Андрей Соколов – Последыш (страница 4)

Она резко повернулась ко мне. Прищурившись, спросила:

– Ты тоже о таком подумал?

Признаться честно, такие мысли, при всей их абсурдности, в мою голову приходили. Но глядя на трясущуюся от злости Риту и ее скрючившиеся пальцы с острым маникюром, я энергично помотал головой.

– Что ты! Нет, конечно!

Она пару секунд смотрела на меня с подозрением, а потом выдала:

– А о чем тогда?

– Так в том-то и дело, что никакого объяснения у меня не было, поэтому и решил разузнать, – ответил я и мысленно похвалил себя за грамотный отмаз.

– Ну и что? Разузнал?

– Нет! – встрял опять Игорек. Он так и сидел, набычившись после ее «пьянь» в его сторону.

Рита махнула рукой и уселась обратно в кресло.

– Ладно, слушайте…

Сделала паузу, похоже подбирая слово, как нас обозвать, но благоразумие в этот раз победило, и она передумала. Ее рассказ свелся к следующему. В конце мая она гостила на базе у дяди Славы. А рядом с ним на соседней базе отдыха снимали двухэтажный коттедж молодые ребята, которые проводили психологический интенсив под названием «Энергия тела». Про название ей Анна, администратор дяди Славы, поведала. А Рите было скучно, вот она и заинтересовалась. Выбрала время, когда вся группа сделала перерыв на обед, и пошла знакомиться с устроителями тренинга. Ими оказались два парня и приятная во всех отношениях женщина по имени Братислава.

– По описанию, это ее ты встретил на лестнице, – сказала, посмотрев на меня, Маргарита.

«Братислава», – почти по слогам мысленно повторил я.

– Какое красивое имя, – вырвалось у меня вслух. По телу пробежали мурашки. Перед глазами отчетливо всплыл ее образ, я как будто даже запах ее почувствовал.

– Ага, – подтвердила мое мнение Рита. – Она и сама невероятная женщина. Она столько знает. Столько умеет. Я когда первый раз пришла к ней на…

– Хы-хы: «братик Слава», – глупо развеселившись, вступил в разговор, перебив на полуслове Риту, Жора.

– Ты чего несешь! – одновременно проорали, вскочив, мы с Ритой.

Я сжал кулаки и немного качнулся к нему телом. Понял, что очень хочу его ударить. Рита же, не сдерживаясь, пнула ногой по столу, выплеснув напитки из кружек и опрокинув полторашки. А после этого, круто развернувшись, выбежала в коридор, обулась и, хлопнув дверью, исчезла. Я же после того, как она пнула по столу, впал в какой-то ступор и так и стоял, уставившись на пролитый квас из моей кружки. В голове громко стучал пульс в такт повторяющимся в голове слогам. «Бра-ти-сла-ва».

«Бах», – зазвенело в голове. «Бра-ти…» «Бах», – по второй щеке дал леща Жора.

– Стой! Больно же! – отшатнулся я, придя в себя и увидев, что он замахивается в третий раз. Вот же блин! Рука у Жоры была тяжелая. И при его росте метр девяносто и весе 130 килограмм пощечина запросто могла стать фатальной, захоти он этого. Жора, не опуская руку, прищурившись, пару секунд внимательно смотрел в мои глаза. Потом как-то поспешно отвернулся, тяжело вздохнув, взял бутылку с квасом и не глядя протянул мне.

– На, попей. – И только после того, как я начал пить, сел в свое кресло. – Что это было, Глеб? Чего я не знаю? У вас что, там групповой прием наркоты, что ли? Что за неадекватное поведение? Ты учти, Глеб. Дружба дружбой, но семья – это святое. Я за сестренку и эту компашку размотаю, и тебе зубы проредить не постесняюсь.

Высказывая все это, Игорь выглядел одновременно растерянным и серьезным. Хмурил брови, сжимал и разжимал кулаки. При этом продолжал избегать смотреть мне в глаза. Я все слышал, но пребывал в какой-то прострации. Чисто механически сел в кресло, рука безвольно опустилась к полу, выронив бутылку с квасом. Ни я, ни Игорь на это никак не среагировали. К тому же меня еще и неслабо так подташнивало. Да и если начистоту, то я сам был в полном недоумении. Недоумение вызывало мое физическое состояние и реакция на глупую шутку Жоры. Как бы это бредово ни звучало, но у меня появилось четкое ощущение внешнего воздействия на мое тело и психику. Я до сих пор не чувствовал ни с тем, ни с другим полноценного контакта. И только мозг продолжал работать. Мозг старался. Старался дать ясность, но делал это как-то необычно. Мыслеобразами. Выглядело в моей голове это примерно так. Картинка вскакивающего меня с желанием ударить. Следующий образ – Рита, произносящая имя «Братислава»… Глаза женщины на лестнице, я вскакиваю на ноги с желанием защитить, белое платье, ее глаза, шепот губ. Я стою в ступоре, ее запах, запах имеет цвет. Меня тошнит, глаза, губы, запах… Рита, произносящая ее имя, шепот… Глаза, губы, запах, слова: «Защищай меня!». Жора, которого хочу ударить.

– Да не молчи ты! – не понимая, что со мной происходит, и не выдержав моего игнора, прикрикнул он на меня. – Еще раз спрашиваю. Чего вы взбеленились из-за этой хренославы?!

Ох, вот это он зря. С очередным наездом на это имя я не справился. Внутри прошел спазм, и меня стошнило прямо на столик. Ну а следом – всем пока. В глазах потемнело, мир крутанулся, и я вырубился.

