Андрей Степанов – Похоть Inc. Том 1 (страница 14)

- Сука, ну не тупой же ты, - заметил это Тони.

- Сам знаю. Сказать тебе, что я не могу? Я терпеть не могу насилие. Не то чтобы я не могу подраться…

- Видел я тебя в драке. Скажу сразу – Вика тебя уделает.

- Срал я на нее с высокой колокольни. Я не могу прийти, даже с прикрытием в виде тебя, и насильно затрахать кого-нибудь.

- Так… - Тони быстро побарабанил пальцами по столу. – Я тебе сказал, что ты не тупой, да?

- Угу, - неуверенно согласился я.

- Беру свои слова назад.

- Да что не так-то!

- М-м-м-м… - он принялся массировать пальцами виски. – Не будешь ты, идиот, никого насиловать. Что тут сложного? Не понял про разогретых девок? Ты ж вроде не девственник.

- Это я понял, что мы к ним придем, когда они будут себя…

- Да, верно. Они будут себя. И когда мы заявимся, им будет фиолетово, что в них пихают: языки, пальцы или члены. Раз. Во-вторых, ты прекрасно помнишь их фантазии. Мы – два незнакомца. Придем, напугаем появлением. Из жестокости – разве что схватим, если вдруг убежать захотят. Максимум, что от тебя потребуется сделать – зажать рот, временно, а параллельно будет крутить движок.

- Что?

- Включи фантазию, мать твою! – рявкнул Тони, который, как мне показалось, только что успокоился. От его криков и моих путаных мыслей в голове ничего не желало складываться в единую картину.

Я поднял обе ладони, призывая его остановиться и замолчать. Следовало собраться и переварить все сказанное шефом. Нет, я не тупил. Но мое восприятие ситуации, очевидно, было иным.

То, что сообщил Тони, сильно меняло дело. И выражение на моем лице тоже менялось, потому что компаньон не удержался:

- Дошло… слава богу! Не будет никакого насилия в чистом виде. Эту работу надо оставлять профессионалам.

- И что, вы правда делаете такое?? – брезгливо поморщился я.

- Я уже устал тебя оскорблять, но ты так и напрашиваешься… Нет, Рома, насилие – это секс без согласия. Когда речь идет о воплощении чьей-либо фантазии о грубости и сексе без разрешения – это как бы уже с согласием. Типа как девушка говорит «я буду сопротивляться, но не очень».

- У меня не было такого опыта.

- Скучно жил. Зато теперь есть возможность попробовать всякое. Так. Расслабься. И сядь на стул.

- Но он...

- Сядь!

Я повернулся к сломанному стулу, но он принял прежний облик, и отломанная ножка больше не торчала в спинке, чтобы трехногая мебель не рухнула.

- Да как… ладно, сел!

- Теперь хорошенько подумай, помолчи – я тоже приведу мысли в порядок – и скажи, после моих объяснений устраивает тебя такой расклад или нет?

- Да, устраивает, - тут же откликнулся я.

- А если подумать? – с намеком спросил Тони.

- Все равно устраивает. Я готов. Ко всему. Поддержу, помогу, подыграю, - я и правда начал понимать, что это действительно работа, а не какие-то абстрактные увлечения.

Структура деятельности приняла четкие очертания, а вопросы сами собой получали ответы. Просто потому что я, преодолев последнее препятствие, теперь верил Тони – что все пройдет хорошо и никто не помешает забрать пару душ у этих девчонок.

Похотливая улыбка медленно расползлась вширь. Я посмотрел на компаньона и тот закивал головой.

- Готовься. Они начинают новое шоу.

Глава 16

Дело шло к вечеру и девчонки действительно принялись транслировать снова. Пока они только разгонялись и даже еще не разделись. Но я успел заметить, что они были в той же одежде, в которой мы сегодня застали их в кафе.

И Тони с этой своей программой мог предугадывать что, где и когда будут делать жертвы. Точнее, как он объяснил мне по пути к квартире, где жили девчонки, программа отслеживает любую активность, договоренности о встречах и планы через кодовые слова. Запоминает все сообщения в определенном радиусе, а дальше Тони уже самостоятельно обрабатывает это.

- Вот слушаю тебя и мне даже немного стыдно за то, что я так тупил.

- Ничего, бывает, - Тони, все том же костюме, выглядел уже не таким рассерженным. – У твоего поведения есть какое-то название, синдром чего-то там, но я уже забыл чего.

