Андрей Скоробогатов – Лапшевня бабули Хо — I: Пробудившийся (страница 13)

— Э-э, мужик, — с ярким сомнением в голосе произнесла Сян у меня за спиной. — Ты же наверняка знаешь, что от твоей пукалки здесь толку как от хлопушки?

— Чо, правда? — вскинулся я, пытаясь откатиться назад.

Мужичок хищно оскалился, каким-то текучим шагом, переместился ко мне, приставив дуло обреза мне к солнечному сплетению:

— А если так?

Молчание Сян неприятно затянулось. Ну, давай же, милая, скажи что-нибудь своё фирменное, саркастическое, чтобы я понял, что такому ловкому практику ци, как ты, это как с гуся вода. Но молчание затянулось. И я понял, это действительно опасно.

— Деньги, рыжье из ушей, все сюда, — повторил мужик.

Наконец Сян произнесла:

— У меня нет наличности.

Мужичок не убирая обреза от моей груди, вынул из кармана куртки телефон с включенным экраном и протянул Сян.

— Давай детка, бери свой телефон и отсканируй баркод на экране.

Сян помолчав, вынула свой телефон и, шагнув из-за коляски к мужику, протянула к нему руку с телефоном.

Неужели сдалась? Неужели она так просто решила расстаться с последними крохами?

Но нет, я ошибся. Внезапно она дернула меня с коляской на себя. На короткий миг я увидел загоревшиеся огнём обрезы обоих стволов двустволки.

А затем сдвоенный выстрел бахнул мне прямо в лицо.

Глава 5. Не задался вечерок, не задался...

Лицо обдало горячим воздухом. Я секунду видел висящий в воздухе сдвоенный шар из медленно вращающихся свинцовых дробин и обрезков гвоздей, сразу остановившийся в голубом сиянии. Всё это металлическое крошево вылетело из стволов, прежде чем с частым стуком осыпаться на пол.

У мужика на лице было просто непередаваемое возмущение, когда я пнул его обеими ногами в грудь.

Обрез, подпрыгнув на полу, улетел в угол. А мужик влетел спиной в стойку и поднял белое облако муки.

А потом над белым облаком поднялось могучее тело бабули Хо. В крепкой руке она держала огромную чёрную сковородку диаметром, наверное, метр. И пробила мужика сверху по башке.

Прямо в темечко. С тягучим ярким звоном.

Прибила как комара.

Сян выключила свой телефон, сунула его в карман куртки и произнесла:

— А вот это всё уже начинает меня доставать...

* * *

— Это вот что сейчас было? — спросил я у Сян, пока пока мы наблюдали, как бабуля Хо приматывает к стулу оглушенного мужика серебристой пленкой для выпечки.

— Это была сковородка, — меланхолично отозвалась Сян. — Чугунная.

— Да нет, я про выстрел! Это что было с дробью? Что случилось?

— А-а, — протянула Сян. — Да, ты же не в курсе. Ну, по умному это называется инерционной вязкостью. Чем выше плотность ци, тем быстрее она останавливает разгон предмета выше определенного порога скорости.

— Не понял, — отозвался я после секундного озадаченного молчания.

— Хорошо... Сколько ты видел сегодня двигателей внутреннего сгорания? — спросила Сян.

— Я видел автомобиль на стоянке в госпитале. Лимузин.

— Это был электромобиль. На батареях. С особым движком, делают в Гуанчжоу по штучному заказу. В Эпицентре двигатели внутреннего сгорания просто глохнут. Пули останавливаются в воздухе, иногда даже из ствола не вылетают. Арбалетные стрелы и дротики — тоже. Я слышала про умника, решившего освоить броски камнями прилагая к ним усилие ци, но тоже не прокатило. Но это его не остановило, всё экспериментирует... А этот деятель, — Сян кивнула на скрученного мужика, — тоже, видать, умник из таких. Хотя, если бы он пальнул тебе дробью в упор, сломанные ребра бы у тебя точно были.

Я какое-то время переваривал эти новости.

— Но... А как? Хм... А если... Блин. А как же движение электронов?

Сян пожала плечами:

— У меня нет ответов. Разные разделы физики взаимодействуют с ци по-разному. Электричество работает. Там кто-то утверждает, что в районе Основного Потока изменилась скорость света и направление гравитации, но я не ручаюсь, что это точно.

