Андрей Соболев – Защищая горизонт. Том 2 (страница 28)

Как же невыносимо болит голова, нет сил больше думать. Я упал на колени, одурманенный хором голосов, их шум заглушал все мои мысли. Я увидел, как в этой завесе начали мелькать чуть различимые тени, фигуры давно ушедших в туман людей. Они проносились мимо меня, тянули ко мне свои руки, но не решались схватить мою душу. Тёмных силуэтов становилось всё больше, шёпот перерастал в настоящую лавину из голосов, а боль в голове стала совсем невыносимой. В последний момент я успел заметить, как тени ринулись на меня из тумана, после чего я потерял сознание и окончательно рухнул на землю.

Когда я окунулся в пучины своего сознания, то больше не обнаружил там Тьму, моего давнего попутчика, терзавшего меня, сколько себя помню. Теперь остались только пустота и бездна, куда я неумолимо падал, погружаясь в своё осиротевшее сознание. Я знаю, она была ещё где-то здесь, пряталась, забившись в тёмный угол, Тьма ждала, надеялась, что я одумаюсь, отступлюсь и прыгну обратно в её ежовые объятия. Она страдала и была напугана, боялась меня и того, во что я превратился. Но, покинув чертоги разума, она оставила за собой бескрайнюю бездну моего сознания, которая жадно накинулась на меня, не желая оставаться в одиночестве. Ведь, когда уходит Тьма, а с ней и пытка совестью, то на её место приходят пытки одиночеством и отчаянием. Я остался один даже в собственных мыслях. Тьма хоть и была воплощением всего ужаса, что я неосознанно копил в себе и которым сам стал для остальных, но всё же она удерживала меня над этой бездной, не давала упасть. Кто или что теперь займёт её место? Возможно, что-то более ужасное, более жестокое и отвратительное, а возможно, на увядшей почве взойдёт зерно света, прорастёт сквозь моё заиндевевшее и промёрзшее нутро и расцветёт красками жизни, яркими всполохами счастливых снов. По крайней мере, я не жалел ни о чём. Я там, где должен быть, куда бы ни привела меня эта дорога.

Я не знал, что сейчас происходит с моим телом там, посреди туманного поля, где я его оставил. Вероятно, его раздирают на мелкие кусочки загадочные тени давно ушедших людей, они будто коршуны кружат над источником жизни, они завидуют мне, ненавидят и хотят, чтобы я страдал так же, как они. Что случилось с тем озером, на месте которого поселился этот загадочный туман? Что стало с людьми? Похоже, они точно так же сгинули в нём, их поглотил этот алчущий и вечно голодный туман, оставил от них лишь слабые тени, обречённые вечно звать на помощь и молить о спасении, но у них хватает сил только на сдавленный шёпот. Теперь я стал частью их истории, и на дне этой бездны, в глубинах моей сознания, я найду конец своей жизни, превратившись в жестокую тень некогда хорошего Стража.

Внезапно я почувствовал, как что-то сильное схватило меня, потащило наверх, вытягивая из пустоты. Что это? Оно было таким тёплым, ласковым, я ощутил приятный аромат цветочных духов, после чего меня снова дёрнуло. Надо мной раскрылся красивый цветок света, он распустился прямо над головой, расправил свои лепестки, протянул их ко мне, и я ринулся навстречу его манящему и ослепляющему сиянию. Я услышал ласковый женский голос и увидел, как оттуда на меня смотрит миловидное девичье лицо с тёмными волосами. Оно взволнованно, оно кричит мне что-то, пытается вырвать из жадных рук моей собственной бездны, но я никак не могу разглядеть его точные черты, оно теряется в ярком сиянии. Когда я совсем близко приблизился к свету, мою голову снова пронзила сильная боль, и я опять услышал голоса в своей голове, невыносимый шёпот.

Я на мгновение прикрыл глаза и закричал навстречу свету:

– Кира!

После чего чьи-то сильные руки вытянули меня обратно в то поле с таинственным туманом.

Мои глаза вновь привыкали к такому яркому дневному свету, встретившего меня после долгого падения в чёрную бездну. Я не мог разглядеть лицо девушки, которая склонилась надо мной и изо всех сил тормошила за плечо. В глазах всё плыло, а в голове всё ещё страшно гудела какофония из стенающего шёпота. Всё, что я смог разглядеть, вернувшись из небытия, – это длинные чёрные волосы моей спасительницы и невероятно зелёные глаза. Даже сейчас, когда моё зрение всё ещё отказывалось признавать старый мир, от которого уже успело отречься, этот зелёный свет пронзал моё сознание, увлекал вглубь этих глаз и не позволял оторваться. Среди этой бесконечной серости, сизого тумана и поблекших красок, среди выцветшей травы, покрытой бурым слоем грязи, её взгляд светил, подобно спасительному солнцу после долгой и холодной ночи. Он будто вобрал в себя все краски мира, и теперь только там, в живом блеске её глаз, сохранилось нечто действительно живое, то, ради чего стоит жить. И я тянулся к этому свету, стремился вырваться из окутавшей меня пустоты, только ради них, только ради неё одной…

Неожиданно девушка размахнулась и изо всех сил ударила ладонью по моей щеке, приводя меня в чувство, и я вдруг ощутил всю живость текущей ситуации, вспомнил, кто я и зачем сюда пришёл. Я резко вынырнул из пленяющего дурмана этого места, почувствовал, как болит всё тело, наливается тяжестью и как горит моя щека от ободряющего приветствия незнакомой дамы. Именно сейчас я наконец-то понял, что женщина, кто так отчаянно борется за мою жизнь, не была моей бывшей напарницей Кирой, как бы мне ни хотелось обратного.

