Андрей Скоробогатов – Трон галактики будет моим! Книга 2 (страница 39)

— Прогреть двигатели, — скомандовал я, поднявшись в кабину управления и занимая пилотское кресло. — Пора убираться отсюда.

Глава 18

Дорога ярости

Мы были готовы отчалить. Движки прогреты, единственный функционирующий носовой квадро-бластер готов к выстрелу. Все наши на борту.

Вражеские челноки были уже совсем близко. Я хорошо различал их с запущенного Песцъом дрона-разведчика.

Сомнений у меня не было. Я вообще предпочитаю не теряться в сомнениях. Конечно, челноки вражеские, а какие ещё? Со школьной обзорной экскурсией прилетели, что ли?

Пора сваливать.

Дрон показал, как Галлахад выбрался по веревке из шахты, и уже перевалив край кратера спускался по проложенной нами тропе к своему солеходу в устье уже почти пересохшей реки. Стрелять мы собирались в противоположную сторону, всё с ним будет в порядке.

— Орудие к бою, — приказал я. — Огонь!

Квадро-бластер гулко взревел и ухнул, выбросив накопленную энергию.

Дрон показал, как кусок склона выбросило выстрелом наружу. Скалы, кувыркаясь, полетели в море, поднимая фонтаны брызг высотой в половину вулкана.

— Отрыв! — возбужденно крикнул я. — Движки, полный ход!

Ну, понеслась!

Дрон показывал, как Песецъ грозно и величаво проходит пробитый в горе туннель, впервые за пятьдесят лет показавшись на поверхности. Зрелище впечатляло. Те, кто увидел его с подходящих челноков, впечатлились тоже и пошли на осторожный облёт с дальней дистанции.

— Неопознанный корабль на острове Ведьмы! — прокричали нам вдруг по дальней связи. — Определите себя!

— Сами определяйтесь, — негромко усмехнулся я, не включаясь в беседу.

Пусть теряются в догадках, кто это на поверхность вылез, нам это полезно. Дольше будут мучиться в сомнениях, больше времени выиграем.

Двенадцать гравитаторов исправно удерживали нас над поверхностю моря, маневровые движки, все восемь подавали импульс от носа к корме, и мы понемногу разогнали стотысячатонную тушу корабля.

Вот сейчас всадить бы всю мощь в маршевые двигатели, во всю дурь, чтоб остров этот разметало, воду сдуло до дна, а цунами подняло до неба мощью сдвоенного выхлопа длинной восемь километров… Но нет, не судьба.

Вон, челноки брызнули в стороны, чего-то такого от нас и ожидая, но мы их предчувствия не оправдали. Медленно разгонялись на маневровых, неровным зигзагом уходили от острова в сторону Восточного полушария. Хвост испаренной движками воды подбрасывало, наверное на полкилометра. Такое хрен не заметишь. Скоро вся планета в курсе будет.

— Сто километров в час, — буркнул Песецъ

— О, да! — я усмехнулся. — Разгон до ста километров за шестьдесят секунд. Жги, приятель! Ни в чем себе не отказывай.

— Неопознанный корабль в атмосфере Герберы, ответьте! — прокричали с челноков в общем канале связи. — Вы совершаете опасные маневры в зоне обитания!

— Ну так запрети мне, — буркнул я, всё так же не включаясь в разговор.

— Двести километров в час, — произнес Песецъ.

— Неплохо, — одобрил я. — Даём жару. Даша, как там состояние двигателей?

— Перегрев идет быстрее, чем я думала, но пока ничего критичного, — отозвалась Даша.

— Ладно, — я следил за траекториями преследующих нас челноков.

Нагонят нас минут за пять, когда окончательно поверят, что мы всё-таки не собираемся взлетать прямо отсюда.

В этот момент мы потеряли визуальный контакт с дроном-разведчиком. Связь ещё была, но он так от нас отстал над морем, что камера его нас потеряла за горизонтом. Видна была только широченная кильватерная струя, оставленная нами на поверхности Сверхмертвого моря. Я от дрона отключился, чтобы не отвлекаться.

— Триста километров в час, — доложил Песецъ.

