Андрей Степанов – Бесконечное прошлое (страница 24)

Поправив сползающие на кончик носа очки, отец Даниил повернулся к оставшимся двум спутникам:

- Лучше унести его отсюда в тень. В свободную квартиру или – куда угодно, только уберите с жары. Мы потом сделаем все, как полагается, - затем он, убедившись, что рядом никого нет, снова обратился к Сергейцеву. – Ты проявляешь сочувствие и мне это понятно, как и каждому из нас. Но ты проявляешь слабость. Чувство вины для тебя сейчас – худшее проявление слабости.

- Нет, это просто… - попробовал оправдаться следователь.

- Миша! – уже настойчивее заговорил священник. – Пойми. Нас было трое. Мы собрали людей вокруг себя. Теперь нас меньше. Тебя не будут слушать, если ты будешь выглядеть слабым. И удержать людей здесь, спасти их тоже не получится. Уже один провал есть. Все должно быть крепче. Надежнее.

- Я не…

- Хватит уже утверждать, что ты не готов, что ты не лидер. Ни ты, ни я – никто здесь не знает каждого настолько хорошо, чтобы с уверенностью в сто процентов заявить: вот именно тот человек, который поведет вас вперед! – ощутив крепость в ногах, священник поднял оружие и, стряхнув с него остатки земли, повесил на грудь. – Возможно, что среди сотен людей здесь есть те, кто лучше тебя. Опытнее. Но ждать, пока они себя проявят – значит потерять время зря. Действуй!

Он сделал перерыв, чтобы отдышаться: падение было весьма чувствительным и ребра в тех местах, где отец Даниил приложился особенно чувствительно, сильно болели. Рассердившись на себя, он глубоко вдохнул и продолжил.

- Здесь нет политики. Не за что соревноваться. Ни за деньги, ни за ресурсы, ни за людей. Они поблагодарят тебя за спасение. И забудут через год, что ты существовал, что ты сделал для них, потому что память человеческая выкидывает эти ужасы. Просто руководи ими, покажи, что ты приведешь их к спасению, а не к смерти. Понимаешь?

Сергейцев молчал. Не первый день он слушал речи священника, пытаясь разобраться в себе, но чувство вины и того, что он делает что-то не так, не покидало его. Рука, отечески лежавшая на плече, сильно встряхнула его. Настолько, что он не ожидал подобного от слабого на вид отца Даниила.

- Понимаешь? Пора. Времени на раздумья уже нет, - настойчиво повторил он. – Если ты поймешь мои слова только когда последний житель этих мест будет стоять на краю гибели – значит, я ошибался в тебе.

Рука соскользнула с плеча и отец Даниил, слегка прихрамывая, пошел прочь. Двое парней, спрятав тело Олега от палящего солнца, вернулись к Сергейцеву.

- Что дальше будем делать?

- Надо поставить ворота покрепче, - следователь начал раздавать команды.

Из подъездов, заметив, что опасность миновала, а новой пока не предвидится, осторожно выходили люди. Бывшего следователя быстро окружили люди. В полнейшей тишине они слушали его предложения, простые и понятные: очистить двор от деревьев и веток, отправиться еще раз за материалами и возвести несколько баррикад внутри двора на случай, монстры все же прорвутся еще раз.

Он говорил, а сам временами посматривал на священника, словно ждал его одобрения. Разговор с людьми затянулся. Начались вопросы, но отвечать на них оказалось так же легко, как и давать задания. Людей беспокоили очевидные проблемы. К удовольствию Сергейцева, никто из них не говорил о новых вылазках вдаль. Даже человек, которого он запомнил еще утром – того, что ездил на разведку, - не выказывал такого желания.

Люди делились на группы самостоятельно, словно ощутив какую-то свободу выбора. И те, кто раньше неодобрительно отзывался о соседях, различал людей рабочих и офисных, руководящих и подчиненных – все оказались на одном уровне и в равной степени брались за предложенную работу. Теперь у них не было ничего, кроме собственной жизни и за нее они были готовы бороться на равных.

Толпа постепенно разбредалась. Снова появился шум. Инструмент, техника, генераторы – все снова заработало. Во время разговора Михаил безуспешно пытался подсчитать, сколько человек находится в лагере, но сбился, прикинув что только рядом с ним было не меньше двухсот пятидесяти мужчин, тогда как в квартирах сидели еще старики, дети и женщины.

- У нас все здорово упрощено, - сказал он священнику, когда последний парень нашел себе занятие и таскал распиленные на бревна деревья. – Вернее, было здорово упрощено. То было кабинетное, сиди и пиши бумажки, а потом езди по готовым работам. А здесь… - Михаил задумался. – Сложно очень. Даже слишком сложно.

- Зато ты, наконец, начал действовать. Скоро мы узнаем, вовремя ты успел раскрыть в себе талант руководителя, или мы опоздали, но я уверен – для людей все то, что ты сейчас делаешь – лучшее. Но нам надо защищаться. Пора.