– Вы можете встать? – Девушка изо всех сил тормошила меня за плечо, хватала под руки и пыталась приподнять. – Здесь нельзя оставаться, вы погибнете! Ну же, вставайте! Приходите в себя! Я не смогу вас поднять.

Высокая и стройная молодая девушка, на первый взгляд, выглядела очень хрупкой, но за этим обманчивым первым впечатлением скрывалась очень смелая и уверенная натура. Тем не менее она оказалась достаточно сильной, чтобы почти самостоятельно, одним сильным рывком поставить меня на ноги. Неизвестная гостья в моей обители скорби обхватила меня за плечи весьма крепкой хваткой и с силой потащила куда-то сквозь туман, постоянно подгоняя и заставляя идти всё быстрее. Я молчал и послушно следовал за ней, буквально плыл по местному туманному морю, постепенно возвращая свои заблудшие мысли, всё больше приходил в сознание и понимал весь ужас, что я повстречал на пути своего авантюризма. Мои мысли всё ещё путались, заглушаемые жутким шёпотом в голове, но с каждым нашим шагом голосов становилось всё меньше, они звучали всё тише и неразборчивее, пока их гул окончательно не слился с шумом гуляющего ветра и шуршанием травы под ногами. В мир вокруг меня внезапно вернулись все звуки и запахи, я почувствовал, как снова на мою голову опустились первые холодные капли, а затем дождь хлынул с новой силой. Туман сдавался над уверенным напором сильной девушки. Она безостановочно тащила меня вперёд и всё время поддерживала, чтобы я не свалился в грязь, а я очень часто был близок к этому. Агрессивные тени, обитавшие в этом тумане, высосали из меня все силы и почти обглодали мой дух до костей, поэтому мои ноги передвигались с большим трудом и постоянно грозились бессильно повиснуть под напором моей спутницы.

Спустя пару минут мы, наконец, вышли из густого тумана, поле вокруг нас просветлело, оставляя место лишь для негустой сизой дымки, порождаемой долгими дождями. Вдалеке показались небоскребы центральной части города и очертания домов поменьше. Силы моей спутницы тоже подошли к концу, и она с трудом усадила меня на краю просёлочной дороги, потом достала откуда-то из-за пазухи сложенный зонт, раскрыла его и встала надо мной, защищая от дождя.

– Зачем вы пошли туда? Это же чистое самоубийство! Вам повезло, что я была рядом, – отдышавшись, строго спросила незнакомка.

Её голос был невероятно нежным, бархатным, даже когда ругалась, она произносила слова очень мягко и заботливо, словно отчитывала глупое дитя, за которого очень волновалась, но при этом была неимоверно счастлива, что он оказался жив. Я задрал голову, чтобы снова посмотреть в её глубокие зелёные глаза, и немного глупо улыбнулся в ответ. Наконец, придя в себя, я смог хорошо её разглядеть. С осуждением на меня смотрело худоватое, но миловидное лицо, сияющее ярким взглядом зелёных глаз, встретивших меня первыми из темноты туманной ловушки. У неё был острый орлиный нос и плотно сжатые губы, всё это вкупе со строгим прищуром могло дать ложное впечатление об излишней жестокости и сухости человека, но её мягкий голос говорил об обратном. Ну не мог человек с такими интонациями быть плохим или чёрствым. Она рисковала жизнью, чтобы вытащить меня из этого тумана, и теперь стояла надо мной, вся обессиленная и промокшая, а длинные и прямые чёрные волосы падали на её широкие плечи. Она сама при этом не сводила с меня глаз, внимательно изучала и, наверное, точно так же составляла первые и нелепые выводы, основанные на моей внешности. Её вкус в одежде чем-то напоминал Киру, девушка тоже одевалась в тёмно-синие джинсы, спортивные кеды и в плотную кожаную курточку цвета морской волны, а в руках она удерживала широкий зонт чёрного цвета.

– Спасибо… – улыбаясь, прохрипел я в ответ. – Спасибо, что спасли меня.

– Пожалуйста. – Незнакомка улыбнулась в ответ, и от её серьёзного выражения лица не осталось и следа. – Только в следующий раз постарайтесь избегать этого места, неподготовленному человеку здесь не выжить. Кстати, а как вас зовут? А то я даже не знаю, кого спасла и чьё имя мне теперь вписать в долговую книжку.