— Движки в норме, — сообщила Даша. — Всё под контролем.

— Продолжаем набирать ход, — подтвердил я.

Мы неслись, рассекая поверхность моря ударной волной, и вскоре над горизонтом показалась темная береговая линия. Солепорт остался в стороне от нашей траектории, а то городку бы не поздоровилось от такого события, снесли бы его весь напрочь, до основания.

— Вижу берег! — крикнул я по внутренней связи! — Всем приготовиться, сейчас тряхнет!

Мы с ходу налетели на пологий берег моря и тряхнуло нас так, что зубы у меня во рту лязгнув друг о друга, чуть-чуть не разбились как ломкий фарфор.

— Да чтоб тебя, Песец! — проорал я. — Осторожнее! Не дрова везешь!

Песецъ в ответ только гулко зарокотал, и я понял, что это он так хохочет:

— Четыреста километров в час!

Хвост пыли взметнувшийся к небу вслед за нами уходил наверное в стратосферу. Челноки, следовавшие за нами, разошлись в стороны, чтобы не попасть в поднятое нам облако.

Мы неслись над пустыней, сдувая барханы и сметая дюны.

— Неопознанный корабль, назовитесь, или мы предпримем радикальных меры! — прокричали нам с одного из челноков.

Ты смотри какой отважный радикал…

— Чот гербы на них какие-то незнакомые, — прищурился я. — Октавия, это кто такие вообще?

Крест, похожий на четырехлопастный винт самолета на щите. Не узнаю такой

— Судя по геральдическому альманаху, это гербы рода Крестовских, — доложила Октавия.

— Кто такие? — осведомился я.

— Один из подчиненных Церберовым малых родов Западной Герберы, — сообщила Октавия голосом обольстительного радиодиктора. — Формального вассалитета не установлено. Кандидаты в младшие рода. Используются Церберовыми в щекотливых ситуациях. Ты видел их главу Константина на аукционе.

— Ага! Помню такого! Выслуживаются, значит, шестерки, — усмехнулся я. — Полетели прощупать, чего это из земли вылетело. Ничего, так вылетело, что не поймаете…

Корабль начало уже сильно трясти, пошел заметный нагрев на корпус. Нехорошие такие идут вибрации, не развалиться бы нахрен, костей не соберем.

— Скорость? — крикнул я.

— Иду на шестьсот, — пророкотал Песецъ.

— Нужно сбрасывать! — прокричала Даша из реакторного отсека. — Критический перегрев двигателей!

Маневровые движки не для того делали. Не толкать огромный корабль в настолько плотной среде. Атмосфера нас тормозит. Челноки за счет аэродинамической формы могут развивать скорость в атмосфере под тысячу километров в час, но нам такое не светит.

— Держи пятьсот, — приказал я.

— Есть, командир, — отозвался Песецъ.

Впервые назвал меня командиром, старая железяка. Скотинка и то дольше выпендривался. Неужто удалось впечатлить битого ветерана? Видать, расту над собой!

— Неопознанный корабль, в атмосфере Герберы, подчиняйтесь нашим приказам! Или… Или мы будем стрелять! — прокричали с челноков преследователей.

— Я тебе щаз постреляю, — пробурчал я, инициируя орудийное управление. — Попробуй только…

Да, аварийная посадка полвека назад здорово ободрала с корабля внешнее вооружение, снесла даже часть надстроек и материальной брони, но кое-что ещё осталось.

Я выдвинул ближе к корме из корпуса две еще живые башенки с роторными пушками, загудели их магнитные поля разгоняя в орудийных циклотронах тысячи вольфрамовых горошин.

Я вас падлы счас ими на куски порежу.

На челноках уловили намек и отстали, спрятавшись в облаке пыли.

Так-то твари. Угрожать они мне будут…

Выдвинутые башенки окончательно испортили нам и без того неидеальную аэродинамику корпуса, тряска стала отзываться в голове прямо-таки зубной болью, и я опустил пушки обратно.

Ну как опустил. Одна вернулась в корпус без проблем, а вот вторая тупо застряла на половине и уже не двигалась ни туда и ни сюда.