Андрей Сизов – Грандиозная история. Полное издание (страница 34)

– Мы должны знать наверняка, выронили нож случайно, или же его кто-то применил.

Ветрова осенила мысль, что у него есть свидетель, который может дать показания против Смотрителя:

– А вы спросите у Калугина. Он вам подтвердит, что Смотритель пытался применить нож против меня.

– Это правда? – обратился Дон к Калугину, стоявшему у входа в гостиную.

– Да, пожалуй. Я чётко видел, как Каменский выбил нож из рук Смотрителя. Сто процентов.

– Так… всё ясно теперь! – гневно произнёс Александр Иванович. – Значит, я буду рекомендовать Совету (состоял из Семьи, Вернера, Каца и самого Смотрителя) применить санкции против Денисенко. Всех призываю подняться наверх и продолжить праздновать, только прошу – развяжите Смотрителя и отправьте его домой. Я всё сказал!

2 мая 2025 года, 11:34. Штаб-квартира мафии на Загородном проспекте

В штаб приехал Ветров (хотя Александр Иванович его совсем не ждал у себя в кабинете и строил совершенно другие планы) и стремительно забежал на третий этаж по лестнице. Входя в коридор, он встретился лицом к лицу с Владиславом Букки. Тот выходил из кабинета Александра Ивановича, закрывая за собой дверь. Владислав держал в руках несколько банковских чеков на сумму три миллиона долларов. Увидев Ветрова, он немного удивился и решил у того поинтересоваться, зачем приехал:

– Степаныч, я смотрю, что ты чем-то озадачен и зачем-то прибыл сюда. Что тебя привело?

– Я всерьёз задумался над переходом к Андрею Ивановичу, вот и решил переговорить с шефом.

– Пожалуй, что вопрос достаточно чувствительный и требует какого-то решения… Сейчас я спрошу у Александра Ивановича, готов ли он принять тебя. – произнёс Владислав, хватаясь за ручку двери.

– Да, спроси у него, если можно. Это важно для меня.

Ничего не отвечая, Владислав удалился в кабинет и громко хлопнул дверью за собой. Ровно через минуту он вышел из комнаты. Владислав, подходя к Ветрову, сказал ему, что шеф его примет в ближайшие две-три минуты.

– Да, хорошо я могу подождать, я никуда не тороплюсь. – ответил Ветров.

Далее брат Александра Ивановича направился к лестнице и пошёл вниз по ней. Он отправился по поручению шефа в ближайшее отделение банка «Невский банк», который использовался кланом Букки при совершении основных транзакций. Кстати, надо сказать, что часть сотрудников банка лояльно относилась к мафии и даже имела дружественные связи непосредственно с самим Букки и его братьями. Благодаря этим связям операционисты переправляли средства, закрывая глаза на «сомнительные операции» и на то, что Букки и компания использовали при их совершении ложные паспортные данные. Более того, мафия могла переводить неограниченное количество средств в течение одного месяца.

В этот раз Владислав был отправлен в банк по поручению своего брата с целью передать подписанные чеки на имя Виктора Иззерсона, гражданина Великобритании. Иззерсон был исполнительным директором компании, которая занималась производством патронов к современным автоматам и винтовкам, а также созданием гранат и динамита. 29 апреля, за 3 дня до этого, Иззерсон и Букки встретились в Швейцарии, где они подписали контракт на поставку боеприпасов и гранат. Александр Иванович взял на себя обязательство оплатить услуги двумя траншами на три миллиона и полтора миллиона долларов, соответственно. А Виктор обязался совершить поставку товаров между двумя траншами в период со 2 мая по 2 июня.

Наконец, Александр Иванович открыл дверь и пригласил к себе в кабинет Ветрова, держа в руке дымящуюся сигару.

– Здравствуй, Серёга. Проходи, я уже освободился. – великодушно произнёс Букки, пребывая в хорошем настроении, что было неудивительно, ведь в тот день была аномально тёплая погода с температурой воздуха +27 градусов.

– Надеюсь, я не сильно побеспокоил? – спросил Ветров, заходя в кабинет.

– Да ерунда… Меня всегда что-то беспокоит, так что даже не бери в голову. Я к этому уже давно привык, ничего не поделать. – Букки закрыл дверь за Ветровым и отправился с ним к своему рабочему месту.

– Присаживайся. —сказал Букки, усаживаясь на своё кресло.

Ветров сел с другой стороны стола, облокотившись рукой, а Александр Иванович стряхнул пепел с сигары и положил её на край мраморной пепельницы, после чего откашлялся (всё-таки двадцать лет курения порой давали о себе знать, когда у Букки начинались страшные приступы кашля) и сказал:

– Влад мне сказал, что у тебя есть желание уйти из мафии. И я так понимаю, что это никак не связано с инцидентом в резиденции, верно?

– Нет, это не имеет отношения к моему уходу, хотя и повлияло на моё окончательное решение.

