Андрей Соколов – Последыш (страница 10)

Я отключился, не желая продолжать этот разговор. Вот так всегда с ним. Из запоя он выходит разом, неожиданно, и сразу начинает активную деятельность. Сегодня на работе по-любому устроит всем аврал. Я же ощущал себя не хорошо и не плохо. Приемлемо, если одним словом. Но повысить уровень общего самочувствия, продолжив сон, был не против. И поэтому, повернувшись на бок, отключив телефон и включив с пульта кондиционер, я разрешил себе продолжить спать. Ну его, этого Жору. Никуда он теперь не денется.

Разрешить-то разрешил, но выполнить на практике задуманное не вышло. Хоть и лежал с закрытыми глазами, но мысли в голове были ясные, жажда в организме сильная, а мочевой полный. Так что не прошло и пятнадцати минут с момента разговора с Жорой, как я уже находился в ванной комнате. Ну а дальше по накатанной. Кофе, прогноз погоды, новости, яйца, сосиски. Собираясь на выход, взял рюкзак. В него, опираясь на «Сегодня днем двадцать девять», сложил запасную футболку и, так как в шортах таскать кобуру с травматом посчитал достаточно неудобным и вызывающим, то грозу с запасным магазином отправил туда же. Вот хрен я больше выйду без нее из дома.

Выйдя из подъезда, традиционно сделал несколько глубоких вдохов. Хорошо. Жара еще не вступила в свои права. Легкий ветерок, шелест листьев деревьев, чириканье воробьев. Оглядевшись, встретился взглядом с сидевшей на лавочке, рядом с детской площадкой, Лидией Викторовной. Она затянулась сигаретным дымом и приглашающе махнула рукой. Лидия Викторовна занимала в нашем сообществе соседей непростую должность старшей по дому. И похоже, что эта должность ей досталась навечно. Как и когда произошло это выдвижение, для меня оставалось секретом. Но, сколько себя помню, никто и никогда не оспаривал ее права распоряжаться, делать замечания, ну и вообще наводить соответствующую деятельность, которая была направлена на благоустройство и порядок.

– Глеб! – припечатала она меня именем, когда я, подойдя, вежливо поздоровался.

Лидия Викторовна в некоторых случаях придерживаться церемоний считала излишним. В случае высказывания претензии, например, – предположил я, что сейчас будет, в прошлом уже сталкиваясь с этой ее особенностью.

– Да, Лидия Викторовна, – тем не менее по-прежнему вежливо отреагировал я.

– Смотри, что твоя фифа вчера натворила! – она ткнула сигаретой в направлении подъезда.

– Чего? – растерянно спросил я, не понимая, о чем она.

– В палисадник смотри, – еще раз обозначила она рукой, куда мне нужно было направить внимание.

Я, развернувшись, послушно уставился на клумбы с цветами возле подъезда. Ага, теперь стала понятней претензия Лидии Викторовны. Цветной пластиковый заборчик был безжалостно раздавлен, а клумбы изуродованы следами колес немаленького размера.

– Выскочила, зашипела что-то на этого, который из-за черемухи вышел. Прыгнула за руль, этот кое-как успел. И, гадина такая, прямо в палисаднике развернулась, – поведала мне о том, что произошло, Лидия Викторовна, пока я разглядывал причиненный автомобилем ущерб. Значит, обратно он ушел тем же путем, каким и пришел, – сделал я вывод на это ее «из-за черемухи».

– Похоже, не свободна она, Глеб. Наживешь с ней неприятности, – пророчествовала между тем Лидия Викторовна.

– Ошиблись вы. Не моя она, – ответил я, разглядывая стену дома. Перевел взгляд на балконы. Похоже, точно по ним…

– Как не твоя? – возмутилась старшая по дому. – От тебя же выскочила.

Я, не став спрашивать, откуда она об этом узнала, развернулся обратно к ней и, глядя в глаза, постарался объяснить:

– Не подруга она. Неправильно вы все поняли. Мутная это компания. Да и опасная. Вы если с ними еще вдруг встретитесь, то лучше в конфликт не вступайте. А то я реально не знаю, чего от них ждать.

Лидия Викторовна в свои пятьдесят была мудрой женщиной. В чем я уже неоднократно убеждался. Поэтому и сейчас она больше не полезла ни с какими вопросами. Просто молча, прищурившись, посмотрела на меня и задумчиво кивнула раз, и после короткой паузы еще раз, принимая к сведению мое предупреждение. Потом, увидев движущуюся по направлению к детской площадке молодую мамочку с ребенком, поспешно затушила сигарету и, бросив ее в рядом стоявшую урну, подытожила наш разговор:

– Палисадник все равно за тобой. Чтобы сегодня все исправил. Понял?

– Да мне сегодня некогда. Работаю, потом дела, – попытался я отказаться. – Может, Виктора, дворника, попросить. Он все поправит…

Лидия Викторовна, демонстративно не слушая, встала со скамейки и пошла сюсюкаться с малышом и его мамочкой. Да-а. Вот по факту я вообще ни при чем. А ведь почувствовал себя нашкодившим мальчишкой. И для этого всего-то и нужен был небольшой игнор в мою сторону, и все. Состояние ребенка обеспечено. Но Лидия Викторовна молодец. Хоть не надо угадывать, как заслужить прощение. Инструкция дана четкая.

