Андрей Смирнов – Болезни Белокамня (страница 4)

Получив свой товар, иссиня-зелёный тролль кивнул, после чего занырнул в реку, оставив Дюмона в одиночестве, но скучать ему не приходилось, ибо в его руках задорно звенел кошелёк с монетами, а к нему самому уже приближалась девушка.

– А, любимая! – обрадовался появлению Белогривки пройдоха. – Здравствуй! Рад тебя видеть!

– И я рада! – кивнула та, прильнув к парню. – Ты свободен?!

– Именно! – улыбнулся Дюмон. – Скучала по мне?

– Естественно! Куда ты запропастился?!

– Ну, дай подумать! – дурашливо наморщил лоб парень, якобы вспоминая, что с ним приключилось за последнее время. – Я тут вверх по течению нашёл небольшую пойму на одном из притоков Полноводной, так там такие нимы и русалки плещуться, что… Эй, за что?!

– Это тебе за русалок! – пихнула враля кулаком в бок Нэтали. – А это тебе за нимф!

– Ревнуешь, что ли?! – усмехнулся довольный произведённым эффектом Дюмон. – Да ладно тебе, не сердись!

– Так куда ты запропал почти на седмицу?! – уставилась на своего возлюбленного девушка.

– Работал, – ответил тот. – Выбирался с напарником вверх по течению, добирались до Чернотопья на лошадях, обратно на ялике, стандартная схема. Запаслись лотосом под завязку, вот только последнюю часть Помойке сбыл.

– Кстати, – встрепенулась Нэт. – А почему тролля зовут Помойкой?

– А он свои запасы прячет в вонючих местах, – охотно пояснил контрабандист. – Там, где стража рыться брезгует. На это все покупатели зелья жалуются на нестерпимую вонь от свёртков, на что тролль и предлагает им их помыть. Помой-ка, да все запахи и отобьёт. Примерно так он говорит своим покупателям, за что и заработал подобное прозвище. Ну да что мы об этом наркоторговце говорим?! Давай лучше убежим куда-нибудь ото всех, и побудем наедине?

– Давай! – охотно согласилась девушка. – А куда мы пойдём?!

– Да тут недалеко! – хихикнул Дюмон, доставая из-под ворота своей рубахи ключ, висевший там на верёвочке. – Прямиком за твоей спиной!

Нэтали обернулась, после чего сразу же нахмурилась.

– Ты предлагаешь мне пойти с тобой туда?!

– А почему нет?! – усмехнулся парень, начиная колдовать своим ключом возле большого навесного замка закрытого на ночь лодочного амбара. – Внутри тепло, сухо и довольно просторно! Кроме того, у меня при себе кое-что есть, погляди!

С этими словами Дюмон нагнулся к своему мешку, показывая своей девушке его содержимое. А там обнаружилось вино, початый сыр, хлеб, фрукты и даже немного вяленой рыбы, которыми контрабандист обычно питался в походах.

– На двоих хватит! – улыбнулся он. – Ну так что, пошли?

– Идём! – кивнула ему Нэтали, чувствуя подступающую к телу приятную истому.

– Вот эт по нашему! – кивнул Дюмон, открывая амбар. – Милости прошу!

Если бы в подобное место девушке предложил заглянуть кто-то иной, то она бы ни за что на свете туда не отправилась, но любовь, и особенно девичья и юношеская, дело такое тонкое, что не нам судить Белогривку и её парня. Прошмыгнув мышью вовнутрь амбара, Нэт насторожилась, глядя на своего молодого человека, который совсем не спешил заходить следом за ней, глядя куда-то в сторону.

– Что такое?! – насторожилась девушка.

– Сюда движется какой-то человек, и, кажется, я его знаю! – ответил ей Дюмон, всё ещё стоя в раскрытом дверном проёме.

– И что с того?! – поразилась Нэтали. – Закрывай дверь и давай уже найдём внутри местечко поудобнее! – нахмурилась Нэтали, которая, как и все девушки, не любила, когда парни переставали обращать на неё внимание, отвлекаясь на что-то иное.

– Нет, погоди! – остановил её контрабандист. – Этот малый мой бывший пассажир, я его узнал по одежде и походке. Похоже, что он также узнал меня!

– И что?! – нахмурилась Белогривка. – Он тебе важнее меня?!

– Ты не понимаешь, любимая, – повернулся к ней улыбавшийся Дюмон. – Этот парень не просто щедр! Он оплатил мне своё незаконное проникновение в город втройне, и, чувствую, я мог бы вытянуть из него и ещё больше монет, если бы продолжил торги. Ощущение такое, что у него денег куры не клюют, и, возможно, он сейчас хочет меня попросить об очередной услуге!

– То есть тебе работа важнее меня?! – оскорбилась девушка.

– Нет, это значит, что вместо вот этого, – с этими словами парень достал из кармана серебряное ожерелье, протянув его Нэт. – Я смогу подарить тебе золотое, или отличный перстень!

