Андрей Соколов – Неспящие. Огненный след (страница 1)
Андрей Соколов
Неспящие. Огненный след
Все события и персонажи данного произведения вымышлены.
Любые совпадения случайны.
Пролог. Основание «Ермунганда».
Объект «Зета», Чехословакия
6 мая 1945 г. 13:48
Холмистая местность на северо-запад от Праги была практически необитаемой – главным образом из-за того, что большая часть населения, проживавшего там до войны была отселена, а особо упрямые и непонятливые – отправлены в места не столь отдаленные. Те же, кто остались, очень быстро усвоили одно негласное, но железное правило – к холмам, часть которых была изрыта старыми карьерами, ни в коем случае нельзя приближаться… особенно по ночам. Те, кто забывал об этом, назад уже не возвращались.
За холмами (и частично внутри них) располагался один из многочисленных секретных объектов Третьего Рейха. Данное учреждение носило кодовое наименование «Зета» и принадлежало Отделу Оккультной Войны, входящему в общество «Анненербе». Над чем именно велись работы в тамошних цехах и лабораториях знали далеко не все даже в имперской верхушке, а уж про простых полковников, генералов и прочих «фюреров1» и говорить нечего. Чешские партизаны, а также разведгруппы Советских войск и Союзников не раз пытались проникнуть на охраняемую территорию и вывести объект из строя, но у охранявших его солдат было какое-то звериное чутье на незваных гостей и совершенно нечеловеческие рефлексы – все попытки заканчивались сокрушительным провалом и большими потерями. Никому не удалось преодолеть даже внешнюю линию защиты. А иначе не могло и быть, ведь объекты Отдела защищали подразделения отдельной бригады особого назначения «Фенрир», за годы войны снискавшего себе славу самого бесстрашного (или скорее безбашенного) подразделения в вермахте. «Волки», как их все называли, не боялись никого и ничего, брались за самые сложные операции и практически всегда успешно их осуществляли. Отбор в бригаду был невероятно строгим, а те, кто его проходил, навсегда переставали быть прежними.
День шестого мая сорок пятого года был ясным и безветренным. На деревьях не шелохнулся ни один листок, а издалека доносилась беспрерывная артиллерийская канонада – фронт подходил к сердцу страны, сжимая последнюю нацистскую группировку с трех сторон. Со стороны Праги тоже долетал грохот взрывов – вот уже несколько дней в городе бушевало восстание2. Но солдаты «Фенрира» не обращали на это ровным счетом никакого внимания – им был дан приказ контролировать подступы к объекту, и они его выполняли.
Вдруг в отдалении послышался звук мотора, который стал быстро приближаться. Вскоре из-за поворота показался массивный «Мерседес» со складным брезентовым верхом, в котором спокойно могло поместиться человек шесть. Такими машинами располагало только высшее начальство. Вот и сейчас на заднем сидении автомобиля с удобством устроился важный чин в длиннополой черной шинели с витыми генеральскими погонами и высокой фуражке.
Вскоре машине пришлось затормозить перед прикрывавшим дорогу шлагбаумом. Вышедший вперед автоматчик с СТГ-44 наперевес дополнительно поднял руку в запрещающем жесте и потребовал документы. Двое его товарищей как бы невзначай сместились к обочинам, чтобы в случае чего мгновенно превратить машину в решето. Одновременно с этими на дорогу уставилась еще и пара пулеметов и танковое орудие. Все огневые точки, разумеется, были тщательно замаскированы, но ощущение от того, что тебя на данный момент изучают через прицелы, чувствовалось очень хорошо,… возможно поэтому документы и были предоставлены по первому же требованию, а важный чин не высказал ни слова претензий. Да и репутация «Фенрира» говорила сама за себя.
После проверки, генерал показал какой-то запечатанный пакет. Часовой кивнул и сделал знак одному из своих товарищей. Тот мигом скрылся в полосатой будке, где находился полевой телефон, а уже через минуту махнул рукой и поднял шлагбаум. «Мерседес» продолжил путь и, миновав еще три блок-поста, наконец-то попал на территорию объекта.
«Зета» представляла из себя большой прямоугольник, огороженный толстенной стеной из армированного бетона, верх которой был прикрыт такой же толстенной крышей из того же материала. В средней и верхней части через равные промежутки располагались конусообразные бойницы – их широкая сторона выходила наружу, обеспечивая хороший обзор, а вот достать стрелка, бьющего из ее узкой части было весьма непросто. Вышек, обязательных для всякой охраняемой территории, не было вовсе – вместо них по углам периметра располагались массивные башни-бункера, ощетинившиеся пулеметами.
