Андрей Скугарев – Рассказы (страница 2)

Пустота

Случалось ли Вам видеть пустоту?Конечно, каждый скажет, что такое суждение – субъективно и неопределенно. Даже в физическом вакууме нет пустоты. Но я попробую объяснить. Не пустоту, например, внутри комнаты, где нет мебели, и не пустоту в душе, когда ничего не хочется, и не безразличие к окружающим, когда мысли заняты исключительно собой. Речь о пустоте другого рода.Представьте на минуту, что в природе есть звуки, ветер тревожит ветки деревьев, хотя они уже облетели, и привычного шелеста листвы не слышно. Пролетит изредка птица, но ее полета не ощущается. Иногда чирикают воробьи, но очень слабо и крайне неуверенно. Воздух настолько разряжен и растворен, что звук разрезания воздуха крыльями поглощается и растворяется в небольшом окружающем пространстве. Наблюдатель, и тот не слышит звука собственного голоса. Впрочем, нас двое. Мы говорим, друг с другом, но, пугаясь в тишине звука собственного голоса, пытаемся говорить тише и тише. Там вдалеке, если смотреть вверх по течению, река светится рябью и, делая несколько поворотов, исчезает совсем! Сливается с пустотой пространства.Вот и он – берег реки. На этом месте река делает широкий поворот, и мы стоим на большой песчаной косе. Вода успела смыть останки мусора, оставленного рыбаками, в реку и унесла их вниз по течению, отчего пустынный пляж кажется чистым.Уже октябрь. Листьев на деревьях практически нет. Пожухлая сухая трава. Довольно тепло для этого времени года. Осеннее теплое солнце. Вода ушла в свое наиболее глубокое русло. Не плещется рыба, видимо занятая более насущными делами, чем пропитание. Бывает, плеснется щука, оставив круги на воде, да и те быстро поглощаются пустотой. Пустота растворена в воздухе, в воде, в душе и настроении.Примерно после часа нашего пребывания на этом пляже, которая предоставила река в наше распоряжение в эту осень, мы проникаемся таким настроением безмолвия, которая определила природа в настоящее время. Природа определила сегодня время пустоты. И мы это почувствовали, по крайней мере, почувствовал я. Возможно, для природы это какой-то переходный этап между еще теплой осенью и началом зимы.Приходилось ли Вам идти по пустынному заснеженному полю. Такая же тишина и неподвижность. Только снег. Только тишина. Но это еще объяснимо. Нет источников звуковых колебаний. Разве только ветер в ушах. А тут живая река, пролетающие птицы, бобры, строящие свои плотины, деревья. А все тоже ощущение пустоты. Как будто все попрятались! Как будто остановилось время. У меня создалось впечатление, что время остановило свое движение и продолжило его снова, как только мы покинули это место.– Нужно выпить, – предложил он. Это был высокий молодой и не совсем молодой уже человек с выразительными чертами лица. Теплая рубашка была одета поверх футболки. Пока еще светило осеннее солнце и было тепло. Старые джинсы то и дело спускались ниже талии от его худобы, и он постоянно их поддергивал. Голубые глаза светились жаждой к жизни. Где бы он не находился и чем бы не занимался, это ощущение полноты жизни всегда в нем присутствовало. Все его движения были гармоничны и согласованы. Душа и тело жили в нем одной жизнью.– Конечно! – Согласился я без колебаний. Впрочем, мы делали так всегда, приехав на место и раскидав вещи в привычных местах. Я был очень похож на него. Вернее он на меня. Глаза у меня тоже были голубые. Одет я был в такие же джинсы футболку и рубашку. Джинсы с меня тоже сползали, время от времени, хотя я был толще и у меня всегда был небольшой живот. Немного позже я высказал сожаление, что взяли мало водки для такого случая, когда никто и ничто не мешает обсудить интересующие нас темы. Такие редкие встречи обычно бывают запоминающимися. Так было однажды несколько лет назад. Мы проговорили на рыбалке всю ночь, выпивая и закусывая. Предварительно вечером мы наловили рыбы и варили уху. Значит – хорошо подготовились. Одна тема попеременно сменяла другую. И ни мне, ни ему никогда не было скучно. На следующий день мы были сонные, но это поправимо.Настроение после первой порции и легкой закуски как будто поднялось, и все пошло как обычно, но в какой-то момент пустота поглотила этот взлет фантазии и мысли, какое непременно вызывает спиртное, если ты конечно, не совсем пустой и недалекий человек. Разговоры о девушках и их странностях как-то неожиданно прервался и перешел в другое русло. Даже сейчас, когда я пишу эти строки, не хочется говорить об обыденных вещах, о женах и любовницах, подругах и случайных знакомых. Пустота сказала мне, что это несущественное в данный момент. А о чем тогда говорить?