Отец Даниил уже приготовился снова уговаривать следователя, но тот прошелся среди людей, негромко задавая вопросы, которые не стоило произносить во всеуслышание, и затем во главе небольшого отряда прошел к автомобилю священника. Тот лишь улыбнулся, глядя, как орудия защиты раздаются людям.

Через несколько минут к группе присоединилось несколько пенсионеров – некоторые из них прошли через горячие точки и были отличными стрелками. Их следователь подрядил в разные точки по периметру, следить за окружением. Следом за ними отправились несколько подростков, почти что дети.

Когда группа разделилась и все разошлись по своим местам, следователь вернулся к священнику. Тот как раз растирал больные ребра.

- Никак не отпускает? – участливо поинтересовался Сергейцев.

- Пройдет, - улыбнулся отец Даниил. – А ребятишки куда? Вместо связи?

- Именно. Раций нет, связи тоже. Только так, по старинке. Зато будем точно знать, с какой стороны кто идет. Пусть с небольшим опозданием, но лучше так, чем когда проломят ворота.

- Это точно. Ты посмотри, что наши умельцы придумали, - священник развернул следователя лицом к воротам.

Старое полотно живо распилили напополам, решив вернуть проверенную временем конструкцию. В бетон вгрызался инструмент, наскоро вешали массивные скобы.

- Какая необычная конструкция, - пробормотал Сергейцев.

- Зато должна быть надежной!

Сами ворота еще не повесили, но судя по замыслу инженера, что буквально на пальцах показывал, как должны проходить две массивных стальных балки, что играют роль огромных засовов. Приводить их в движение должен был большой барабан с рукояткой. То, что такая штука будет адски скрипеть и свистеть, не сомневались ни Михаил, ни отец Даниил. Насчет надежности тоже.

- Смотри, к нам кто-то идет! – с нотками восторга в голосе крикнул священник. – Надеются на наши ворота, защиту. О, их пятеро, да еще и собака! Что скажешь, можем мы дать им кров и приютить всех?

- Скажу, что даже наши ворота не защитят от них, если мы решим их не впускать, мрачно заметил следователь, заметив Александра, бодро шагавшего впереди всех.

Глава 19

Несмотря на то, что следователь сменил одежду, узнать его вблизи было нетрудно. Филимонов, возглавлявший всю группу, прекрасно понимал, с чем им придется столкнуться, если тот сразу не окажет содействия.

К тому же теперь с ними в качестве дополнительной нагрузки были дед Василий, и Антон, и Аня. Последняя чувствовала себя совсем нехорошо. Ее состояние было частью плана Александра. Ставку он делал на умения и хитрость своего старого знакомого – а потому Ане его присутствие было совсем не нужно.

Такому решению первым выразил протест дед Василий и следом Антон, который прекрасно помнил, что происходит с человеком, когда Сила уходит из него. В этот раз все остальные приняли другую сторону, доказывая, что добровольный исход не так сильно влияет на организм.

Маловероятно, что сама Аня согласилась бы с такими доводами. Усталость, головокружение и адский голод, словно она не ела три дня – не самые приятные ощущения. Ее состояние еще издалека заметил Сергейцев. Знал он и деда Василия. Поэтому странная компания уже не вызывала прежнего отторжения и желания прогнать их всех подальше.

Пришедшие, пройдя через ворота, остановились в нескольких шагах от бывшего следователя и священника. Дед Василий с интересом рассматривал изменения района, в котором он бывал, хоть и редко. Антона привлекла конструкция ворот, а Марина, глядя копошение людей во дворе, фыркнула:

- Средневековье!

Напряжение нарастало. Ни Михаил, ни Александр не сделали ни шага навстречу, чтобы как-то разрядить обстановку. Пес послушно приблизился к хозяину.

- Может, покусать их? – в голосе, что прозвучал в голове владельца Пса, слышалась надежда.

- Не стоит, - Александр не отводил глаз от Сергейцева, - они только испугаются еще больше.

Следователь держал автомат дулом вниз, но был готов в любую секунду вскинуть его. Странная компания напрягала и священника. Если несколько минут назад он был готов приветствовать любых гостей, теперь он чувствовал от них угрозу.

- Знакомое лицо, - произнес наконец Александр, попытавшись улыбнуться.

- Еще бы, - бывший следователь шутки не оценил. – Сейчас я уже не в тех условиях, но посадить бы тебя…

- Мне кажется, - внезапно посерьезнел Филимонов, - что ты действительно сейчас не в тех условиях. Мы пришли, - не дал от сказать ни слова уже открывшему рот для ответа Сергейцеву, - чтобы вам помочь.

- Как же!

Люди, сновавшие туда-суда мимо них, обеспокоенно посматривали в сторону странной компании. Словно они ощущали это напряжение, которое электрическими разрядами мелькало между людьми.