Андрей Скоробогатов – Трон галактики будет моим! (страница 4)

— Подойдет, — бросил я.

— Как прикажете, господин рыцарь, — уныло отозвалась Октавия.

— Так-то лучше, — усмехнулся я.

Октавия, как и положено личному андроиду высшего класса, крайне человекоподобна. Правда, у неё на теле есть гербы Императорского дома, но мы их ещё на Первопрестольной спрятали под черным обтягивающим техническим комбинезоном со множеством оранжевых карманов. Вырвиглазная комбинация. Примерно такой же комбинезон сейчас на мне.

Одежка совершенно нам не по статусу, но так и задумано.

Никто не должен знать, кто мы такие, и откуда здесь взялись. Это усложняет мой и без того нелегкий замысел, но всему своё время.

Я ещё раз огляделся. Нда. Выглядело тут всё не так, как я помнил, да это и понятно, я был тут в последний раз больше ста лет назад.

Планета Гербера, жемчужина когда-то цветущей планетной системы звезды Сефирот, пришла в полный упадок.

А я знал её иной в дни моего детства, что я проводил тут во время моих каникул. Зелёная, радостная, приятно теплая.

Ласковый грибной дождь и вкус яблок в бабушкином саду.

С тех пор всё сильно переменилось. Прямые рейсовые корабли к Гербере больше никто не забрасывает. Мы распрощались со Снегириной и восемь дней брели на еле живом атомном заправщике, у которого были тут какие-то свои тёмные дела. Контрабанда, наверное.

— Говорят, тут пираты шалят? — спросил я у грузного пилота при заходе на орбиту сближения с планетой.

— Так и есть. Пошаливают. Но уже уплочено.

Ага. Рэкет. Понятно.

— Значит, вас не тронут? — уточнила Октавия.

— Не должны, — пожал пилот огромными плечами.

Значит, могут, даже если «уплочено». Но, по счастью, пиратские фрегаты, плававшие в покое вокруг верхнего причала орбитального лифта, на нас не реагировали, и мы без проблем причалили.

По счастью для них. Про абордаж я Снегирине тогда не соврал.

Даже с орбиты было заметно, что это уже не тот упорядоченный и причесанный мир, который я знал раньше.

От десятка старых морей осталось хорошо если два-три. Зелёный пояс вокруг полюсов стал заметно меньше, а пустыни разрослись, словно имперская служба благоденствия забила на свою работу и предоставила геосферу с биосферой самим себе.

И, похоже, что так и есть.

А самое главное — появилось ещё одно кольцо вокруг всей планеты, пересекающее прежнее ледяное и расположенное довольно низко. Материал из этого кольца должен бы периодически выпадать над планетой в виде метеоритных дождей, а порой и достигать поверхности.

Что, судя, по свежим ударным кратерам в экваториальной зоне, порой и происходило.

Новое кольцо состояло из обломков множества погибших кораблей, оставшихся после междоусобной битвы двух имперских флотов пятьдесят лет назад. Больших подробностей пилот не знал.

И противоастероидной службы у планеты, получается, тоже больше нет?

Да, я смотрю, вы тут отрывались в мое отсутствие на всю катушку! Довели и империю, и планету.

Причем Орда, уже сотню лет методично разносившая планеты Центральных Звездных Систем, сюда ещё ни разу не добиралась, сами отлично справились. С этим местным определенно повезло. Орда — хоть и многочисленная, хищная и чудовищно-опасная, но неповоротливая в звёздных перемещениях.

Ну, ничего. У меня будет ещё время навести тут порядок. Здесь есть с чем поработать.

В общем, глядя на всё это, я ещё раз уверился, что, показываться на глаза текущему императору не собираюсь. И, надеюсь, он долго ещё не узнает, что я снова свободен.

— Я уверена, что любая другая населенная планета этой системы обеспечила бы для вас куда более достойный уровень комфорта, — не переставала донимать меня Октавия.

— Эта планета подходит, — бросил я мимоходом. — Я выбрал Герберу, и тому есть причины.

— Запущенная, пришедшая в полный упадок планета, — процедила Октавия. — Совершенно ничем не привлекательная и бесперспективная.

— Вот я и надеюсь, что мои дражайшие родственники так решат, — усмехнулся я.

Еще в полёте сюда я узнал, что Орда замечена на подходах к Второпрестольной, а значит, Императору Константину сейчас точно не до меня.

Мне как-то в принципе не хочется давать знать таким родственникам, что держат членов рода в вечной гибернации, что я цел. Явные же психопаты с нездоровой атмосферой в семье. Вон до какого невменяемого состояния довели великолепные в прошлом планеты.