Удочки и спиннинги одиноко стояли на берегу на одинаковом друг от друга расстоянии. Одна удочка лежала на рогатине посередине пляжа. Он не потрудился ее закинуть, насаживая приманку. «Все равно не клюет», – ответил он мне на предложение поставить ее в общий ряд. Действительно не клевало, но это не было удивительным. Рыба ушла в пустоту. Только одинокие навозные червяки, болтающиеся на крючке, напоминали о реальности. Рядом с удочками стояли пустые пивные бутылки. Природа отдыхала. Я слушал его болтовню, и с трудом поддерживал разговор в заданной им теме. На противоположном берегу реки вверх поднималась тропинка, по которой перемещались к воде бобры, таская в воду подточенные ими деревья для своих плотин. За все время мы не увидели ни одного бобра, хотя старались не шуметь и как мне кажется, сливались с природой и пустотой. В то же время тропинка была мокрой и на ней виднелись свежие следы, на которых собирались грязные лужицы. Несколько подавленное настроение вносил еще бурелом из поваленных деревьев на противоположном берегу. Стволы деревьев лежали, висели, поддерживали и опирались друг друга. Свою лепту в такой хаос внесли те же бобры, но, скорее всего это сделал ураган, пронесшийся по своей определенной траектории через леса, поля и реки.За все время нашего пребывания не появился ни один человек. Хотя нет. Примерно в то время, когда солнце садилось над лесом, на той стороне реки остановилась «Волга». Из нее вышли два человека и стали мыть машину, таская воду из реки. Они были чрезвычайно оживлены. В машине играла громкая музыка, которая никак не вписывалась в окружающую обстановку. Но они быстро уехали, и пустота затянула образовавшуюся брешь.На той стороне реки стоит дом необычной конструкции. Совсем непонятно, зачем он здесь? За все время нашего пребывания в него никто не вошел и никто не вышел. Из него не доносится никаких звуков. Только старый пес, забытый своими хозяевами изредка лает, пытаясь порвать оковы пустоты.На камнях стоит большой котелок и варится суп из тушенки и овощей. Рыбы мы так и не поймали. Водка пошла под супец лучше, но все равно – как-то не так, как обычно. Мы разговариваем. В этот раз в основном говорит он. Говорит правильно и убедительно. Правда, не делая выводов, осторожно подводя итоги.– Как думаешь? Не стары мы еще для таких шагов в своей жизни? Двадцать лет – немалый срок! – Так говорит он, но его вопросы разносятся и растворяются в пустоте.Я еще размышляю над ответом, хотя вопрос скорее риторический, но всепроникающая пустота надвигается, и я говорю скорее что-то утвердительное, не помню что. Еще он говорит многое из того, что мы такие нерешительные, слабохарактерные и нетвердые. Это раньше мы решали все, не задумываясь особо над своими поступками. Но сейчас совсем по-другому. Я тоже что-то говорю в ответ. Лучше было говорить коротко и просто, потому что длинные и сложные предложения могли раствориться в пустоте, стремящейся поглотить все лишнее и ненужное.Когда мы выпили по стакану водки, разговор стал более живым, но и более бестолковым. Я снова ловил себя на мысли, что это просто кощунство – нарушать тишину. Нет не тишину. Зачем давать пищу для пустоты в виде слов и звуков нашего голоса? Пустота поглотит и все наши мысли, и наши звуки.Как будто мы обсудили и жен и любовниц, посетовали на обстоятельства и материальные проблемы. Получили некоторое удовлетворение и облегчение. Но на следующий день ничего уже не было. Как будто не варился суп, не дымился котелок, и не велся неспешный разговор ни о чем. Когда стемнело, неожиданно появились туристы на велосипедах, которые спросили у нас, где ближайшая стоянка. Он направил их вверх по реке. Там тоже был пляж. Я мысленно удивился этому обстоятельству. Какая разница, где остановиться, если вокруг везде пустота.А ночь, удивительная ночь укрыла нас своей тишиной. В тишине изредка я слышал потрескивание сухих веток, как будто кто-то ходил вокруг нас. Из окна машины я видел звездное небо. Каждый раз, когда я, просыпаясь, смотрел на него, оно казалось мне ближе и ближе. Я думал, что ночь никогда не кончится. Может потому, что плохо спал, а может потому, что время совсем не двигалось. Оно остановилось еще днем и как будто только под утро начало свое движение.Утро, заставившее себя долго ждать, наконец, наступило. Нас оно совсем не обрадовало. Хотя погода стояла прекрасная. Мне даже захотелось поиграть на пляже в футбол – так много места оставалось без применения. Мы вышли на одинокий пляж, на котором одиноко торчали удочки. Червяки побелели, но по-прежнему были на крючках. Ничего не случилось за ночь. Но ничего другого я и не ждал. Мы даже не сделали обычной попытки еще раз забросить удочки. Серое утро не предвещало удачной рыбалки. Было ясно и без этого, что рыба клевать не будет. Ее просто здесь нет. Да именно так. Я бы мог поспорить с кем-то, что ее именно нет, потому что она слилась в пустоту еще вчера.Серым утром мне казалось, что не было вчерашнего дня и вечера. Они стерлись, запомнившись своей необычностью, но не содержанием. Содержания не было. Его поглотила всепроникающая пустота. Природа, да и целый мир – это пустота. Твои нерешенные проблемы для нее совсем не проблемы. Для нее твои проблемы – пустота.