Так, занимаясь самоиронией, двинул к своей машине. По пути, оглянувшись на старшую по дому, все-таки нырнул в подвал, где находилась каморка дворника. Но, как говорится, фокус не удался. Каморка была открыта, но самого Виктора там не наблюдалось. Ну и ладно. «Сотка» на сигнал брелка приветливо моргнула поворотниками. Я открыл дверь и, по привычке опасливо потрогав для начала руками, уселся на кожаную поверхность водительского сиденья. Утро-то оно утро, но через стекло солнце внутри может вполне себе устроить сюрприз. Так что лучше перебдеть, чем подскочить с обожженными ляжками.

К столярке я подъехал немного за восемь. Ворота нараспашку. «Пилот» Жоры аккуратно припаркован во дворе. Я заезжать не стал. По опыту оставил машину рядом с соседним корпусом. После обеда там тень. Авто сильно не нагреет. Прихватил рюкзак. Заходя во двор базы, придирчиво огляделся. Но нет. Все на своих местах. Порядок и продуманность складирования пиломатериала бросались в глаза. Молодцы ребята. Зашел в цех. Здесь запах древесины был намного насыщенней, чем во дворе. К нему примешивался запах клея. Я с удовольствием вдохнул полной грудью.

– Тьфу ты, ну ты, – услышал из кабинета голос Жоры. И следом радостный смех Сереги, нашего второго сторожа. Понятно, Жора Серегу не отпустил еще. Значит, наш разговор откладывается.

В кабинете застал следующую картину. На диване Жора, напротив на стуле Серега. Между ними на низком журнальном столике нарды, термос, чашки.

– Похоже, домашний, – хищно заявил Сергей, обращаясь к Жоре. – О, привет, Глеб, – заметив меня, привстал со стула и протянул руку, поздоровавшись.

Жора с поджатыми губами оторвался от доски взглядом, приветственно махнул рукой и снова уставился в нарды. Я, пройдя в кабинет, уселся в офисное кресло за рабочий стол. Достал из своего ящика кружку. Задал вопрос, ни к кому персонально не обращаясь:

– Чего в термосе?

– Кофе. У Никиты сварил. Со сгухой. – Здесь наши с Жорой предпочтения совпадали.

– Да сгухи там кот наплакал, – прокомментировал ответ Жоры Серега. – Ну ты че? Будешь ходить или сдаешься?

– Хрен с тобой, сдаюсь.

– С домашним? – не успокоился Серега.

– Да какой домашний? – возмутился Жора. – Я по-любому скину чего-нибудь.

– Тогда играем дальше, – не согласился с ним Серега. Я усмехнулся на их перепалку.

– Серега, подай термос, – попросил парня.

– Держи, – встал он, реагируя на мою просьбу.

– Хрен с тобой, – повторился Жора. – Играем дальше.

– Ха, ну давай, – потер руки Серега.

Я же включил компьютер и, пока он, загудев, начал загружаться, налил себе кофе. Ожидая, что он будет крепким, все равно скривился, сделав глоток. И да, сгуха была здесь только для запаха. Пришлось встать и сходить за сахаром. По пути, присмотревшись, оценил позицию Жоры в нардах. Тут Серега не так уж и преувеличивал насчет домашнего. Программа загрузилась, и я, попивая кофе под стук кубиков и односложные комментарии парней, принялся изучать движения средств за прошедшие дни.

Через какое-то время радостный возглас Жоры смешался с разочарованными причитаниями Сереги. Доиграли. Я взглянул на настенные часы. Время приближалось к девяти. Скоро начнется рабочий день, и мне хотелось уже скорее поделиться произошедшими событиями с другом. Поэтому, обратившись к Сергею, отпустил его пораньше:

– Давай, Серега, иди домой.

Он захлопнул доску с нардами, убрал ее в тумбочку. Пожал нам руки и, бросив «пока», не задерживаясь, упылил. Я же, отставив кружку с кофе, остановил собравшегося на выход Жору.

– Ты куда?

– Да пойду чего-нибудь поделаю, – пожал он плечами.

– Садись давай, кое-что расскажу.

Жора покладисто сел обратно на диван и с интересом воззрился на меня. Я выдал в качестве вступления несколько крепких словечек, а потом подробно поведал о вчерашнем событии. Жора в процессе изложения мной истории отвернулся, уставившись перед собой в стену. Когда я закончил, он, не поворачивая головы, искоса посмотрел в мою сторону и снова уставился на стену. Я же откинулся на спинку кресла и, анализируя то, что сейчас рассказал Жоре, понял, что словами это выглядит по меньшей мере странно. Жора, судя по брошенному в мою сторону взгляду, похоже, придерживался того же мнения.

– Что, думаешь, гоню? – не выдержал я его молчания.

Жора медленно набрал воздуха, видимо собираясь ответить, но сделать этого не успел. Отвлечься его заставил громкий приближающийся голос Ольги: