Андрей Сизов – Некто в красном фраке (страница 37)

– Рада была с Вами сегодня провести время. – радостно произнесла Вирджиния, стоя у крыльца своего дома, когда прощалась с Джеком.

– Я тоже. – сухо ответил Джек и, развернувшись, направился по небольшому склону к припаркованной у тротуара машине.

– Джек! – окликнула она его.

– Что ещё, Джина? – открывая дверь машины, спросил он.

– Может, желаете зайти в дом? – спросила Вирджиния.

– Конечно, благодарю… но не могу, к сожалению. Может, в другой раз. – заверил её Джек и затем сел за руль. Через несколько мгновений он умчал на своём ревущем на всех парах додже.

У Вирджинии остались лишь приятные впечатления после общения с ним. Судя по всему, Джек оказался одним из немногих достойных мужчин, которые попадались ей на пути в этом городе. Единственным, похоже, его существенным недостатком было экстравагантное и эксцентричное поведение, которое, однозначно, далеко не всем могло прийтись по душе. Но это, на её взгляд, не было чем-то из ряда вон выходящим. Так что, она была не прочь пригласить его к себе.

9

На часах была почти что половина четвёртого, когда доктор Кейн, одетый в чистый белый халат, сидел за столом в своём рабочем кабинете и скрупулёзно записывал поставленный диагноз Лоре Смит, пока та сидела на кушетке с чудовищно подавленным выражением лица и иногда поглядывала в окно, рассматривая через его решётку вид на Спрингс-стрит, усыпанную множественными зелёными и цветущими аллеями.

В большой тетради доктора с листами американского формата A4 в начале страницы было записано следующее: «Обострение хронической язвенной болезни желудка на фоне общего стресса. 27 августа 1986 года. Окончательный диагноз доктора Дональда Кейна». Далее были расписаны его врачебные рекомендации по лечению – а точнее купированию – усиленных симптомов хронической язвы. Помимо них была и профилактическая рекомендация по поддержанию психоэмоционального состояния пациентки. У Лоры Смит на фоне информации о случившемся осквернении могилы её прадеда и последовавшего за ним стрессового состояния обострилось течение язвы, которая увеличилась и стала серьёзнее её беспокоить. Доктор прописал ей прогулки на свежем воздухе, приём тёплых ванн, практики аутотренинга и бодрящей гимнастики объёмом три раза в день в течение двух недель. Вдобавок, на отдельном небольшом листке бумаги был выписан аптечный рецепт.

Сейчас доктор Кейн добавил к некоторым из наименований дополнительные комментарии, уточняющие дозированность приёма лекарственных препаратов.

– Что ж, миссис Смит. – откинувшись на спинку кресла, по-деловому произнёс доктор. – Я написал для Вас рецепт, который Вы предоставите аптекарю, когда будете закупать лекарства. В основном они имеют обволакивающие свойства, которые должны существенно облегчить Вам жизнь, а также и прочие компоненты, способствующие купированию язвы. Она не должна будет разрастаться после курса приёма данных лекарств. Также не забывайте соблюдать строгую диету. Не ешьте ничего солёного, ничего острого, ничего жареного и жирного, при этом и с сахаром будьте осторожны. – он поднялся с кресла и принялся отрывать лист бумаги из своей тетради.

– Поняла Вас, доктор… Когда мне приходить к Вам в следующий раз?

– Думаю, спешить нам некуда. – умиротворённо проговорил доктор, складывая два листа бумаги с рецептом и рекомендациями в медицинскую карту пациентки. – Вот как закончится ваш лечебный двухнедельный курс, сразу же приходите… Это будет 10 сентября, среда. До этого времени с чистой совестью можете не посещать меня. Конечно же, в том случае, если не будет никакого ухудшения.

– А если станет хуже? – несколько недоверчиво спросила Лора, поднявшись со скрипящей кушетки.

– Тогда и придёте ко мне. Можете без записи, если уж совсем Вам будет плохо. В чём очень сомневаюсь… У Вас есть все шансы быстро выздороветь. Главное – не унывать! – смеясь подбодрил её доктор Кейн. – Верно говорю?

– Да, Вы правы.

– Возьмите вашу карту. – любезно протянул он ей её медицинский документ, а затем проводил до дверей. – Желаю Вам скорейшего выздоровления.

– Спасибо большое, доктор! До свидания!

– Да, до встречи. – уже более сдержанно ответил он.

Доктор Кейн начал уже было закрывать дверь, как внезапно к нему на всех парах подбежала администратор Луиза Прескотт (по совместительству жена пекаря Эрла Прескотта). Он заметил, что она пребывала в слегка заведённом состоянии и, очевидно, нервничала, и потому поспешил выяснить, что произошло.

– В чём дело, Луиза? С кем-то из пациентов случилось что-то?

– Не совсем, мистер Кейн. В больничную палату на третьем этаже только что привезли Нэнси Коллинз! Она полностью находится в отключке. Её состояние крайне тяжёлое, есть подозрение на кому. Мистер Дейринг и мистер Хаббард, к сожалению, до сих пор заняты пациентами, они не могут подойти к ней в палату. Вся надежда только на Вас!

