Андрей Скоробогатов – Трон галактики будет моим! Книга 2 (страница 45)

— Какова цена вопроса? — осторожно спросил я. — Ваша цена, и цена человека из свиты князя?

— Я готова уступить за… двадцать. Ценник князя начинается от пятидесяти. В зависимости от того, насколько вы можете оказаться полезны и сколько личного времени будете готовы потратить на хотелки князя.

И выразительно на меня посмотрела. Мда уж. Сто миллионов, да пусть даже семьдесят миллионов — сумма для меня пока что абсолютно неподъёмная.

Нет, я подозреваю, что за ядерный арсенал бабули я мог бы что-то такое выторговать. Но делать этого я точно не собирался. Опыт игры в стратегии и знание истории позволяли понять: вкачать все ресурсы в престижные проекты и экономику, забыв про военный сектор — полнейшая глупость.

— Хорошо. Предположительно через несколько месяцев у меня появятся свободные деньги. Вы же можете дать свои контакты, Диана.

— Виктория, передай Александру контакт, — кивнула собеседница и прищурилась. — И будь осторожна с ним, он, похоже, тот ещё сердцеед.

Ну, а дальше —яства, совсем немного сна, а на утро — снова акробатические этюды…

Домой я вернулся сильно после обеда, помятый и измождённый. Старался не показываться на глаза, но от исполнения рабочих обязанностей всё равно не деться. Прослушал очередной доклад Макса, Петеньки, проведал туристов, сходил к вымирающему племени — те уже соорудили серьёзный частокол вокруг своего гектара.

Посевы колосились, куропатки успешно размножались, в общем, отлично.

Вроде бы всё прошло практически незаметно для окружающих. Только вот личный медицинский андроид моё состояние быстро просекла.

— Вам требуется медицинская помощь! — округлила глаза Октавия. — И срочно порцию микроэлементов и витаминов, фиксирую большую нехватку селена, цинка… Это очень соответствует картине… Господин Рыцарь, вы опять⁈

— Надеюсь, ты не подглядывала? — хмыкнул я. — А то я до сих пор не уверен, какие там скрытые функции у твоего личного импланта.

— За чем именно подглядывала?

— Ладно, проехали. Что у нас там по повестке дня… так, собирай на ужине совещание по поводу биатлона. Пора уже определяться.

Итак, мы идём на орбитальный биатлон. Времени оставалось немного. Знаний о том, что нас ждёт, было мало.

В моём кадетском прошлом это было глубоко культурное и элитарное мероприятие, проходящее на специально оборудованных спортивных челноках, на чистой орбите с маршрутом с геостационарными спутниками. Князь системы лично перерезал ленточку и награждал победителя, крепко пожимая ему руку, затем — сдержанное интервью для репортёра…

В общем, я сразу понял, что тут будет всё совсем не так. Вспоминая моё прошлое в Пантеоне — разница была примерно как между гонками «Формулы-1» и подпольных драгрейсерных гонок где-нибудь в разрушенном Детройте.

Хотя призовой фонд был сильно лучше, чем в моей молодости. Десять миллиардов герберок за первое место! Пять за второе и один — за третье. Если перевести в имперки, то приз за третье место был почти что равен той суммы, что оставалась у меня на счету.

Я задумался. Что нужно, чтобы перед гонками хорошенько прокачать тачку, то есть, космический челнок?

Во-первых, конечно, деньги. Увы, без валюты ничего не сделать. Деньги у меня какие-никакие были, позволить себе подобное развлечение я мог.

Во-вторых — люди. В первую очередь — механики и конструкторы, но ещё и помощники в организации, снабженцы и тому подобное. Люди у меня тоже имелись.

В третьих — сам челнок. Тут всё было очевидно, Скотинку было жалко, конечно, но я с ним уже в достаточной мере освоился. Переживёт. Главное — не пугать его раньше времени.

Ну, и в четвёртых, разумеется, нужны разные технические навороты и оригинальные решения. С этим было чуть похуже, потому как опыта строительства челноков для орбитального биатлона у нас не было.

— Илья, ты же был на орбитальном биатлоне?

— Был, конечно. Несколько раз. И даже один раз помогал команде Меркурьева.

— Это же тот самый, что на Ассамблее напился и звал меня на дуэль? — уточнил я у Дарьи.

— Ага, — кивнула она. — Помню такого.

— Я с его гонщиком был знаком, — пояснил Илья и помрачнел. — Юрик… он через год разбился.

— Печально, — кивнул я и почтил половиной минуты молчания неизвестного мне гонщика. — Но сам-то как механик участвовал?

