Андрей Степанов – Похоть Inc. (страница 41)

– Вот извращенец! – воскликнула Ника и тут же прикрыла рот ладонью.

– Кто это сказал, а? – в коридоре послышались шаги в сторону нашей приоткрытой двери. – Кто назвал меня… – закрывать дверь было глупо, поэтому я не позволил Нике ее захлопнуть прямо перед носом Леши. – Ты???

Бывший школьник смотрел прямо на Нику. Сейчас он, конечно, был ровесником моего нового тела, но по его взгляду было понятно, что не столько удивлен увиденным, сколько в ярости от неожиданной встречи.

– Есть разговор, – заявил я, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– Леша! Все в порядке? – парня окрикнула его подруга и тот дал деру.

– Я ей займусь! – Ника первая выскочила из номера. – А ты хватай гада!

Короткий коридор упирался в лифт, который обвивала лестница – справа начинались ступени, а слева расположились перила. Леша уже жал на кнопку – лифтом еще никто не воспользовался, и дверцы уже начали раскрываться.

– Хер тебе, – пробормотал я: подвижные пластины вернулись на свое место. Хрустнул механизм, что-то жалобно пискнуло в самом лифте и между дверцами осталась лишь щель толщиной с палец.

Пока я баловался с техникой, Ника впихнула девицу в номер и влетела за ней следом. Леша метнулся вниз по лестнице, а мне оставалось только сигануть через перила.

– Сказали же тебе – есть разговор! – рявкнул я ему в лицо, и парень, перепуганный, тут же бросился наверх. – А ну стой!

Проще всего оказалось рассечь его ремень – хорошая кожа легко подалась и я, криво ухмыляясь, подошел к растянувшемуся на полу седьмого этажа Леше в треснувших брюках:

– Добегался, – и, схватив его за шкирку, поволок прямо по полу в направлении его же номера.

Все могло быть куда проще, если бы в их двух комнатах больше никого не было. Но я застал внутри целую разборку.

Подружка Леши на моих глазах убегала в изолированное помещение, а рыжая уворачивалась от наседавшего со стороны окна коротышки.

– Тебе не говорили, что бить девушек – нехорошо? – спросил я, одновременно с этим выпуская из рук Лешин воротник. Тот звучно ударился челюстью о пол, а коротышка раскрыл рот и пропустил удар от Ники.

– Так, хватит, – я припомнил, как меня прижимали к стене, и низкорослый парнишка, взмыв в воздух, пробил спиной гипсокартонную стенку между комнатами, приземлившись прямо на кровать. – А тебе это – лишний урок, что меня злить не стоит, – добавил я, обращаясь к Леше.

Ника тем временем скрылась в другой комнате. Звуки борьбы и короткие ахи, которые явно принадлежали не ей. Вернулась она уже с телефоном в руке.

– На помощь! – тут же заголосила девушка.

– Вот же упрямая стерва! – Рыжая опять ушла, но на этот раз я услышал лишь один удар и все стихло. – Теперь никто не помешает, – добавила она, потирая правую ладонь.

Лешу я усадил на диван и встал напротив. Тот боязливо переводил взгляд с меня на Нику и обратно и потирал разбитый от падений подбородок.

– Что вам от меня нужно? – испуганно спросил он. – Кто он вообще такой? – и дрожащий палец уставился на меня.

– Так меня ты узнал, скотина, – грозно произнесла Ника, скорее утвердительно, чем задавая очевидные вопросы.

– У-узнал.

– Так, по-моему, все очевидно, – заявила она, обернувшись ко мне. – Он только что все признал.

– Что признал?

– Что ты виновен. Ты меня узнал и бросился бежать.

– Я испугался его! – дрожащий палец так и не опустился.

– Если ты не уберешь свою дрожалку, я тебе ее сломаю! – рявкнул я. Рука мгновенно упала на колено. – Я не жестокий человек, но мне уже не нравится, как ты себя ведешь! А сейчас, когда ты превращаешься в хорошего мальчика, скажи мне, почему ты решил убежать?