За стеной находились два двухэтажных бетонных корпуса, шесть или семь ангаров для техники и крематорий с высоченной трубой. Разумеется, это было лишь незначительной частью объекта – основные производства и лаборатории надежно скрывались в каменоломнях, прочные своды которых могла взять не всякая бомба. С крыш корпусов в небо грозно смотрели стволы полуавтоматических зениток. На немногочисленных флагштоках лениво обвисли яркие знамена со свастикой.
С громким лязгом толстые двойные ворота отворились, пропуская автомобиль на территорию. За стеной царило оживление – солдаты сноровисто передавали из рук в руки прочные металлические коробки, которые быстро исчезали в недрах четверки тентованных грузовиков, стоящих около первого корпуса. В свою очередь другая цепочка солдат таскала в здания увесистые деревянные ящики с цифровой маркировкой. Неподалеку возились с проводами саперы. Около ангаров фыркали моторами несколько «тигров», «пантер» и «гономагов» – колонна должна была вскоре начать формирование и отбыть в заранее оговоренный район.
К «Мерседесу» подбежал офицер охраны, отдал честь и, коротко взглянув на пакет, пригласил прибывшего следовать за ним. Следуя за провожатым, генерал миновал опустевший корпус, где под ногами шуршали ненужные уже документы, спустился на подвальный уровень и вскоре уже шел по одной из многочисленных галерей, ведущих в главную часть комплекса. Через десяток минут офицеры уже стояли перед массивной стальной дверью со штурвалом по центру. При приближении начальства один из часовых снял трубку закрепленного на стене полевого телефона, коротко произнес пару фраз, после чего провернул штурвал и распахнул створку.
За дверью находилась главная лаборатория объекта, в которой трудилась непосредственно Анна Луциан и несколько помощников, отобранных лично ею. У стен стояли какие-то высоченные колбы, в которых то и дело всплывали пузыри, центр зала занимали железные столы, заляпанные кровью и заставленные медицинской посудой. Запах лекарств, реактивов и консерванта буквально резал ноздри. Сама хозяйка всего этого жуткого царства стояла у дальней стены и внимательно смотрела на зажатый в руке секундомер.
- Сто пятьдесят четыре… сто пятьдесят пять… сто пятьдесят шесть… – методично считала она. – Сто пятьдесят семь… Сто пятьдесят… Черт! И здесь мимо! Вся партия бракованная!
С этими словами Анна вытащила из кармана пистолет и несколько раз выстрелила. С запозданием в несколько секунд где-то по сторонам протрещали короткие очереди.
- Госпожа рейхсфюрер – негромко произнес офицер подходя ближе. – К вам генерал Рёпке… из Берлина.
- А… да-да, я помню! – девушка убрала оружие и кивнула подчиненному. – Ступайте, Курт. Продолжайте работы, согласно графику… хотя нет,… ускорьтесь!
- Яволь, госпожа рейхсфюрер!
Когда офицер ушел, Луциан обратила внимание на посетителя.
- А-а, герр генерал? Мы вас ждали. Какие новости из Берлина?
Рёпке нахмурился.
- Дурные, фройляйн! Русские взяли столицу, а фюрер покончил с собой.
- Воистину черный день для Великой Германии! – кивнула Анна, приглаживая волосы и водружая на голову высокую фуражку с кокардой в виде черепа. – Но вы ведь прибыли не для того, чтобы сообщить мне эту неприятную новость?
- Да, это так – с этими словами генерал протянул девушке конверт. – Вот приказ командующего группой армий «Центр»…
- Что ж, посмотрим! – Луциан ловко поддела печати и вытащила лист гербовой бумаги. – Так… так… «Второму батальону отдельной бригады особого назначения «Фенрир» немедленно прибыть в Прагу на усиление частей, подавляющих восстание. С повстанцами не церемониться». Что ж, мне все ясно… более того, мы уже выполняем данный приказ: мои сестры с двумя ротами уже в городе, а я отбуду, как только мы закончим со сбором архивов и минированием комплекса. Так что можете спокойно ехать в ставку командующего и доложить ему о выполнении приказа.
- Нет. Я должен проконтролировать вас! – твердо произнес генерал. Бровь Анны дернулась, но затем она пожала плечами и, как ни в чем ни бывало, ответила:
- Как вам будет угодно, герр генерал.
Полчаса спустя оба командира вышли во двор. Грузовики уже были под завязку забиты ящиками и коробками с бумагами, саперы заканчивали замыкать провода в единый контур. Тяжелая техника выстроилась в ряд, практически все солдаты тоже были здесь.
- Солдаты! – громко крикнул Рёпке. – Сейчас, согласно приказу, мы отправляемся в Прагу, для подавления восстания! Унтерменши3 считают, что Великая Германия уже мертва,… так разубедим их в этом, чтобы и через сотню лет они вспоминали о нас с содроганием! Залейте этот город кровью так же, как Варшаву4!