Андрей Степанов – Быков. Техно. Том 1 (страница 10)

– Его убили?

– Полагаю, что инсульт в его возрасте – не причина злоупотребления мясом или алкоголем. Ты хорошо его знал?

– Работали вместе, – ответил ловкач растерянно.

– Знал его отца?

– Обычный человек, как и мой. Алешку не за что было убивать, мы ничего такого себе не позволяли… Чтобы ты знал – нам нужен был только Родионов.

– Зачем?

– Он же в Имперском работает, что-то там… техно какое-то. Знаешь, нам не объясняли подробностей, в детали не вдавались.

– Заказчики? – все так же кратко продолжал расспрашивать я.

– Не знаю я их! Все было через Лешку.

– Метко успели, – процедил я сквозь зубы. – Значит, от тебя я не услышу имен, не узнаю мест, а все, ради чего ты пришел ко мне, так это предупредить? Якобы, чтобы держался от этого всего подальше? В чем подвох? Кто подослал?

– Ты только стволом не размахивай, ладно? – засуетился ловкач.

– Я подумаю, – руки я так и не убрал от груди.

– Твоя фамилия на слуху. Быков. Человек, который с молодым бароненком ошивался не так давно по всему Владимиру. Которого из-за решетки еще вытащили. Знают тебя.

– Я бы предпочел совсем не такую популярность. Так. И? Фамилия на слуху. У кого? Кто?

– Да Лешка все знал… – как-то совсем погрустнел ловкач. Не наивно и наигранно, а вполне себе естественно. Не осталось у меня сомнений в том, что Кононов пока что в этом дуэте главнее. Ниточки начали переплетаться. – Но тебе бы осторожнее быть. Кстати, друг твой где? Родионов.

– Черт его знает, – отмахнулся я. Не хочет говорить всей правды, так с чего бы мне с ним откровенничать. – Но, если ты сказал «А», так говори и «Б». Иначе у меня руки зачешутся что-нибудь с тобой сделать. Я смогу оправдать труп в собственной квартире.

– Не надо угрожать, – слегка скривился ловкач. – Знаю же, что блефуешь.

– Как и ты, – парировал я. – Сведи меня с нужными людьми.

– Это опасное дело, – он нервно почесал правую ладонь. – И для тебя, и для меня. Крыша у тебя не вечная.

– Опять про революции заговорили? – усмехнулся я. – Каждые лет пять всплывает эта тема и благополучно тонет даже без лишних арестов.

– Все не те люди были, все не те, – ответил ловкач. – Со своей стороны я могу сделать только одно: сходи в «Белый лебедь». Даже не так. Походи туда. С первого раза может не получится. На входе скажешь «Столик на двоих в самом темном углу».

– Если это шутка, я тебя найду, – предупредил я.

– Я не обманываю. Я пришел тебя предупредить, но раз ты сам лезешь в капкан…

Внезапно я подумал, что визит ловкача – та еще многоходовка. Но для этого меня надо знать слишком хорошо – не успел я еще ни перед кем так раскрыться, чтобы меня действительно знали лучше, чем по слухам, которые еще неизвестно кто распускает.

– Договорились. Платок оставь себе, – сказал я.

– Прием окончен, значит, – понимающе кивнул ловкач. – Я был здесь с благими намерениями.

– Я знаю, – кивнул я. – Ты знаешь, где дверь.

Ловкач привстал и тут же сел обратно:

– И пытать не будешь?

– Я не полиция. Не имею привычки бить и пытать ради удовольствия. Ты не принес мне ничего особенно ценного, так что… Я дал тебе больше информации. Это был хороший обмен, на мой взгляд.

Наш диалог я закончил довольно вежливо, не испытывая, впрочем, к ловкачу какой-то серьезной неприязни. Если ненавидеть каждого человека, с которым я когда-либо дрался, наберется целый квартал.

Гость ушел, прихрамывая и посапывая. Судя по платку в крови, били его сильно, так что он прибыл ко мне не с целью предупредить. А с целью заманить – вероятно, в того же самого «Белого лебедя».

Место, где собирались по меньшей мере дворянские фамилии в первом поколении. Бывали там и промышленники, которые тоже целились на титул, но там на них смотрели соответствующе.

Я осторожно подошел к глазку: ловкач все еще стоял снаружи, переминаясь с ноги на ногу, так и не решившись уйти. Минутой позже, обернувшись на дверь, он направился по коридору в сторону выхода.

Как только он скрылся из виду, я провернул замок и неслышно вышел следом. Ковры в коридоре заглушали все звуки, так что я смог незамеченным пройти к самому выходу из здания. Хотя ловкач не озирался, мне казалось, что за мной кто-то следит.

Ощущение неизбежности чего-то мрачного преследовало от самой двери. В парадной ловкач осторожно спустился по ступенькам и вышел на улицу – двери выходили на узкий тротуар, который сейчас был почти безлюдный. Даже особо шума не было слышно, хотя неподалеку пролегала пристойная улица.

