Андрей Стоев – Нижний мир (страница 31)

— Не бухти, капитан, — добродушно ответила ему Алина, — вези в «Итильского сома», заплатим вдвое.

Это немедленно сняло все возражения. Кобылка, к изумлению извозчика, бодро тронулась рысью, совершенно не замечая, что везёт пятерых человек и гору багажа. Впрочем, какой-нибудь одарённый, присмотревшись, мог бы увидеть возле повозки странные структуры, слегка похожие на полусформированные конструкты.

Довольно быстро оправившись от изумления, извозчик закрыл рот, чтобы тут же, по обычаю таксистов и парикмахеров, открыть его снова.

— Вы, я погляжу, не местные? — осведомился он. — По делам к нам приехали?

— Проездом, — откликнулся я. — Передохнём денёк, посмотрим, что у вас есть посмотреть, да и поедем дальше.

— За денёк не успеете всё посмотреть, — авторитетно заявил извозчик. — У нас и за год всё не посмотришь. Великий город, другого такого нет.

Кто бы сомневался. Думаю, если как следует его порасспрашивать, то мы обязательно узнаем, что именно в Итиле кроманьонец вместо того, чтобы тупо обгрызать кость, додумался сделать из неё какой-нибудь инструмент и тем самым положил начало техническому прогрессу.

— Поистине так, — вежливо согласился я, чтобы избежать дальнейших открытий.

Тем временем мы выехали на набережную, и внезапно перед нами во всю свою ширь открылся Итиль[26]. До этого я не видел Волги в низовьях, но надо сказать, она и в среднем течении производила впечатление. В нижнем течении впечатление оказалось намного сильнее.

— Итиль, — представил нам реку извозчик. — Когда Тенгри создавал мир, первым он создал Итиль. Но он был ещё неопытным создателем, поэтому не рассчитал и вложил в него слишком много божественных сил. И когда он увидел, что Итиль получился огромным, и вот-вот затопит весь мир, ему пришлось срочно создать Хвалиссу[27] для вод Итиля.

Любопытная версия генезиса Вселенной, впрочем, ничем не хуже других. Помнится, в христианской Библии про сотворение вод ничего не говорится, они как бы были изначально, до сотворения всего прочего. И до сотворения мира Дух Божий над этими самыми водами носился[28]. Не то чтобы то же самое, что здесь, но определённое сходство наблюдается.

— А вон там Белый город, — извозчик с гордостью показал на огромный остров, соединённый с основным городом несколькими ажурными мостами. — Но вас туда не пустят, даже не пытайтесь, — обнадёжил он нас.

— А кто там живёт? — с интересом спросил я. — Кагана?

— Богоравная кагана, само собой, да сияет она нам десять тысяч лет, — подтвердил тот. — Там много кто ещё живёт. Благородные Помощники все там, ну и из Народных большинство. Да много там всяких разных.

— Что ещё за помощники?

— Как что за помощники? — удивился извозчик моему невежеству. — Из Рук Помощи, какие же ещё. Помогают богоравной править, законы всякие принимают. Благородные Помощники в Благородной Руке сидят, и Народные, стало быть, в Народной. У Тенгри две руки, у нас, его созданий, две руки, вот и народ двумя руками богоравной кагане помогает.

Судя по описанию, выглядит это чем-то вроде двухпалатного парламента. Думаю, можно смело предположить, что в каганате система власти представляет собой какой-то вариант конституционной монархии.

— А богоподобные тоже там живут?

— Да кто же их знает? Вот Идущие, особенно которые посильнее, те тоже там, а богоподобные… они по каким-то своим законам живут. Что там у них в головах творится, нормальному человеку понять невозможно.

— Очень верно подмечено, — согласился я, а женщины дружно хрюкнули в кулаки.

— И вообще, лучше про них болтать поменьше, — продолжил свои рассуждения извозчик. — Никогда не знаешь, где такую случится встретить. Она может рядом с тобой сидеть и твою болтовню слушать.

— Рядом со мной? — потрясённо ахнул я, сделав круглые глаза. Дамы снова хрюкнули.

— Нет, ну я не имею в виду, что прямо вот сейчас рядом с тобой такая сидит, — снисходительно успокоил меня извозчик. — Просто вообще можешь встретить, и не понять кто это. У нас на Ручейном одно время молодняк начал шалить, лавки налогом обложили, людей обижали. И жила там бабулька такая простая, никто даже и не знал, чем она занималась. Вот она им как-то по пьяной лавочке под горячую руку и попалась. Даже не хочу говорить, что она с ними сделала. В общем, у нас на Ручейном с тех пор молодёжь самая воспитанная в городе. Бабушек через дорогу переводят, а чтобы какой старушке слово поперёк сказать, так даже и подумать не могут.

— Да, с бабушками надо повежливее, — подтвердил я. — Иные до того заводные, прямо ураган.

Гостиница не выглядела дешёвой — большое трёхэтажное здание на набережной, уходящее далеко вглубь квартала.

