боязнь проливать кровь. — Такое предложение дается раз в жизни, второго шанса не будет.

— Мы не согласны.

— Нужно все сначала обсудить.

— Мне каз… — договорить не дала Мара, перехватившая контроль на телом, мое сознание мигом отошло на второй план. С вытянутой вперед руки сорвался некий энергетический сгусток черного цвета, субстанция врезалась в грудь одного из непокорных индейцев. Тот вскрикнул, да тут же затих, магия за считанные секунды сожрала верхнюю часть туловища, оставив лишь дымящийся белый скелет. Остальные краснокожие побледнели от ужаса. Моими устами Мара снова обратилась к старейшинам:

— Примите мою метку или умрите!

Мда, не ожидал такого номера, она ни с того ни с сего так взяла и убила достаточно влиятельного старейшину из племени юма.

— Блядь, зачем!? Зачем ты это сделала!?

— Чтобы показать, кто я и насколько серьезны мои намерения.

— Номера с костром хватило бы! От запуганных людей толку немного.

— Я дала, как вы это называете, мотивацию. Метод кнута и пряника. Будут хорошо служить — получат награду, посмеют ослушаться — пополнят ряды нашего мертвого воинства.

— Мертвого воинства? Что ты задумала?

— Именно то, о чем ты подумал.

— Нее, невозможно.

— Забудь это слово… невозможно.

Первым ко мне подошел старик с длинными седыми волосами из племени навахо, закатав рукав куртки, они дал понять о готовности присягнуть на верность Моране. Побольше бы таких решительных людей было.

— Давай!

Болезненную процедуру с обжигающим прикосновением богини я повторил сорок шесть раз подряд, пометил вождей, старейшин, плюс их личных водителей и сопровождающих. Одни были настроены достаточно оптимистично, служат высшей силе как никак, другие остались подавленными, осознавая фактическое рабство у древнего демона. Метка Мары служит как поводок, резко снижает вероятность предательства, ослушания, в противном случае заточенная в ней сила убьет носителя, с другой стороны есть немало положительных моментов: пока адепт служит верно, клеймо служит оберегом от чужой магии, способно лечить болезни и раны, дает прирост физической и колдовской силы, позволяет чувствовать собратьев-культистов и связываться с ними на расстоянии.

— Меня ты также пометила?

— Нет, печать не твоем теле, а на душе. В случае смерти она не даст тебе покинуть пределы физического мира. Наша связь гораздо глубже, чем ты думаешь.

— То, что ты меня на короткий поводок посадила и сдохнуть не позволишь я уже понял.

— Никаких поводков.

— А если вдруг наши пути разойдутся и я предам?

Послышался смех в ответ.

— Тоже самое ты говорил три тысяч лет назад, прямо слово в слово… Но так ни разу и не предал.

— Это был не я.

— Твоя сущность немногим младше моей, просто ты не помнишь, плоть налагает кучу ограничений на сознание. Можно пробудить память хоть сейчас, но в итоге сойдешь с ума от раздвоения личности, ты перестанешь понимать, кем являешься.

— Пожалуй, мне неплохо живется и в нынешнем состоянии.

— Ты не готов открыть свое «я» и, вероятно, никогда не будешь.

Закончив с раздачей «благословений», я сказал… нет, приказал краснокожим разъезжаться по домам, передав необходимые инструкции. К концу недели они должны прислать сюда две дюжины крепких и надежных парней, готовых убивать бледнолицых. У Мары появился какой-то замысел, о котором она пока не спешит рассказывать, но по ее упоминанию мертвого воинства можно сделать выводы. Когда последнее авто со старейшинами уехало, мы с Джорджем остались сидеть у костра. Старый шаман заметно помолодел за последние дни, сгладились морщины, отступила седина, да и взгляд его стал не таким потерянным. О чем старик думал, осталось загадкой. В свои семьдесят два он после процедуры выглядел чуть за пятьдесят, не шибко много — молодильного яблока или источника в нашем распоряжении нет.

— Какие планы на завтра?

— Поеду в город по делам.

Переночевав в трейлере гостеприимного шамана, на утро я отправился обратно в Сан-Диего на отжатом у наркобарыги «Субурбане». Прежний владелец уже не заявит об угоне машины, даже если бы мог, Мара выпила его жизнь без остатка, а превратившееся в иссушенную мумию тело рассеяла в пыль, как и тело коммандера Коула. Странно, но об ужасном поступке с вырезанным человеческим сердцем вспоминаю без каких-либо эмоций, содроганий, угрызений совести, не мучают кошмары. Спал лучше младенца в ту ночь. Видать, та, с кем делю туловище подправила психику.