— Вот блин...Так что это получается, тут не действует огнестрел?

— То-то все удивились! Особенно полиция. Неудивительно, что у нас тут прав тот, у кого кулак крепче, а не тот у кого пуля быстрее.

Вот теперь я осознал, то, что видел уже некоторое время. Здесь нет огнестрела и массовых армий. Здесь снова, как встарь, рулят рукопашный бой и, очевидно, длинный холодняк. Личное мастерство и способность манипулировать ци.

Это же теперь какой-то гребаный гонконгский боевик. Кантонская опера. С вьетнамским ловушками. И я в самом эпицентре событий! Охренеть!

Сян с сочувствием похлопала меня по плечу:

— Понимаю, это как-то многовато для первого дня.

— Ну, собственно, да, — признался я.

Это она еще не знает, что я умер шесть лет назад. Дважды.

Но денек и впрямь нелегко складывается. Госпиталь, Лангхо, этот безумный бомж.

В этот момент я понял, что меня еще беспокоило. Мужик, оглушенный до беспамятства бабулей Хо и истекающий в данный момент кровью из носа, вовсе не был бомжем. Я видел рубчатые подошвы его с виду потертых ботинок, совершенно новые ботинки. И шнурки на ботинках абсолютно целые. Чистые. А еще я вспомнил, как видел буквально у своего лица его палец на спусковом крючке обреза. Рука грязная, а ноготь указательного пальца совершенно чистый. С маникюром, я бы сказал. С полировочкой.

— Сян, — произнес я оглядываясь. — А где телефон этого чудака?

Телефон нашелся под столом, за которым мы ели. Упругий противоударный корпус с титановыми вставками. И кнопка биометрического допуска под сенсорным экраном. Интересненнько. Шесть лет назад такие модели ещё только-только появлялись на рынке. Экий высокотехнологичный бомж нам попался.

— Приложи его палец к кнопке, — попросил я Сян.

Ладони мужика торчали за пределами обездвижившей его пленки и Сян справилась без труда. Я перелистнул засветившийся экран и понял, что мужичок-то нам попался оч-чень нехороший. Даже хуже, чем гипотетический бомж-грабитель с огнестрелом.

Потыкавшись по ярлычкам, с третьего раза я обнаружил, что у него установлена прога для триангуляции чужих телефонов. И что она в данный момент активно моргала, указывая наше местоположение на карте города.

— Сян, — позвал я. — Посмотри.

Сян посмотрела. И тут же выдернула из кармана куртки свой телефон, выключила его, сняла заднюю крышку и вытащила батарею. Метка на телефоне бомжа немедленно погасла. «Контакт потерян», всплыло предупреждение на экране.

— Вот зараза, — злобно прошептала Сян. — Уважаемая бабуля Хо! А вы запечь этого типа в печке целиком случайно не собираетесь?

Бабуля Хо смущенно хмыкнула:

— Ну, скажешь тоже. Я чего ж, людоедка, что ли? Охрану с рынка я уже вызвала, ребятки. Обещали скоро быть!

— Жаль-жаль, — пробормотала Сян. — Хороший же был план. Уважаемая бабуля Хо, а вы не будете против, если мы у вас прикупим каких-то сладостей с собой чека на три, скажем, за беспокойство, и пойдем себе своей дорогой?

— Деточка, да разве же я не понимаю, дело молодое, ступайте себе. Бабуля сама тут разберется.

Расплатившись и попрощавшись, мы быстро выскочили на улицу, В смысле Сян выкатила меня на коляске в слабо освещенную факелом Основного Пути улицу и... И...

В общем день, да и вечер сегодня однозначно не задались.

Из темноты нам на встречу тихо шурша широченными шинами совершенно бесшумно (электродвигатель же, как я теперь понимал!) выкатил синий длинный, жуткий лимузин Циановых братков.

Восемь дверей лимузина синхронно распахнулись и восемь здоровенных мужиков выбрались из темного салона на свет факела.

— Ну чо, — мрачно ухмыльнулся Лангхо с роскошно подбитым глазом, в рваном синем пиджаке на голое тело. — Не набегались еще?

Зараза. Вечерок точно не задался.

***