Андрей Соболев – Защищая горизонт. Том 2 (страница 23)
– Если всем так нужно это озеро, то необходимо побольше разузнать о случившемся и увидеть то, что осталось вместо него. Ты можешь сказать, где оно находится… то есть находилось?
– Точно я не скажу, здесь лишь обрывочные данные из рапортов. Где-то между центральной частью города и спальными районами. На запад от трассы раньше вела просёлочная дорога. Это все упоминания. Теперь её вряд ли удастся найти, если дорогу вообще не стёрли из Системы. Я бы так и сделал на месте Техников.
– Ни разу не видел там… – Я задумался над словами Макса.
– Всё на этом? – хрипя уставшим и замученным голосом, спросил Макс. – Мы сильно рискуем, нужно уходить как можно скорее.
– Нет, подожди, ещё одно. Что ты знаешь об Инциденте Ноль?
– Да ничего особого, какие-то факты из истории Системы. Время больших потрясений, перелома в жизни Системы, создание иерархии Стражей, появление Палачей. А что?
– Мне нужно, чтобы ты нашёл информацию о человеке по имени Сол и его роли во всей этой кутерьме.
– Секунду… – устало ответил Макс и продолжил своё путешествие по бескрайним просторам центральной базы знаний.
Сначала он был даже рад нашей затее, ему хотелось прикоснуться к источнику всех знаний Системы, и только ради этого он согласился помочь, но очень быстро его энтузиазм угас, стоило ему оказаться меж двух огней, что стремились опалить его карающим жаром. К этому времени он совсем забыл, зачем так рвался годами к этой машине, что мечтал здесь увидеть или узнать, теперь ему хотелось лишь одного – побыстрее сбежать от источника судьбоносного огня, что становился всё ближе с каждой минутой. Он стремился сбежать от самой смерти, которая неустанно мчалась к нам навстречу. Макс послужил отличным примером достижения своей мечты. Когда мы всю жизнь стремимся к чему-то, живём одной только мыслью дотронуться до своей мечты, хоть на мгновение оказаться с ней рядом и вдохнуть такой желанный аромат, то зачастую восхождение к ней ломает, уродует, искажает нас самих и порабощает душу. Поэтому, оказавшись на самой вершине этого долгого пути, вымотанные и измученные, истерзанные и ослабшие, мы можем только с ненавистью смотреть на результаты своего труда. Мечта, казавшаяся такой манящей у подножия этой скалы, стала лишь воплощением всей пережитой боли, символом загубленных жизней, которую мы положили на её достижение, она стала источником ненависти и обжигающего огня, от которого мы теперь бежим без оглядки. Нет, некоторые мечты не должны сбываться.
– Так, Стил, послушай, – начал читать Макс. – Здесь написано, что Сол, он же Страж Шквал, непосредственный участник и виновник событий, именуемых ныне «Инцидент Ноль». Так-так, секунду… Стражи Шквал и Гром были одними из лучших оперативных работников, вместе они задержали множество Отступников, раскрыли громкие дела своего времени и даже удостоились кучи наград и почестей, а также личной похвалы Верховного Стража. Ого, вот это да…
– Шквал? Гром? Это их имена? – удивился я и даже немного усмехнулся. – Как странно. Столько детской непосредственности в этих словах, словно читаешь о ребяческой забаве, а не о борьбе с отступничеством.
– Ой, да ладно тебе, Стил, будто в банальнейшем названии вашего отряда меньше такого ребячества?
– Хорошо, давай дальше, – прервал я Макса, немного затаив обиду в душе.