Естественно, что при виде подарка сердце девушки оттаяло, и она с восторгом приняла дорогую вещь, сразу же поспешив примерить украшение, приложив его к своей шее. Единственное, о чём умолчал при этом Дюмон, было то, что упомянутый им щедрый пассажир оказался чертовски страшным и подозрительным малым, поскольку всю дорогу он только и делал, что кашлял да чесался. Пару раз в тусклом лунном свете были видны руки неизвестного мужчины, когда тот решил почесать себе предплечья, на которых обнаружились набрякшие волдыри и язвы, от вида которых молодому человеку стало дурно, но он постарался не подавать вида, усиленно налегая на вёсла, чтобы поскорее доставить неизвестного в город и расстаться с ним, отправившись восвояси, опасаясь того, что этот незнакомец может оказаться заразным. Да, заплатил он тогда огромную сумму по меркам самого контрабандиста, желая скрытно попасть в город, но кто знает, чего он захочет теперь? Может, выбраться из него или перебраться на другую сторону реки? Что ж, если у больного засранца окажутся при себе монеты, Дюмон был не прочь рискнуть во второй раз.

– Перевези меня на другую сторону! – прохрипел незнакомец, едва только он приблизился к амбару, у входа в который по-прежнему стоял контрабандист. – Плачу такую же сумму!

От столь щедрого предложения у Дюмона захватило дух, и он кивнул, даже не думая совещаться с Нэтали, которая в это время начинала дуться на своего парня за то, что мало того, что он и так отсутствовал целую неделю, так и теперь бросает её. Пусть он делал это ради денег и ради подарка, но этот скот мог хотя бы сначала узнать её мнение?

– Хорошо, – кивнул ему Дюмон. – Я сейчас подойду к вам, только закрою дверь. Подождите меня немного на пирсе!

– Да, – прохрипел покачивающийся человек, кутавшийся в плащ. – Только поскорее!

– Я уже практически иду! – улыбнулся ему Дюмон, хотя парня просто бросало в пот от этого подозрительного субъекта.

Контрабандист повернулся к девушке, стоявшей поблизости от него, после чего тихим шёпотом сказал ей.

– Нэт, это тот самый шанс, которого я так долго ждал! Денег у этого парня, как я уже говорил, куры не клюют, и если я ему помогу во второй раз, то озолочусь! Давай встретимся с тобой завтра. С меня подарок, как я и обещал! Ладно?!

– Ладно! – нахмурилась девушка. – Только прошу тебя, будь осторожен!

– Я всегда осторожен! – улыбнулся ей в ответ Дюмон. – Ты же меня знаешь! Меня никто не сможет схватить или одолеть в бою. Ну, тогда до завтра?

– До завтра! – кивнула Нэт, выскальзывая из амбара и уклоняясь от поцелуя молодого человека.

– Увидимся! – шлёпнул её на прощание по мягкому месту Дюмон, после чего быстро закрыл дверь и навесил замок, направляясь к шатающейся неподалёку фигуре таинственного незнакомца.

Наблюдавшая за ним с опаской Нэт остановилась неподалёку, желая проследить за тем, куда направятся её возлюбленный и его пассажир, хотя, очевидно, они должны были для начала спустить один из яликов в воду, а уже потом отправляться в сторону далёкого противоположного берега богатой половины города, где обитали сливки общества, отделившиеся от черни рекой. Однако не успел ещё Дюмон сойти в шлюпку, привязанную на ночь у пирса, как топавший за ним пассажир неожиданно набрасывается на молодого человека, вероятно решив напасть на него и уплыть на лодке, не заплатив.

Вскрикнувшая девушка уже летит по направлению к пирсу, где начали сражаться между собой контрабандист и его таинственный клиент, и даже в полумраке опустившийся на землю ночи видно, как неестественно и судорожно двигается фигура незнакомца, закутанного в чёрные одежды. Дюмон, само собой, попытался первым же делом стряхнуть с себя врага, сбросив его в воду, однако тот клещом цепляется за руки парня, отчего они оба едва не оказываются за бортом качавшейся шлюпки. Спешившая к месту драки Нэт уже извлекла из спрятанных в своих одеждах ножен небольшой добротный кинжал, подаренный ей матерью, но к этому моменту её возлюбленному уже удаётся побороть мерзавца, опрокинув его обратно на доски пирса. Блеснуло лезвие ножа в лунном свете, однако незнакомец не так прост, как кажется, ибо он начинает биться под оседлавшим его Дюмоном крупной судорогой, после чего изрыгает на него фонтан рвоты, окатив парня с головы до ног. Ошеломлённый контрабандист размахивает своим ножом, пытаясь ударить больного мерзавца, но сослепу втыкает лезвие не в лицо или грудь врага, а в доски причала, после чего оружие застревает в них. Однако оно больше и не требуется, как и помощь подбежавшей к месту схватки Белогривки, ибо незнакомец уже затих и не подаёт признаков жизни.

– Ты как, милый?! – спешит к Дюмону девушка.

– Не подходи ко мне! – кричит он на неё, махая рукой, жестами веля держаться ей подальше.

– Почему?! – удивляется та.

– Этот козёл был болен, и обрыгал меня! – поясняет утиравшийся Дюмон. – Он может быть заразен и опасен даже в мёртвом состоянии.