Андрей Скоробогатов – Трон галактики будет моим! Книга 4 (страница 34)

Пока шли к бутику, я заметил, что её скромные девушки так же эффективно и ненавязчиво управляют пассажирским потоками внутри. А подходы к вокзалу контролируются патрулем горничных в стильных черных лаковых тяжелых серводоспехах, с плечевыми противоракетными лазерами и роторными гранатометами на предплечьях. Таких, пожалуй, с налету не одолеешь, я их в бою уже видел, они свое дело знают.

Ого. Серьезно у них тут всё. Новеньких набрала, получается?

Блин, кажется я не тем делом жизни занимаюсь. И, конечно, дисциплина у Иоланты железная. Видал я имперские легионы пораслабленее.

Вошли в бутик. Внутри всё блистает и сверкает. Иоланта бросила на руки горничной свой черно-зеркальный плащ, щелкнула пальцами — мне с молодым Крестовским тут же сунули в руки по гостевому коктейлю.

Это даже вышколенностью назвать нельзя. Это что-то уже за пределами человеческого.

— Слушай, Иоланта, — задумчиво произнес я глотнув коктейля, мятный кстати, освежает. — А сколько у тебя горничных?

— На этой планете? — прищурилась Иоланта. — Десять тысяч.

Вот тут я коктейлем и подавился:

— Сколько⁈

— Девять… нет, уже десять тысяч, — пожала плечами Иоланта. — Я из Галактической Академии Горничных уже второй курс выпускниц полностью выгребаю.

— Охренеть… — пробормотал я.

А я-то искренне был уверен, что это у меня здесь самая многочисленная армия!

Десять тысяч одних только горничных! Гребаная дивизия!

— Кстати, ваше облачение… — задумчиво произнесла Иоланта, развернувшись и скептически оглядев меня с ног до головы. — Нет. Нет, нет и нет. Это совершенно неприемлемо.

— И что со мной не так? — скривившись поинтересовался я. Вроде в парадном губернаторском костюме, сапоги надраенные до блеска стараниями Октавии лично. Ремни, пряжки, медали, аксельбанты, все дела.

— Да примерно всё, — поморщилась Иоланта в ответ. — Это на поле боя вы можете ходить в как угодно замызганном камуфляже, господин рыцарь, вам слова никто не скажет. А здесь вы в обществе, вы лицо города и обязаны блистать. Это мой модный бутик, и вы не будете ходить на его открытии в этих обносках.

Иоланта щелкнула пальцами и бросила своим горничным:

— Пять минут. Не больше.

И её горничные набросились на меня.

Против них у меня не было ни единого шанса.

Глава 17

Ты солдат — и я солдат!

Бывают в жизни имперского принца гнусные минуты. И вот такое почти насильственное переодевание, когда один против всех — самые мерзкие из таких минут. Ненавижу их.

Но приходится терпеть.

Результат, в принципе меня не слишком расстроил, одевали меня в лохмотья и почудовищнее. Местами в этих лоскутах из андаманского шелка игриво блестели рубины и александриты карат по двести. Флотские сапоги сменили ботфорты под бедро с резными краями.

Единственное, что радовало мой глаз при этом мерзком процессе, это горничные: наблюдать за их слаженной работой было своего рода профессиональным удовольствием. Никаких лишних движений, тихие шаги, идеально скоординированные действия — настоящий спецназ в фартучках. Они работали как живой конвейер, где одна подносила деталь костюма, другая мгновенно её застегивала, третья поправляла складку. Но только это зрелище у меня и оставалось.

Интересно, где эта юная особа держит все десять тысяч своих горничных? По съемным квартирам в городе? Или тайно строит в предместьях казармы-общежития с графиком дежурств, с разводом караула и обязательными уроками этикета?

С неё станется — очень уж решительная и практичная эрцгерцогиня мне попалась.

— Неплохо-неплохо, — заметила Иоланта, задумчиво озирая результат трудов своего горничного спецназа. — Идеально подчеркивает ваше недовольное выражение лица, дорогой учитель. Только чего-то не хватает.

— У вас ровно шестьдесят секунд, сударыня, — сказал я максимально грозным тоном. — Или мое терпение иссякнет и за последствия я не отвечаю.

Иоланта злить меня дальше не решилась. Щелкнула пальцами, звук удался идеально сухим и повелительным, как щелчок кнута. И тут же откуда-то достали и принесли парадный тактический меч, из тех, что флотские офицеры называют маникюрными. Весь такой изящный, переукрашенный, в узорчатых ножнах — горничные подвесили его мне на тяжелую позолоченную перевязь через плечо.

— То, что нужно! — воскликнула Иоланта.

— Ты серьезно? — поморщился я, слегка вынув меч из ножен, чтобы убедиться что хоть клинок не позолоченный.

Клинок был титановый с лезвиями из понтового квази-обсидиана с растительным палладиевым барельефчиком по ребру жесткости клинка. Ну, нормальная такая пилка для ногтей — если что можно и с такой продержаться. Не моя героическая саперная лопата, конечно, но можно.