— Не. Разве что по паре агрегатов подсказать могу.

— И то славно.

В общем, выходило, что самым опытным в конструировании был, как ни странно, я сам. Как-никак, пятнадцатилетний стаж в Пантеоне на должности инженера-конструктора. Осталось только совместить свой опыт с современным состоянием техники.

Октавия тоже не стала терять время даром. Порылась и нашла где-то в своих базах странный многостраничный документ с кучей 3-D моделей под названием «Ультимативное руководство к прокачке космического челнока у себя в гараже» под авторством некоего Алексиса Анастасиса.

Как-то вечерком, за очередным шашлыком из принесённого пустынгерами кисубака мы разглядывали этот документ.

— Хм… Гранаты с кинетической шрапнелью с разлётом в триста метров? Серьёзно? — усмехнулся я.

И оглянулся — услышал ли Скотинка. Если тот прознает раньше времени, что ждёт его престарелые механизмы — такой вой поднимет…

Все коренные герберцы посмотрели на меня странно.

— Ну да. А ты как думал? — кивнул Илья.

— А ты чего думал! — поддакнул Семёныч. — Соревнования без правил, и очень серьёзные. Сети ещё применяют. Магнитные ловушки для движков… Ну, фотонные бомбы, конечно. Чтобы ослепить.

Я задумался.

— Против фотонных бомб мы поставим щиты систему вседиапазонного зрения в рубку экраны. А вот сети…

На этот раз подала голос Даша.

— Тут нужны лазерные системы для хаотичной резки по площадям. Это в добавление к центральным бластерным пушкам.

— Установка таких устройств на гражданские суда явно противозаконна! — воскликнула Октавия.

— Ещё как противозаконна! — оскалился Илья. — Но я поищу.

Центральные бластеры, из которых и предполагалась стрельба по мишеням на этапах — как я уже знал, комиссия всегда проверяет особенно тщательно. Даже здесь. Там никаких наворотов быть не могло, мощность и дальность в пределах диапазонов для средних корабельных систем, в общем, хоть какая-то попытка уравнять участников.

В моей прошлой жизни бластерные пушки для биатлона были специальные, контролируемые судьями и отключаемые во время движения — то есть стрелять ими можно было только на стрельбище. Тут же… я мог предположить, что огрести при желании можно было бы и во время этапов гонки.

Что ж, тем не менее, мы попросили у Октавии составить список всех технических наворотов, которые применяются во время гонки, затем исключили некоторые, которые на Скотинку просто невозможно было установить. А затем вычеркнули ещё некоторые, которые показались слишком тяжёлым или не особо нужными.

Потом настал самый тяжёлый этап. Поговорить со Скотинкой.

Начал я издалека.

— Скотинка, привет.

— Да, «капитан»… — вздохнул он, явно продолжая иронизировать по поводу моего капитанского статуса. — Дайте угадаю, опять куда-то собираетесь потащить мои старые механизмы?

— Вот как раз по поводу механизмов. Ты же хочешь двигатели новые маневровые? Ксенон-гептиловые, мощные такие…

— Ну… не откажусь, — настороженно сказал он.

— А противоосколочные сети и активную защиту? От метеоритов там всяких.

— От метеоритов… Давно пора. А то вы же любите таскать меня через разного рода пояса… Только по какому поводу такой праздник? Ни за что не поверю, что вы тут внезапно вспомнили про старика…

Я проигнорировал последний пассаж и продолжил.

— Во-от. А ещё мы тебе поставим лазеры для хаотичной резки по площадям. Незаменимая, говорят, вещь. Бластерные пушки средней дальности. Отсек для бомбометания и…

— Так! Капитан! Я всё понял! — чуть ли не заорал Скотинка. — Я под это не подпишусь! Срочно позови Октавию! И Андрона! И Прохора! Я буду общаться только с ними! В соответствие с конвенцией о правах небиологических разумов я требую… требую консилиума сервов!

— Тише, тише… Что ты понял?

— Да всё я понял про вас, капитан. Сразу по вам всё было понятно! Как только кораблик к этих головорезов отжали. Мало вам одного пиратского корабля, вы решили и меня в это дело втянуть! Пиратскую шхуну из моего престорелого корпуса сделать. А я, между прочим, тоже имею честь…

— Биатлон, — перебил его я.

— Имею честь и… Что? — переспросил он.

— Ты летишь на орбитальный биатлон. Ты будешь звездой. И принесёшь нам победу.

Скотинка неожиданно замолчал.