— «Итильский сом», — объявил извозчик. — Денег-то хватит? Дороговато здесь, может куда в другое место отвезти?

— Нам боевые выплатили, — объяснил я ему. — Хотим нормально отдохнуть.

— А, дело понятное, — кивнул извозчик. — Ну, если захотите покататься, город посмотреть, я всегда на площади у яблочной биржи стою. Спросите Кергана, меня там все знают.

— Обязательно, — кивнул я, и он, хлопнув кобылу вожжами по крупу, двинулся на поиски новых пассажиров.

— Всем будешь про боевые рассказывать? — полюбопытствовала Алина. — Не боишься, что нами грабители заинтересуются?

— С грабителями проще разобраться, чем со стражей, — пожал я плечами. — Ты же сама должна знать, что извозчики и служащие гостиниц докладывают страже обо всех подозрительных. Зачем нам лишнее внимание стражи?

Алина молча кивнула и не стала продолжать разговор. Странный вопрос, во всяком случае, от неё. Ещё одна крохотная странность в копилку странностей, правда, странностей там за эту поездку уже столько скопилось, что одной больше, одной меньше…

Гостиница действительно оказалась хорошей, и цены здесь были соответствующими. А главное — здесь имелась хорошая парная, причём с бассейном. Женщины немедленно двинулись туда, даже не распаковывая вещи, и исчезли с концами. Хотя после путешествия в товарном вагоне нам всем хорошая помывка была совсем не лишней.

Снова собрались вместе мы только ближе к вечеру. Женщины заметно похорошели и были в прекрасном расположении духа. Профессиональный макияж, модная укладка и ненавязчивый запах духов — ну чем не свирепые воины? Просто у кого-то в солдатском ранце маршальский жезл[29], а у кого-то косметический набор.

— Алина, у тебя есть предложения, куда пойти поужинать? — спросил я.

— Нет, я здешних мест не знаю, — покачала головой Алина. — Мне по статусу было положено в другие заведения ходить. Про эту гостиницу я просто слышала, что мол, неплохая, и с отличной парной.

— Ну, статус — это дело такое, — заметил я. — Некоторые вот бабушками в Ручейном живут, и ничего.

— Даже не представляю, кто это мог быть, и с какой целью так жил, — пожала плечами Алина. — Может, из Осколков кто-то.

— Осколков?

— Не бери в голову, — махнула она рукой, а Гана усмехнулась.

— Хорошо, не буду брать, — согласился я. — Тогда пойдём, поищем, где тут можно поесть.

Предложение было встречено командой в высшей степени положительно. Мы дружной толпой спустились вниз в холл, и я поинтересовался у портье:

— Уважаемый, не подскажете — где усталые бойцы могут поужинать и вообще мирно провести вечер?

— Можно у нас в ресторане, — поднял он на меня глаза. — У нас прекрасный повар.

— Боюсь, нам это будет немного дороговато, — с сожалением заметил я. — Мы простые бойцы, а не Благородные Помощники или ещё кто.

— Пожалуй, вы правы, цены у нас соответствуют, — согласился тот. — Тогда можете заглянуть в «Рыбака и рыбачку» ниже по набережной. Там хорошо готовят рыбу и недорого. Но туда частенько заглядывают девушки из Белого города.

— Это хорошо или плохо? — насторожился я.

— Кому как, — усмехнулся портье.

Я посмотрел на Алину, но она с недоумённым видом пожала плечами и улыбнулась. Что-то ты, подруга, совсем мышей не ловишь. Даже кабаков местных не знаешь, а туда же, советница каганы.

— Ладно, — решил я, — посмотрим, что там за рыба с девушками.

Из трактира тянуло запахом жареной рыбы — довольно аппетитно, впрочем, — и неслись какие-то заунывные звуки.

— Это что за звуки? — с подозрением спросила Ленка.

— Это музыка, — объяснила Алина.

— Музыка? — в голосе Ленки было столько недоверия, что на месте Алины я бы, пожалуй, и оскорбился.

— Народный инструмент у них такой, доска с двумя струнами, — терпеливо объяснила Алина. — На нём они и играют. К этой музыке просто привыкнуть надо. Когда привыкаешь, перестаёшь её замечать, но поначалу действительно трудно приходится.

— Пойдём, что у входа-то стоять, — вздохнул я. — Не оставаться же голодными из-за каких-то звуков. В конце концов, мы не в филармонию шли, а в трактир.

В трактире было людно и шумно, и народная музыка на удивление гармонично вписывалась в гомон и звон посуды. Свободных столиков было мало, и в результате нам достался не очень удобный стол в середине. Не люблю сидеть спиной к залу, хотя это скорее какой-то предрассудок. После двух курсов боевого факультета опасность я почувствую с любого направления, и врасплох меня застать невозможно — если, конечно, не говорить о Владеющих достаточно высокого ранга. Но им я в любом случае не соперник, какой бы стороной ни сидел.

— Нам сегодня свежих осетров подвезли, повар их в духовке запёк, — возле нас возникла подавальщица.