Всю дорогу я оглядывался по сторонам в поисках полицейских, ибо если остановят, пиши пропало — у меня ни документов, ни регистрации, говорю на английском со страшным акцентом. При задержании очередного нарушителя патрульные сообщают диспетчеру, вдобавок в округе установлено полно видеокамер. Расправа над служителем правопорядка ничего не даст, информация в любом случае распространится по полицейским каналам и меня начнут разыскивать. Так что, остается ехать со средней допустимой скоростью и соблюдать осторожность. На русских в штатах и западной Европе объявлена настоящая охота, кого не убивают при задержании, отправляют в изоляционные лагеря. Неожиданно мне в голову пришла занятная мысль.

— Мара, я тут подумал, ты можешь воздействовать на мозги людей, верно?

— Верно.

— А сумеешь также с электроникой поступить? Скажем, заставить этот GPS показывать другие координаты, так можно в сто раз облегчить себе жизнь. Больше не опасаться засветиться перед камерами.

— Хм, надо попробовать…

По дисплею, где отображалась карта Калифорнии, прошла рябь в виде тонких горизонтальных полос. Система не на шутку взбесилась, вылезали и исчезали окна настройки, голос автонавигатора выдавал какую-то невразумительную шизофазию.

— Сто метров, повернуть, назначения, пункт, двадцать…

— Я не понимаю этих шифров из единиц и нулей…

— Вон оно как значит… — результаты нашего небольшого эксперимента весьма обнадеживают. — Ничего, найдем тебе что-нибудь почитать про системы двоичного счисления. Разберешься, станешь лучшим хакером на планете.

Доехать до Сан-Антонио удалось без происшествий, копы не проявили ни малейшего интереса к моей персоне. Интересно, как долго будет благосклонна ветреная госпожа удача? Когда по наши души нагрянет ЦРУ или АНБ? При всем желании воевать в одиночку против мощнейшего государства планеты нереально, уничтожение экипажа «Портлэнда» обошлось Маре очень дорого. Она получила сил ненамного больше, чем потратила. Выброс психический энергии в окружающее пространство забрал поглощенную из сотен человек прану.

Больница Святой Санты Розы была одним из крупнейших лечебных учреждений в городе, по крайней мере так сказано в интернете. Спасибо латиносу, подарившему мне джип, пушку, наличку и неплохой смартфон с выходом в сеть. Для нас интерес представляла ни сколько сама больница, сколько ее морг, откуда Мара выйдет уже во плоти, главное подыскать подходящее туловище.

— Чего ждем? — сущность в голове изнывала от нетерпения заполучить мясной костюмчик, поэтому когда я припарковался на стоянке, она начала недовольно ворчать. — Пока тело на блюдечке поднесут?

— Потерпи, нужно все обдумать как следует. Нельзя торопиться.

— Да что тут обдумывать?

— Ну взломаешь ты мозги персоналу, исчезновение трупа по-любому не останется незамеченным. А если мы в поле зрения камер попадем, пиши пропало. Автоматическая система распознавания лиц мгновенно определит, что я не являюсь ни гражданином США, ни залетным туристом, вообще никем, даже идентификационного чипа-то нет. В таких случаях незарегистрированное лицо объявляется в розыск, может меня уже ищут.

— Как же сложно тут все…

— У тебя получилось воздействовать на электронику, сумеешь заставить ее выключиться?

— Достаточно прервать токи, попробуй.

Я достал из кармана телефон и попытался всмотреться в него, уловить бегущие внутри электроны. Получилось, расширенное восприятие позволяет улавливать куда больший диапазон электромагнитного спектра, плохо понимаю, как оно работает, но работает же. Электрические заряды в проводах, микросхемах, человеческом теле выглядели как тонкие синеватые нити, которые я попытался оборвать. В результате моих манипуляций мобильник последней модели вспыхнул словно спичка, оставив серьезные ожоги на ладони и пальцах.

— Зараза!

Мара быстро восстановила поврежденную кожу, я даже боль толком ощутить не успел.

— Бестолочь… ты вместо того, чтобы остановить токи, многократно усилил их.

— Хорошо, попробуй ты теперь.

Экран бортового компьютера, индикаторы спидометра погасли, радио замолчало и внедорожник превратился в груду мертвого железа.

— Вот как надо делать это.

— Значит за дело…

Покинув «Субурбана', я, стараясь сохранять спокойное выражение лица, пошел ко входу в больницу. В вестибюле к счастью находилось совсем немного людей и никто не обратил на меня пристального внимания, включая упершегося в телефон охранника. Видеокамер в ближайших помещениях со слов Мары можно было не бояться, она их на время отрубила.

— Здравствуйте, подскажите, как попасть в морг? Я на опознание… — полушепотом обратился я к медсестре на ресепшне. Мой русский акцент опасно выставлять напоказ, поэтому в качестве дополнительных мер предосторожности в ход пошло легкое телепатическое воздействие, призванное усыпить внимание жертвы. Через пять минут, когда чары рассеются, медсестры и не вспомнят обо мне.