– А… – с каким-то облегчением протянул Леша. – Убежать… ну, я же испугался.

– Было из-за чего?

– Ну-у-у…

– Быстрее не можешь соображать? – я вдарил по столику кулаком, и икеевский картон тут же посыпался. – Сука, ничего прочного сделать не могут. Говори давай!

Чувство превосходства над провинившимся приносило даже еще больше удовольствия, чем я мог себе представить. Я едва сдерживал усмешку, пока наблюдал за бегающими глазками, дрожащими губами и руками, которые до сих пор не находили себе места.

– А чего говорить-то? Испугался… и все.

– Маленький лживый ублюдок! – Ника так рванула на парня, что я едва удержал ее на месте. – Ты слил видео?

– Видео? А!

– Сразу вспомнил! – она продолжала наседать. – Да как ты мог!

– Это же была всего лишь шутка! – воскликнул Леша. – А я сперва подумал, что это вы из-за нее, – он ткнул пальцем через плечо. – У нее такой грозный папаша.

– Чем грознее, тем бесполезнее его дети, да, депутатский сынок? – выразительно спросил я.

– Да нет же, я не это имел в виду, – залепетал он, и Ника вновь его перебила:

– Твоя шутка стоила мне слишком дорого, крысеныш! Отца удар хватил, а мать со мной до сих пор не разговаривает! Мне пришлось уехать и все бросить, потому что я не могла и слова сказать против!

– Я… я… Если я извинюсь…

– Не поможет! – Ника перегнулась через стол и отвесила бывшему ученику смачную пощечину. – Твои слова не вернут моей прежней жизни!

– Но я даже могу раскаяться! Принести извинения, – повторился он.

– Даже деньги тебе не помогут.

– Дам миллион! – воскликнул Леша.

– У тебя столько нет, – презрительно проговорила Ника.

– У отца есть! Два! – он начал торговаться.

– Мы еще даже не сказали, что намерены его прикончить, а он уже предлагает деньги, – усмехнулся я, нагоняя на парня еще больше жути. – А если так посмотреть, то всего два миллиона за жизнь… дешевка!

– Пять! – выпалил он, едва не плача.

– Мне его даже жалко становится, а тебе? – спросил я.

– Ничуть! – отрезала рыжая. – Удавила бы на месте.

Из комнаты раздался стон. Ника ушла и отвесила невольной свидетельнице еще одну оглушающую оплеуху.

– Пусть ее грозный отец сам разбирается, почему она здесь оказалась в таком виде! – стращала она Лешу.

– Больше мне нечего дать, прошу, пощадите!

– Может, хозяйство ему отрежем? – предложила Ника и подмигнула мне.

– Я ж не настолько изверг… Давай пару пальцев для начала, а то что-то мне его искренность не нравится совсем.

– А-а-а-а! – орал парень, как будто его уже начали резать.

– Пять давай, – продолжила рыжая. – Три с одной и два с другой. А если не сработает, затолкаем их ему в одно место… Зачем тебе вообще в голову пришло так пошутить, если ты меня «любил»??

– Меня попросили! – взвыл Леша.

– Да-а-а?? И кто же? Друг? Папка?

– Он врет, – сказал я, обошел парня за спиной и схватил его за палец. – Первый пошел…

– Ладно-ладно-ладно, никто меня не просил. Никто! Ясно? Только не режьте, прошу!

– Может, я лучше тебя лишу двух пальцев? – я наклонился к самому его уху. – Если ты ей скажешь правду, что сделал все сам, да еще и нарочно, она тебя забьет до смерти.

– Нет-нет-нет, не буду убивать, честно, – Ника подняла раскрытые ладони, демонстрируя миролюбивые намерения. – Но правду я с удовольствием выслушаю. Хочется знать, ради чего же я так страдала. Давай, Лешечка, – она взяла его за подбородок и заставила смотреть ей в глаза, хотя я видел, как старательно парень крутит головой, чтобы избежать этого.