— Всё же, я полагаю, вам стоило бы обратится за поддержкой, — не унималась Октавия. — Резиденция князя этой звездной системы не так уж и далеко, у нас хватит средств на еще один перелет внутри системы.

— Ни одна живая душа не должна знать, что я вернулся, Октавия, — твёрдо повторил я. — И никто из машин, кроме тебя.

— Как прикажете, господин рыцарь, — уныло отозвалась Октавия.

Ей не понравилась планета Гербера. И этого андроида, похоже, было просто не унять. Уже через несколько минут она снова заладила:

— Вы могли бы уже вернуться в одно из поместий Императорского рода в Центральных звездных системах… Например, на Помпаде.

— Вернуться, говоришь? И скоропостижно скончаться в течении суток усилиями каких-нибудь ревнивых правнучатых племянничков? — скривился я. — Или, в лучшем случае, снова в капсулу на сто лет улечься? Спасибо, с меня достаточно.

Да уж. Прошедшей сотни лет стратегических игр с искусственным интеллектом Пантеона в пространстве идеализированного Двадцать Первого века, пока Октавия восстанавливала мое практически уничтоженное в сражении тело, мне сполна хватило.

— Даже поверхностный анализ показывает, что нет ни малейших разумных причин вам оставаться здесь. Кроме ностальгических.

— Потерпи. Я ещё покажу тебе дом моей бабушки, он тебе понравится. Это в другом полушарии. Где-то тут была остановка орбитальных челноков.

Ничего, я ещё продемонстрирую ей выгодные стороны этого мира. А время вернуться в Центральные Системы придёт. Позже.

Конечно, подумалось мне, пока же у меня нет ничего, чтобы подчинить даже эту планету. Но я уже начал, и скорее рано, чем поздно, приведу местные рода под свою руку.

Я сделаю это. Я должен.

Или Империя Человечества погибнет. И людей не останется в этой Вселенной. Ведь Орда сама не остановится, и точно пройдёт через эту систему в том числе. И значит, останавливать Орду придется мне. Мне придется сделать это снова.

А больше и некому.

Пока я отсутствовал, мои изнеженные родственнички слили даже то, что слить было никак невозможно. Орда захватила и разграбила Первопрестольную, старую столицу, а никто из имперской верхушки даже и не почесался в своем Лунном Дворце. Орду даже не преследовали, когда она уходила с добычей. Все просто разбежались!

Флагман столичного флота «Принц Александр», в мою честь, между прочим, названный, уничтожен прямо на стоянке. Мою статую возле Пантеона засыпали мусором. А такую же тридцатиметровую статую на главной площади планеты с надписью «От благодарного человечества», как я смог выяснить, просто взорвали! Причем даже не аколиты Орды, а обычные анархисты, захватившие власть на брошенной властями планете.

Не то, чтобы, я прям скорбел по этой статуе, не самое впечатляющее произведение искусства было, но я даже на экскурсию к ней сходить не успел. А собирался.

Поэтому я прибыл на малую родину с целью обеспечить базу, собрать сторонников и построить флот.

Создать мой собственный ударный кулак.

И я это сделаю. Потому, что несмотря на легкомысленный стиль поведения, я, на самом деле, в ярости.

И я вполне отдаю себе отчет, что придется втрое согнуть всю имперскую бюрократию в системе, растолкать локтями всех претендентов, уничтожить сонмы врагов, прежде чем я получу должное. Моя родня скорее прирежет меня, чем даст возглавить всеимперский флот…

А начну я прямо отсюда. Прямо сегодня. Всё, детки, ваши игры кончились, я вернулся, трепещите.

— Вы планируете остановиться здесь навсегда? — с лёгким ужасом спросила Октавия.

— Нет, — ответил я. — Когда я буду уверен, что сил уже достаточно, я вернусь в Центральные системы, чтобы лично задать дражайшему родственнику на троне Империи несколько сложных вопросов. И пусть попробует мне не ответить.

В общем, вот в таком примерно настроении я отправился искать остановку орбитальных челноков.

На вокзале хватало народу, но в основном это были подпалубные матросы, опущенные вниз погулять с пиратских кораблей. В кабаках вокруг вокзала дым стоял коромыслом.

А я смотрю, на этой бывшей дачной планете имперской аристократии образовался прям какой-то вольный пиратский порт. И, чувствую, не срастемся мы с этим соседством.

Ну, так оно и оказалось.

Не успели мы выйти из вокзала, как к Октавии подкатил весь из себя такой типичный космический пират, полный разнузданного очарования. Возможно, благодаря очень натуралистичной татуировке на лице, анатомически верно изображающей череп.

А еще чёрная бандана на выбритой до блеска башке, потрепанный цветастый подскафандр с бластером в кобуре, расшитой золотой нитью.