— Отлично, — заявила Иоланта. — А теперь, дорогой учитель, прошу вас блистать и не препятствовать гладкому ходу этого светского раута, я много сил потратила на его подготовку.

Понятно. Можно гулять и не отсвечивать. Крестовский-младший, присутствие которого Иоланта надменно проигнорировала, побрел вслед за мной, кажется, даже слегка позеленев от обилия всей этой позолоты.

Общество на открытие бутика собралось соответствующее, нечто подобное я видел на праздничных днях в Ассамблеях — стайки девиц из самых что ни на есть хороших семей планеты с их тщательно отобранными кавалерами, и окружавшая их, словно мошкара, местная богема — тощие плясуны с тоскливыми глазами, напыщенные музыканты и прочие недокормленные поэты с голодными художниками, властители дум всей планеты.

Я задумчиво потягивая коктейль, развлекался тем что разглядывал Церберовский дворец, низко висящий над городом. Его острые шпили и небоскребы хорошо было видно на фоне неба. Смотрел в высокие вокзальные окна и отвлеченно прикидывал коридоры подхода и места высадки десанта, чтобы быстро и эффективно взять штурмом этот лакомый кусочек, да так чтобы кровью не обрыгаться.

Взять штурмом и разграбить, да. Не то, чтобы моя любимая тактика, но с волками жить — по-волчьи выть. Уверен, что на собранное по сусекам этого дворца мой линкор можно будет достроить ударными темпами.

Так я и бродил с бокалом по этой ярмарке тщеславия, терпеливо выполняя роль демонстрационного манекена и даже в конце-концов нашел там для себя кое-что интересное!

Это оказались Сироты Войны, легко узнаваемые в своих форменных огромных разноцветных беретах. Забрели, словно волки в овечье стадо на наш гламурный огонек!

Сплоченная группа из трех офицеров в несколько чрезмерно украшенной, но вполне боевой форме сопровождали даму весьма воинственного вида, это их старший офицер, очевидно. Они вошли надменно, с холодным профессионализмом озирая окрестности и приняли из рук расторопных горничных бокалы даже не взглянув на содержимое.

Кажется, не один я размышляю на досуге как половчее разграбить это странное местечко.

Видимо, прямо с борта корабля сошли и сразу с верхней станции лифта спустились на землю нашу грешную, размять ноги после длительного перелета, взглянуть чего тут у нас туземцев, как.

Судя по роскошному, но функциональному внешнему виду — дорогие ткани, качественный крой, эмалевые шевроны их наемнический корпорации, позолоченные рукояти бластеров и массивные офицерские перстни, Сироты явно не бедствовали. И суровая Мачеха Война исправно и не скупясь кормила своих приемышей. По крайней мере, в упаднической страсти к украшению костюма они себя не ограничивали никак. Так что вопросов, чего они забрели в самый шикарный и дорогой магазин в округе у меня не возникло.

Ну а куда ещё?

Мне прям интересно стало, о чем же болтают эти расфуфыренные, но зубастые персоны в узком кругу? О стразиках на бархате, небось? О брюликах? О бабах? Я пристроился недалеко со своим стаканом в обнимку, словно беспечный слегка поддатый озорной гуляка, поглощенный утомленным самосозерцанием.

— Так сколько у них кораблей? — произнесла женщина-офицер.

Ого. Слом шаблона. И тема то какая интересная. Про корабли. Я сделал вид, что ничего не услышал любуюсь этническим пустынгерским абстрактным узором на гобеленах.

— Не очень понятно, мистресс, — отозвался один из Сирот, молодой с умными глазами. — Над городом постоянно висит крейсер «Принц Евгений», вы слышали о нём, награжденный за рейд на Хтонь. Есть еще один вооруженный транспорт. Или ремонтник. «Инженер Кобылкин», кажется. В умелых руках может добавить проблем. А он в руках очень умелых, сами знаете.

— Знаю, — поморщилась могучая мистресс. — У этого имперского рыцаря Академия Адмиралтейства за плечами, как недавно выяснилось.

— Да, такой молодой, а уже историческая личность, — покачал головой удивительно осведомленный Сирота. — Здесь он живая легенда. Надеюсь, мы его лично увидим.

— Возможно, — недовольно отозвалась мистресс. — Будете так же вкалывать и проявлять инициативу — и вас тоже оценят и возвысят, молодой человек. Что у них там есть еще?

— На грунте у космодрома лежит тяжелый крейсер «Песецъ», — вступил другой Сирота, крепкий и коренастый. — На нем ведутся интенсивные ремонтные работы и не ясно, насколько они завершены. Степень опасности трудно определить. Но учитывая развитую инфраструктуру города и системы противоорбитальнй обороны к космопорту «Королёв» лучше не соваться, без серьезного перевеса, а его у нас нет. Ещё у них по слухам есть какой-то броненосец «Потёмкин», но мы его пока не нашли. Ни на тепловых снимках, ни в информационных сигнатурах, ни на орбите, ни на поверхности мы его выделить не смогли. Как сквозь землю провалился.