- Да знаю, это как готовишься к дальней поездке, а последний день всеми силами тянет назад.

- Ну, - компаньон скривился, - грубо, но отдаленно похоже. Поэтому ты и не получил втык от меня за свою тупость. А то сейчас он хочет и может, потом не может. Кстати, - он остановился перед небоскребом, в котором нам предстояло подняться на приличную высоту, - сейчас ты не передумал еще?

- Нет, конечно, - я представил, что за тот час, пока мы шли пешком, девчонки неплохо разошлись. – Все сделаем в лучшем виде.

- Молодец, - Тони вытащил тонкую маску какого-то анимешного зверька. – Держи и натяни на лицо. Не нужно, чтобы тебя потом узнавали на улицах… Тот еще ебырь-террорист, - и довольный своей шуткой он загоготал. – Надевай-надевай, у входа камеры, в подъезде тоже.

- А все остальное у тебя тоже при себе? – я оценил бездонные карманы идеально сидящего костюма.

- Всегда с собой, - подмигнул Тони, обратившись в хищного волка.

- А как мы… - начал я, но он уже двинул к дверям, ведущим в подъезд, и вызвал вахтера.

Дверь распахнулась, не успело пройти и гудка ожидания. Тони поманил меня, так что я почти ворвался в подъезд, и тут же на вахтера. Все же интересна его реакция, когда в дом влетают волк и заяц.

Но бабулька замерла на своей табуретке, отвесив нижнюю челюсть. Ее взгляд уперся в мониторы, а свет лампы отражался на белках.

- Что с ней? – спросил я, пораженный увиденным. Сухость старушки увеличивала ее сходство с мумией, отчего мне стало даже немного жутковато. – Ты что, ее того…?

- Нет, временный паралич всего и вся, но долго так ее держать нельзя, так двигай булками к лифту.

Я покрутил головой, нашел лифты и вбежал, на ходу услышав, как бабулька чихнула. И секундой позже в лифте появился Тони.

- С ней все нормально?

- Сердобольный какой… Конечно нормально, но еще пара секунд твоего промедления и… - он закатил глаза и высунул язык, как у повешенного.

- Хватит, - меня замутило. – Какой этаж?

- Вроде пятьдесят четвертый. Шестьдесят девятый тоже неплохо, но лучше это будешь с девчонками вытворять.

Лифт оперативно взлетел на нужный этаж и замер. Тони уверенно провел меня к нужной квартире, вставил отмычку и принялся налаживать ее положение, пока не щелкнул замок.

- Они нас не слышат, - тихо сказал он мне, а потом приоткрыл дверь и проскользнул в квартиру.

Задержав дыхание и пытаясь успокоить бешеный сердечный ритм, я вошел следом за ним, опустил дверную ручку и прикрыл дверь. Тони тут же ее запер:

- Не оставляй отпертой никогда, - шепнул он.

Передо мной открылась широкая прихожая, коридором уходящая вдаль. Свет был выключен везде, кроме дальней комнаты. Оттуда доносилось привычное моему уху позвякивание токенов и вздохи.

- Сейчас главное – не испортить момент. Напугали – и у нас лишь пара секунд, пока они не пришли в себя. Так что не тормози, соображай быстро и у нас все получится…

В этот момент в прихожую вышла Марина и Тони пришлось заткнуться. Девушка была без одежды, но блестела из-за масла от шеи до колен – отражался свет из дальней комнаты.

За секундную паузу я успел заметить, что при всей худобе камера не улавливает тех небольших неровностей, которые имеются у спортивных девушек: очерченный пресс, не накачанный, а ровный и аккуратный перевернутый треугольник лобка.

- А вы кто? – только и успела спросить Марина, а я уже бросился к ней и, развернув к себе спиной, зажал ей рот и зашипел на ухо:

- Тшш, все хорошо, не сопротивляйся, - другой рукой на всякий случай схватил ее за запястье так, чтобы она вся оказалась зажата в моих объятиях.

Девушка вздрогнула, но дергаться не стала. Невысокая, хрупкая, гибкая. Теплая – через футболку я отлично ощущал ее жар, который возбуждал.

Я обернулся на Тони – тот кивнул и прошагал в комнату, откуда вышла Марина. Послышался визг, звонкий шлепок, точно он размашисто приложил Кате по заднице, а потом оттуда донеслись сдавленные стоны.

От меня как-то ускользнул факт, что я больше не держу Марину за руку, а моя другая ладонь опустилась ниже. Девушка выдохнула мне в пальцы.