Ловкач вдруг испуганно дернулся и замер на месте. Три щелчка с присвистом – и его тело точно невидимыми гвоздями к распашной двери прибили. Ненадолго, правда, – уже парой секунд позже он сполз на тротуар.

Я предпочел ретироваться.

Глава 12. Не будь дураком

В идеале, конечно же, как если бы я был персонажем какого-нибудь бульварного романа или старого детектива, мне, как сыщику, пренепременно пришлось бы спускаться вниз, чтобы проверить: жив ли? Если бы это был стиль нуар, меня бы застукали полицейские, объявили вне закона и погнали бы по улочкам района – или пристрелили бы. В зависимости от того, какого уровня персонажем я мог бы там быть. И все же я находился в мире, где преобладал здравый смысл.

Именно по этой причине я пошел обратно к себе. Спешно, но не шумно – ковер не до бесконечности может поглощать звуки. И по очень простой причине я намеревался забрать вещи, вооружиться основательно и выбраться из дома, чтобы на время скрыться из виду, занимаясь своими делами.

Когда я находился уже возле собственной двери, топот ног настиг меня. Судя по расстоянию – начало лестницы. Я опережал преследователей меньше, чем на минуту.

Дверь я прикрыл так же тихо, как и шел, провернул все замки на максимальное количество оборотов, а потом приставил стул спинкой к ручке. Все это дало бы мне несколько минут.

Причина, по которой я выбрал для проживания верхний этаж, заключалась в игре слов – он не был самым верхним. Чердак, на который можно было выбраться через специальный лючок, спрятанный в ванной комнате, я собрал через неделю, как перебрался сюда. Чердаком можно выбраться в любую часть здания, даже на улицу – через пожарную лестницу. Но это – самое очевидное, там будут дежурить.

Крайний случай – спрятаться прямо на чердаке, отсидеться денек-другой, но не в моей практике было ошиваться в грязи больше положенного. Тут сказывалось знакомство с бароном Абрамовым, который в северных золотоносных губерниях грязь с себя смывал, точно на свидание собирался.

В итоге я взялся собирать документы и деньги. Наличность особой роли не играла, потому что основные средства у меня лежали по разным банкам. А вот без документов было бы тяжко – в лицо меня ни один банк бы не признал.

Как раз, когда я собирался рассовать по карманам особого, вместительного пиджака, все копии и документы одновременно с пачкой банкнот, дверная ручка резко повернулась. Без предварительного стука или притворных криков «Откройте, полиция».

Я понял, что мое время резко сократилось, и рванул в ванную. В этот момент на дверь навалились, да так, что затрещало само полотно, между прочим, шестьдесят миллиметров толщиной – деревяшка, но добротная, сшитая по старым технологиям. То есть, сил к ней прикладывали на двух амбалов.

В ванной я заперся изнутри на крючок – тоже немного задержит преследователей, если они решат дойти до упора, потом задернул шторку, толкнул лючок наверх, подтянулся на руках, втиснулся и, быстро подтянув ноги, вернул последнее препятствие на место.

Но сидеть на месте я не собирался. Надо было двигаться дальше, только любопытство взяло верх.

Я услышал, как с треском проломили входную дверь. Судя по грохоту, ее вышибли тараном, а щепой засыпали не только всю прихожую, но еще и отчасти коридор. И ведь хоть бы один возглас, одно имя!

Нет, вошедшие топтали, грохотали, переворачивая все с ног на голову. Я услышал, как бахнул стол, как зазвенел телефон, улетая на пол. Как шумело содержимое ящиков, которые опустошали, не считаясь с тем, что находится внутри.

Квартиру громили. Будь я внизу, мне, быть может, пули бы не досталось, но отколошматили бы меня будь здоров.

Закончив с жилыми помещениями, амбалы переместились дальше. В кухне пострадала посуда, причем не очень активно, как если бы силы незваных гостей постепенно иссякали.

– И где он?! – донесся до меня через перекрытия хриплый голос.

– Хер его знает!

«Он точно знал, где я, он же со мной», как-то глуповато пошутил я у себя в голове. Подо мной выругались, пнули ванну – очевидно, в сердцах, потому что вой поднялся, как будто ногу не ушибли, а отрезали.

– Я сейчас полицию вызову! Хулиганы!

На охоту вышла соседка, живущая аж через квартиру от меня. Прекрасно слышащая, но регулярно прикидывающаяся глухой, чтобы подслушать еще больше сплетен. Такого таланта у меня не было – возраст не тот.

– Бабуль, мы сами полиция! – нагло соврал один из тех, что ломали дверь. – Тут проживает…

– Я прекрасно знаю, кто тут проживает! – громко заявила о себе бабуля, заставляя меня гордиться ее несгибаемой гражданской позицией. Страшно подумать, будь я действительно был преступником, что бы она со мной сделала без суда и следствия.

– Шли бы вы…

– Вот и пойду! – с нарастающей громкостью продолжала бабуля. – Куда надо! Вам меня не запугать!

– Не стоило так, – с легкой угрозой проговорил один из громил, и я не выдержал.