– Тем более случилось это давным-давно, тогда времена были совсем другие – более спокойные, добрые, без этих лишних разглагольствований с серьёзными лицами, да и люди были другие, – никак не успокаивался Макс. – Хорошо, смотрим дальше… Написано, что Шквал и Гром были отличными напарниками, шли рука об руку долгое время. Так, вот тут интереснее. Последним их совместным заданием было поймать Стража-отступника, именовавшего себя Унис, но что-то пошло не так. Хм, а что среди Стражей тоже встречаются Отступники? Ах да, я тоже знаю одного. – От издевательского удовольствия он даже подпрыгнул на месте, но, услышав мой угрюмый вздох, снова вернулся к изучению данных. – Ладно, забудем. В общем, тут не особо понятно, что произошло, данные много раз переписывали, удаляли целые фрагменты. Известно одно: Шквал примкнул к предателю, сменил имя на Сол и затем… ого, ничего себе! Они вместе совершили нападение на башню Стражей, устроили тут настоящую бойню. Более сорока простых сотрудников и Техников было убито при атаке, но Отступникам удалось добраться до комнаты выброса, и Сол помог сбежать Унису из Системы. Дальнейшая судьба Униса неизвестна и что с ним стало на той стороне. Там ведь тоже должны быть Техники, Стражи? Тут ничего не сказано.
– А Сол, что стало с ним?
– Здесь написано только то, что после выброса Униса из Системы Сол был настигнут и отключён своим бывшим напарником Громом. Дальше информация обрывается.
– То есть как отключён? Странно, он явно не выглядел мёртвым, – задумался я.
– Тут так написано, а кто этот Сол? Я понимаю, что не должен спрашивать, и вообще не хочу лезть, но всё же?
– Так это твой друг, Макс, тот, которому ты сделал «Белый шум» и кого так и не нашёл по моей просьбе. Неужели не признал?
– Сол был тем человеком в капюшоне?! – громко запищал Макс в микрофон. – Но… но как это возможно?
– Значит, у Сола когда-то был напарник, – продолжал размышлять я, игнорируя истерику своего друга по ту сторону удалённой связи. – Что нам известно про этого, как его? Грома?
Макс некоторое время молчал, обдумывая новую информацию, а потом смиренно продолжил читать.
– Так, поиск по Грому. Страж, награды… бла-бла-бла… герой, а, вот, нашёл! После отключения своего бывшего напарника, ставшего предателем для всей Системы, Гром попал под опалу других Стражей, начались гонения, проверки, переполох. Некоторое время он ещё пытался нести службу, но потом ушёл из Стражей. Учитывая его блестящее прошлое, Верховный Страж сделал для него исключение: его очень рано выгнали на пенсию, лишили звания, наград, ну и, по обычаю, промыли мозги и вернули старое имя.
– Какое имя? – я заёрзал на стуле от любопытства.
– Сейчас… хм, Шолохов Дмитрий Иванович… подожди-ка, а это не тот? Чёрт!
– Шолохов?! – я аж подскочил на стуле от неожиданности. – Тот самый?
– Чёрт… – продолжал чертыхаться Макс. – Во что ты меня втянул?
– Шолохов – бывший напарник Сола? Так вот про какое предательство он говорил! Теперь всё стало намного понятнее. Макс, ты можешь посмотреть… – Я запнулся на середине вопроса, заслышав неясный шум за дверью. – Макс, кажется, кто-то идёт…
– Что-о-о?! – завопил взломщик в моём ухе.
Я отчётливо услышал, как приближаются шаги нескольких человек, они медленно двигались по коридору и что-то возбуждённо обсуждали.
– Знаешь что? А иди-ка ты… в следующий раз будешь сам разбираться со своей сестрой, а то я, как всегда, оказываюсь крайним, – раздался разгорячённый голос молодого человека уже почти рядом с дверью, что вела в комнату с Центральной Консолью.
