Андрей Соколов – Последыш. Охота (страница 7)

– Эх… – я открыл глаза и слегка повернул голову в сторону, откуда доносился запах сигаретного дыма.

– Привет, брат. – Поприветствовал меня сидящий на свежем холмике парень. – Будешь? – Протянул он руку с зажатой в ней дымящейся сигаретой.

Я неожиданно для себя всерьез задумался. – Сам кури, – все-таки не стал идти на поводу у странного желания и принял сидячее положение. Огляделся. Никого больше. Только я и парень с сигаретой. Присмотрелся к нему. Лет двадцати пяти, русые волосы, открытое лицо. Одет в черную футболку, туристические штаны, кроссовки. Руки сплошь в татуировках. Смотрит на меня спокойно, с интересом. Рядом, прислоненные к холмику, – моя «Сайга» и автомат. Там же – мой и еще один рюкзаки. В сам холмик воткнута лопата. Ну, вроде все понятно. Похоронная команда. Парень сделал затяжку, затушил о сырую землю бычок и, поглядев в небо, задал вопрос.

– Поможешь остальных закопать? Я, понимая, о чем он, задал свой.

– Думаешь, ураган их не тронул?

– Кто ж его знает? Проверить-то все равно придется. – Он с надеждой заглянул мне в глаза. – Ну что, поможешь? Так-то за тобой получается прибираю. Я, представив, какая там сейчас возле распотрошенных тел атмосфера, отрицательно покачал головой.

– Чего-то не хочется.

– Понимаю, – вздохнул парень, выслушав мой отказ. Вновь поглядел на небо и неуверенно проговорил: – Может, завтра? Не успею ведь до темноты.

– Не успеешь, – подтвердил я и поднялся на ноги.

Парень задумался. Я тоже. Несмотря на странность встречи и явную принадлежность парня к враждебному для меня сообществу, угрозы я не ощущал. По крайней мере, в данный момент. Из ощущений было накатывающее волной чувство голода, жажда и полностью здоровое сильное тело. Я даже поймал себя на мысли, что если вдруг он сейчас захочет схватить оружие и выстрелить в меня, то мне не составит труда этого избежать. Хм, интересно, конечно, но лучше бы не проверять.

– Ладно, – приняв решение, ожил парень. – Сегодня все сделаю. – И, начав собираться, обратился ко мне: – До убежища – час ходьбы. Тропу видно, не заблудишься. Твоя со всеми уже упылила. Так что не бойся. Никого там нет. Я по ночи вернусь. – Он усмехнулся и добавил: – Дверь можешь закрыть, если страшно будет.

– А ты с чего такой добрый? – решил прояснить я, не двигаясь с места.

– Распоряжение сверху выполняю. – Поднял указательный палец парень. – Сказано – не чинить препятствий. Чтобы свалил отсюда как можно скорее. Удовлетворен?

Я посмотрел, как он надел рюкзак, повесил на шею автомат и взял в руки лопату.

– Чужого нам не надо, – указал он на мою «Сайгу» и, снова усмехнувшись, бодро двинул в сторону гряды.

– Слышь, добрый! – окликнул я его.

– Чего? – притормозил он.

– Есть что из еды?

– Есть, да не про вашу честь. – Ухмылка, похоже, являлась его визитной карточкой. Я нахмурился. Парень же беспечно махнул рукой и, отворачиваясь, проинформировал: – В убежище пожрешь. Вагон еды там. – И пошагал, не оборачиваясь. Как есть беспечный, – подумал я, переведя хмурый взгляд с его затылка на прислоненную к холмику «Сайгу». Желудок пронзило резью, и я, свернув свое недовольство, поспешно собрал вещи, снял куртку и, также не оглядываясь, припустил бегом в направлении, сулящего утоление голода, убежища.

Нормально устроились, – не выходя из леса, оценил я открывшуюся моему взору картину. Гладкая скальная поверхность, начинающаяся метров через двадцать от края леса, плавным подъемом вела в гору. И также метрах в двадцати выше моего уровня заканчивалась площадкой. Там, в глубине, верхней своей частью виднелся приличных размеров вход. Что меня удручало, так это то, что путь к этой площадке был полностью открыт. И хоть парень-могильщик продемонстрировал намерения всей компании меня не трогать, все равно мое естество противилось такому уязвимому положению вещей. Желудок в который раз пронзило резью, и я, решившись, вышел из-за деревьев. Отследил в нескольких метрах от меня начало еще одной, более утоптанной, чем та по которой пришел, тропинки. Глубоко вздохнул и с места в карьер рванул к подъему. Обычный бег, обычная скорость, но тем не менее расстояние до площадки преодолел довольно быстро. Выскочил наверх и сразу, взяв в сторону, поспешно окинул взглядом открывшееся пространство. – Фух, – остановился я и выдохнул. Повернулся к убежищу. Перед глазами, выглядящий в виде неровной полусферы и полностью перекрытый стеной из бревен вход то ли в пещеру, то ли в грот. Невысокая, сколоченная из необработанных досок дверь. Включил подствольный фонарь, подошел и, принюхиваясь, аккуратно толкнул ее ногой. Дверь, висевшая, как оказалось, на хорошо смазанных петлях, легко распахнулась, приглашая войти в открывшуюся за ней темноту. Я глубоко втянул нахлынувшие на мое обоняние запахи и, потратив секунду на то, чтобы убедиться в отсутствии живых существ, шагнул за порог. Первым делом развернулся и, прикрыв дверь, задвинул массивный засов. Затем скинул прямо возле входа рюкзак и принялся с помощью фонаря осматривать внутреннее пространство.