Глава 3

Мне было плохо. Во рту гадко. В душе тоска, в теле слабость. Голоса Игоря и сестры возле моей кровати казались чужими и для меня сейчас неуместными.

– Так, уже лучше, пришел в себя, – наклонилась ко мне Светлана. – Как тебя угораздило, братишка?

Отвечать не хотелось. Я отвернул голову, уставившись на первое, что попалось на глаза. На свою левую руку.

– Что, братишка? Так плохо?

Пальцы на руке слегка подрагивали. Света села рядом и положила свою маленькую, твердую ладонь мне на голову.

– Бедный, маленький Глеб. Хотел всем помочь… Всех спасти… Наш смелый, маленький герой…

Ну вот, сейчас расплачусь. Я понял, что Света применяет ко мне психологическое воздействие. Но ее слова, которые она произносила, интонация в совокупности с неторопливыми поглаживаниями по голове мгновенно нейтрализовали зарождавшийся к ее воздействию скепсис, и я, повернувшись на бок и подтянув на манер эмбриона колени к животу, действительно расплакался. Света накрыла меня одеялом и замолчала, переместив ладонь мне на плечо.

– Все, теперь можно, – через какое-то время, обратившись к Игорю, что-то разрешила она. Что – мне было совершенно безразлично.

Жора подошел к кровати, подсунул под меня руки, поднял и, прижав, как ребенка, к груди, немного покачивая, куда-то понес. Это при всей необычности было даже приятно. Через мгновение эти крохи приятности бесследно исчезли. Потому что он меня аккуратно посадил в мою ванную, которая была наполнена поистине ледяной водой.

– Держи его, – потребовала моя сестра и, как будто того, что я сидел полностью одетый в ледяной воде, им было мало, включила, направив на меня, душ. Естественно, вода там тоже была ледяная.

Похоже, к этой процедуре они подготовились заранее. Буквально секунд через десять былое безразличие исчезло без следа. Зато вернулось желание разговора.

– Чего творите, сволочи? – начал я диалог, попытавшись встать. Жора, выполняя распоряжение моей сестры, держал крепко.

– Э-э, ну хорош! – продолжая дергаться, завопил я. Кости черепа от холода льющейся воды, кажется, начали трещать. – М-м-м-м, – замычал я, изо всех сил пытаясь убрать голову из-под верно и неумолимо убивающего меня потока воды.

Но Светлана, примерив на себя роль убийцы, не давала мне ни единого шанса это осуществить. Немного погодя она, видимо посчитав, что уже достаточно заморозила мне голову, принялась за остальные части тела, торчавшие над водой. Последовательно поливая грудь, спину, плечи.

– Све-ет! Может, хватит, – услышал я жалобное блеяние Жоры. – У меня руки замерзли, сил больше нет терпеть.

– Так отпускай уже скорее, скотина, – заорал я, одновременно пытаясь выломать ему пальцы.

Неизвестно, что на нее подействовало. То ли просьба Жоры, то ли мой крик, или Света просто по своим каким-то соображениям решила, что мне уже хватит. Но поток воды сверху прекратился, я увидел, как рука Светы, дернув за цепочку, выдернула пробку, освободив слив, а Жора наконец-таки убрал свои лапы с моего загривка.

– Ну ты жесть, Света, – обратился он к моей сестре.

Я же имел более радикальное мнение о ней. Но высказывать его не стал, так как в этот момент был занят тем, что корчился от ломоты во всем моем бедном окоченевшем теле, в которое кровь усиленными темпами гнала тепло. И еще пытался совладать со своей трясущейся челюстью. В жизни ничего подобного до сегодняшнего дня не испытывал.

– Ну и как тебе, Глеб, твоя Братислава? – Света присела на корточки рядом с ванной и попыталась заглянуть мне в лицо.

– Ид-дит-те в-вы вс-се! – Я начал снимать облепившую тело мокрую футболку.

– Включить горячую? – предложила сестра.

– Не, – отказался я и неожиданно для себя захихикал. По телу пошла волна расслабления, следом за которой произошел мощный выплеск эндорфинов. Разница между состояниями, когда я пришел в себя и сейчас, была потрясающая. Как будто я скинул грязную, унылую оболочку, стеснявшую тело и ограничивающую способность жить. И да, я понимал, почему Света спрашивает про Братиславу. Потому что я предельно четко ощущал, как на этой воображаемой оболочке, которая сейчас с водой стекала в слив ванной, был отпечаток ее присутствия.

Света, по-прежнему наблюдавшая за мной, кивнула и, встав с корточек, вышла из ванной комнаты. Жора же, все это время сидевший на закрытом унитазе, встал и пошел следом. Стопудово пиво допивать. Мне же уже какое-то время нестерпимо хотелось помочиться, что я с облегчением и сделал, поскорее выбравшись из ванной. После, окончательно раздевшись, обтерся полотенцем, накинул халат и пошел в спальню, намереваясь одеться в сухое. Проходя мимо гостиной, увидел, как Жора наливает пиво в свою кружку, а Света потихоньку с задумчивым видом отпивает из своей. «Алкаши, блин. Нет чтобы бегать там, закаляться…» – слегка раздраженно подумал я. В спальне, подойдя к шкафу-купе с зеркальными дверьми, отметил, что сильно полопались капилляры в глазах. Швыркнул носом и, надев шорты, прихватил носовой платок. Капец, в такую жару еще и с насморком теперь. Надо проверить аптечку дома на наличие назального спрея.