Доктор Кейн напряжённо слушал её, нахмурив брови до предела. Он старался ничего не упустить. Ему были важны все детали. Некоторое время он промолчал, а затем, будто осмыслив всё, задал наводящий вопрос.

– Так, а что с ней произошло? – заинтересовался он, уперев руки в бока.

– Я думала, что это ваша прерогатива ставить диагнозы. Или я что-то перепутала? – саркастично заметила Луиза.

– Ну… что стало причиной её комы?

– Её муж говорит, что неизвестно. Если Вы слышали, то вчера вечером она пропала в лесу, её там искали почти всю ночь и утром, в результате она была найдена без сознания. Это всё, что известно!

– Нет, ничего об этом не слышал, к сожалению. Это действительно серьёзно… – очень вдумчиво произнёс доктор, почёсывая небольшую полуседую щетину на подбородке. Он продолжал стоять как вкопанный, о чём-то думая.

– Ну Вы подойдёте туда или как?

– Конечно-конечно. Уже иду. – уверенно ответил он, выйдя из замешательства, и закрыл за собой дверь, после запер её на ключ и в быстром темпе поднялся на третий этаж.

Он настолько уже был натренирован, что без малейшей одышки пробежал два этажа наверх за двадцать секунд. Ого, похоже, у меня сегодня рекорд, невольно подумал он, взглянув мимолётом на стрелку часов, пока шёл к нужному кабинету, к которому его вела Луиза. При том, что ему уже было шестьдесят, это было действительно очень неплохим достижением. Надо отметить, что он был крепким и спортивным человеком, ведущим правильный образ жизни. Потому и выглядел лет на десять моложе.

– Сюда! – она махнула рукой на кабинет под номером тридцать пять и отворила дверь.

– Благодарю, Луиза! – сказал он и прошёл внутрь, а после услышал за собой стук хлопнувшейся двери.

В следующее мгновение доктор перевёл взгляд на лежащую без сознания Нэнси Коллинз и сидящего рядом с ней мужа… на котором совершенно не было лица, что в общем было очень нетипично для сурового и стойкого характера Джерри Коллинза, закалённого службой в армии и боями во Вьетнаме. Это здорово удивило доктора Кейна и в то же время обескуражило. Если уж сам Джерри был ошарашен происходившим, то это было очень тревожным звоночком. Дело действительно было дрянным и отвратительным, если говорить об этом без лукавства.

Нэнси выглядела ещё хуже. Жутко побледневшее лицо, неестественно выпирающие скулы на фоне осунувшегося и исхудалого лица и мешки под глазами говорили о чудовищном состоянии её организма, помимо уже упомянутого глубокого обморока, от которого она до сих пор не оправилась, продолжая оставаться полностью без сознания.

Святой боже, подумал в мыслях доктор, подходя ближе к больничной койке и всё больше обращая внимание на омертвевший вид миссис Коллинз. Да, именно омертвевший. Потому что как это ещё можно было назвать, Дональд Кейн просто не представлял. Её скелетообразные руки выглядят… кошмарно.

– Господи, доктор, сделайте что-нибудь! – умоляющим голосом обратился к нему Джерри, вставая с табурета. – Я так не могу! Она, мне кажется, умирает!

– Успокойтесь, пожалуйста, мистер Коллинз. – попытался его привести в чувство доктор.

– Успокоиться?! – воскликнул на нервах Джерри, желая, видимо, уже наброситься с кулаками. – Это Вы мне предлагаете успокоиться? Да что Вы вообще понимаете! Оказались бы Вы в моей ситуации…

– Послушайте, Вы хотите, чтобы я разобрался? Или чтобы я ушёл отсюда, оставив вашу жену на произвол судьбы? – в ответ наехал на него доктор, уже стараясь его не успокоить, а усмирить, пока тот не натворил каких дел в порыве ярости и отчаяния. – Выбор за Вами!

– Ладно, я постараюсь держать себя в руках. – вынужденно пошёл на попятную Джерри, признавая таким образом, что надо действовать, а не препираться до бесконечности.

– Вот другое дело! – сдержанно похвалил его за сговорчивость доктор.

Он встал у изголовья кровати и, нацепив очки, принялся внимательно осматривать миссис Коллинз. А после стал проверять зрачки, поднимая поочерёдно веки. С той целью, чтобы определить, как они реагируют на свет. Ему было важно понять, каков уровень срабатывания безусловных рефлексов. Затем для этого же он достал медицинский молоток и филигранно постучал ей по коленям, накрытым лёгким одеялом. Рефлексы оказались очень и очень слабо выраженными, если не сказать про их полное отсутствие.

– Зачем Вы это всё проделываете? – изумился Джерри.

– Я проверяю, насколько сильно она реагирует на внешние раздражители… Вынужден с сожалением констатировать, что её состояние близко к коме.