Грот, – сразу же сделал я вывод, разглядев небольшое по меркам пещер помещение. Квадратов тридцать. Вытянутое по горизонтали. Справа, буквой «П», – двухъярусные кровати. Слева, возле бревенчатой стены, – уходящая наружу дымоходом чугунная буржуйка. Там же – небольшая поленница. А почти напротив входа, немного смещенный к кроватям, – стол. Вокруг – раскладные стулья и кресла. Я коротко взрыкнул, увидев лежащие на нем продукты, и, больше ни на что не обращая внимания, ринулся к ним. Хлопнул на столешницу карабин и для начала приложился к носику чайника. Держа его в одной руке и хлебая теплую воду, другой схватил начатую булку хлеба. Поднес ко рту, оторвался от чайника и, вцепившись зубами, вырвал большой кусок. Чуть не застонал от наслаждения, почувствовав вкус хлеба. Мгновенно его прожевав, снова приложился к чайнику. Пара глотков – возврат к хлебу. И так несколько раз. Ненормальное какое-то чувство голода, – мелькнула мысль, которую я тут же отмел, заметив банку тушенки. Разогреть или так пойдет? – задал сам себе вопрос, орудуя выхваченным ножом. И так пойдет, – вдохнув аромат тушеного мяса, решил я и выдернул из стоявшей на столе обрезанной пластиковой бутылки ложку. Пять минут – и я с полным животом направился к кровати. «Сайгу» прихватить не забыл. Дошел, посмотрел на затертый матрас, собрался лечь, но передумал и вернулся к столу. Да, живот был полон и жажда утолена, но чувство голода не проходило. Я пригляделся к остальным продуктам и остановил свой выбор на мягкой упаковке с джемом. Вкус мне был не важен. Лишь бы сладкий. А вот на что намазать – это было важно. Уже не торопясь отрезал от второй булки хлеба два хороших куска, щедро выдавил на них джема. Оглядел, что получилось, хмыкнул и сложил их вместе. С удовольствием съел, выжал остатки джема прямо в рот, запил водой. Прислушался к ощущениям и понял, что нужно сделать паузу. Широко зевнув, решил перебраться на кровать. Вот же блин. Ведь совсем недавно только начал бодрствовать, и вот тебе на. Снова тянет закрыть глаза. Правда, стоит отметить, что на этот раз состояние от «совсем худо» поменялось на «вполне удовлетворительно», но все равно вопросы возникали. Ну и пусть, – смыкая веки, отпустил я ситуацию с голодом и сонливостью. Живой, есть еда, койка – и ладно. Там видно будет… Нажал кнопку, отключив фонарик на «Сайге», и, расположив ее рядом с собой вдоль тела, провалился в очередное за сегодняшний день беспамятство.

Бух, бух. Я открыл глаза. «Отстань от меня!» – звенели в голове слова Риты. Капец. Задела она мои чувства, конечно, не слабо. Вон, даже во сне повтор увидел.

– Бух, бух, открывай, давай! Ага, – моргнул я в темноту. Могильщик вернулся. Включил фонарик, поднялся с кровати и подошел к двери.

– Кто? – задал я вопрос и почувствовал себя откровенно глупо. Сразу же представил ухмылку стоявшего снаружи парня и, не давая ему возможности съязвить, ногой сдвинул засов. Сместился к стене. «Сайга» на изготовку. Дверь плавно открылась, впуская запах сырой земли.

– Один пришел, – констатировал я, не двигаясь с места.

– Эй, Глеб. Не чуди, а? Нахрена нам с тобой войнушка? – Парень, несмотря на открытую дверь, входить не торопился. – Я же сказал тебе, что указано – не мешать. Да и если бы хотел, то прикончил бы тебя, пока ты с автоматом в обнимку валялся. Хм, справедливости ради стоит отметить, что в этом он был прав, – нехотя согласился я с его заявлением.

– Ладно, нормально все. Входи, – подал я голос, но фонарь при этом выключил.

– Вот же неугомонный, – услышал я снаружи, и после этого почувствовал, как мимо меня прошел пахнущий землей и сигаретным дымом парень. Судя по шагам, он достаточно уверенно, невзирая на темноту, ориентировался в привычном для себя пространстве. Или же… Я нажал кнопку фонарика и получил неприятное подтверждение своей догадке. Луч света выхватил сидевшего на раскладном стуле и целившегося в меня из автомата ухмыляющегося парня. Вот именно его беззаботная ухмылка и помогла мне сдержать импульс указательного пальца. Парень оценил мое старание и опустил ствол оружия. Я, секунду помедлив, сделал то же самое.

– Вот это правильно, – удовлетворенно кивнул он и, встав, принялся хозяйничать. Пройдясь по помещению, включил пару аккумуляторных светильников. Затем достал из-под стола газовую плитку. Из вытащенной оттуда же пластиковой канистры наполнил водой опустошенный мною чайник. Поставил на плитку. Обернулся ко мне и тряхнул зажатым в левой руке автоматом. – Неудобно жутко. Может, разоружимся? Я все это время так и стоял возле двери, прислонившись к стене. И, честно говоря, думал о том, что мне абсолютно не хочется разделять с ним компанию. Поэтому на его предложение дал свой ответ.