Ветров специально всё представил так, будто бы драка с Денисенко была той соломинкой, переломившей хребет верблюду. Сделал он это по рекомендации Калугина, приезжавшего к нему утром того же дня; чтобы Букки не заподозрил тлетворного влияния Калугина и Андрея Ивановича на принятие решения Ветровым об уходе из мафии. Грубо говоря, цель состояла в том, чтобы замылить глаза Александру Ивановичу.

– Ты имеешь в виду, что до того момента ты колебался и что инцидент наклонил чашу весов в пользу твоего решения.

– Я ровно это имею в виду. Я привык принимать взвешенные решения, так что ты прав, говоря, что это всё похоже на чашу весов.

Ветров старался говорить максимально убедительно и аргументированно. Он считал, что практически в совершенстве овладел мастерством ведения диалогов с людьми из криминального мира. И я полностью с ним согласен – его манера разговора позволяла идентифицировать криминалитету его как неотъемлемую часть себя, подполковника они воспринимали как своего человека.

У Ветрова на это ушло без малого три месяца и далось с некоторыми трудностями, что совсем было неудивительно, поскольку за сорок четыре года своей жизни Сергей Александрович никогда не готовился к тому, что когда-либо ему придётся стать своим среди бандитов, его понять можно.

– Хм. – задумался Букки, вновь закуривая сигару. – Я в принципе не возражаю против твоего ухода. Это же всё-таки твой выбор, а я ценю, когда люди делают самостоятельный и осознанный выбор… Но ты мне только скажи вот что: куда пойдёшь?

– В смысле, что я буду делать дальше?

– Да, мне бы хотелось это знать, просто чтобы потом у меня не было сомнений по поводу того, правильно ли я поступаю, отпуская тебя.

– Я прекрасно всё понимаю, поэтому отвечу. Я рассматриваю возможность работать на Андрея Ивановича.

– Что же, весьма неплохо, хорошее решение! Я был бы только за. Всё-таки я его знаю вот уже семь лет и должен сказать, что работать на него весьма престижно, тем более он хорошо относится к своим подчинённым и платит им много.

– Именно поэтому я решил перейти в его организацию. – сказал Ветров.

– В целом верное решение. Что ж, я одобряю твой переход к Андрею Ивановичу. Осталось лишь провести процедуру приостановки твоего членства в клане по правилам нашего Кодекса, вернее по его законам. – сказал Букки, доставая из ящика тумбы печатный вариант Кодекса в виде десяти скреплённых жёстким переплётом страниц. Затем он сдул с Кодекса небольшой слой пыли и положил перед собой на стол.

– И сколько это обычно занимает времени? – поинтересовался Сергей Александрович.

– Ну, от трёх недель до полутора месяцев где-то. Например, когда я исключал Барецкого, это заняло двадцать три дня. Дольше всего пришлось возиться с Богданом Истровичем, если помнишь такого (он у меня проработал почти год с декабря 2023-его по сентябрь 2024-ого года), тогда понадобилось пятьдесят дней.

– А в моём случае сколько?

– Ну, думаю, ещё месяцок повозимся. Я сейчас гляну, какие для тебя предусмотрены критерии. – листая Кодекс сказал вдумчиво Александр Иванович. – Кажется, об этом написано в восьмом законе… Так, нашёл. В общем, сказано, что на третий день после твоего прошения о выходе из мафии я должен передать твою просьбу на рассмотрение Совета, который в течение двадцати-тридцати дней должен принять резолюцию о согласии или несогласии с твоим решением. Дальше пройдёт несколько недель, после чего резолюция вступит в силу.

– Ясно. Но ничего, я подожду, мне торопиться некуда.

– Да, тем более ты ещё нам пригодишься при разгроме зеленогорцев на северном побережье. Я, кстати, планирую созвать всех завтра, чтобы в ночь с 3 на 4 мая разбить их позиции в Репино и Комарово.

– Ночью?

– Да, мне такой вариант действий предложил Морозов. Мы нахрапом разобьём их. Больше подробностей рассказать не могу, всё сообщу завтра. Могу только тебе проспойлерить, что это всё будет в восемь часов вечера. Так что, приходи, будет весьма интересно.

Через некоторое время Ветров вышел из его кабинета и сразу же заметил в конце коридора зловещее лицо Смотрителя, который за ним пристально наблюдал. Когда обескураженный Ветров попытался пройти на лестницу, чтобы избежать контакта со своим врагом, то не тут-то было. Денисенко немедленно перегородил Ветрову выход на лестницу, встав в дверях.

– Тебе чего нужно, придурок? – обратился к нему Сергей Александрович.

– Мне нужна твоя жизнь. В ближайшее время тебе будет невыносимо плохо, я гарантирую.

– Дай пройти! – громко произнёс Ветров, сильно оттолкнув Смотрителя в сторону.

– Я тебя предупредил, гнида! – крикнул Смотритель вслед спускающемуся по лестнице Ветрову.