Внутри меня вмиг похолодело. В возбуждённой горячке новый открытий я совсем потерял бдительность, перестал воспринимать окружающий мир и погрузился в мир собственных грёз. Словно и не было вокруг меня сотни и сотни квадратных метров вражеского бетона, толпы Стражей, которые захотят разорвать меня на части. Я будто очутился дома, с упоением изучая новости в своей Консоли и попивая при этом крепко сваренный кофе. Только сейчас меня глодала не горечь дешёвых кофейных зёрен, а горечь за собственное растяпство, поставившее меня на грань поражения. Я мысленно метался по комнате, безуспешно пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, и только годы психологических тренировок помогли мне вспомнить о предупреждениях Макса и не сорваться с места, желая спрятаться в четырёх голых стенах.
– Макс, срочно всё выключай, завершай работу! Сюда кто-то идёт! Прошу, быстрее! – скороговоркой процедил я, стараясь особо не шуметь, но при этом запинался от нахлынувшего на голову потока нервозности и растерянности.
– Только не убирай руку с Консоли, только не убирай! – причитал Макс визгливыми нотками, плавно скатываясь в неожиданную истерику. – Доигрался?! А я говорил, говорил…
В это время уже вплотную за дверью снова зазвучал тот же голос неизвестного посетителя:
– Подожди, меня тут вызывают опять, – рассерженно сказал молодой человек и, по всей видимости, открыл Консоль. – Да, слушаю! Что? Опять? Вы издеваетесь там все? Хорошо… хорошо, подождите, сейчас буду, говорю же, сейчас буду.
Затем голос снова обратился к своему спутнику, с которым стоял у двери:
– В общем, так, Серёж, потом договорим. Ты иди пока проверь, что там с ЦКшкой случилось, а я позже к тебе присоединюсь. Эти кретины без меня совсем не могут ни в чём разобраться.
Получив от своего напарника утвердительный ответ, молодой человек чертыхаясь стал удаляться прочь.
– Макс, ты всё? Я не могу больше ждать, они собираются войти, нужно отключить Консоль! – прошипел я быстро.
– Нет, подожди! – закричал он. – Я ещё не закончил, не успеваю закрыть соединение. Нужно ещё почистить журнал операций, скрыть наше проникновение. Ещё пару секунд, прошу!
Неизвестный посетитель дотронулся до пластины рядом с дверью, после чего она радостно пискнула в ответ и замок с тихим щелчком отворился. К этому моменту хватка разума над силой инстинкта окончательно ослабла, и я рванул с места, на ходу смахивая плавающее окно Консоли и распыляя его из реальности. Всего за секунду до того, как дверь широко распахнулась внутрь помещения, я умудрился бесшумно спрятаться за ней и затаил дыхание. Моё сердце предательски заливалось стуком в груди, и, казалось, его набат был слышен по всей башне. В комнату вошёл невысокий парень в белом халате и с грязными взъерошенными волосами, словом, типичный Техник, никогда не покидающий родные стены технического отдела. Когда он сделал несколько шагов по направлению к столу с Центральной Консолью, я вдруг осознал, что Макс непривычно затих, и это совсем на него не похоже. Я поднял руку к своей голове, ощупал ухо и с ужасом обнаружил, что затычка Макса всё-таки выпала во время моего панического рывка из-за стола. Пока ко мне приходило понимание приближающейся катастрофы, пока я беглым взглядом пытался найти место, где потерял своё переговорное устройство, молодой Техник достиг стола, и в этот же момент под его ногами что-то хрустнуло. Он с удивлением поднял свою ступню и заметил на полу какое-то крошечное устройство телесного цвета, сломавшееся под его весом. Но тут мои рефлексы снова не выдержали напряжения. Не отдавая себе отчёта, я быстрым и бесшумным рывком подскочил к Технику, обхватил его сильным удушающим приёмом, что однажды испытал на мне Вергилий. Я так сильно сдавил его горло, что он не мог ничего сказать, лишь сдавленно хрипел и совершенно нелепо, бессильно сучил руками в воздухе, пытаясь схватиться за меня, но от сильного шока не понимал, что делает. Через некоторое время хрипящий Техник прекратил попытки освободиться, осел вместе со мной на пол, его глаза закатились, и от нехватки кислорода он потерял сознание.