Андрей Сизов – Грандиозная история. Часть вторая (страница 24)

– Ладно, Вы меня убедили. Но имейте ввиду, что при чрезвычайном положении вся ответственность будет лежать на Вас и вашей команде в случае какого-то серьёзного провала. Вот в таком случае до выборов Вы не дотянете и будете сняты со своей должности досрочно. Если после отставки всё равно попытаетесь вести предвыборную кампанию, то мы будем вставлять Вам палки в колёса. Надеюсь, Вы согласны на такие условия?

– Я в курсе этих ваших мер. Я отдаю отчёт себе в этом, можете даже не сомневаться.

– Вот и отлично. До свидания, Роман Александрович! Держите нас в курсе событий.

– До скорой встречи, Фёдор Васильевич.

Губернатор Мицкевич отключил видеоконференцию на своём компьютере. Он ушёл в тот кабинет, где у него и проходило совещание, и сообщил своим подчинённым, что он не может сейчас участвовать в собрании, поскольку он должен будет связаться с председателем главного управления МВД Михаилом Лесковцом, ведь нельзя было откладывать это дело на потом. Сотрудники мэрии с пониманием отнеслись к тому, что губернатор будет отсутствовать какое-то время. Мицкевич поблагодарил сотрудников за понимание и отправился обратно в свой кабинет. Он, только войдя в свой офис, немедленно подошёл к компьютеру и включил его.

Роман Александрович по видеоконференции связался с генералом Лесковцом, который значился у него в «экстренных контактах», в первой десятке списка. Михаил Евгеньевич, который к тому моменту уже вовсю спал, вскочил с постели, только услышав исходящий из компьютера сигнал. Он на автоматизме, ничего не соображая, встал, одел халат и подбежал к своему рабочему столу. Усевшись в кресло, генерал включил компьютер и ответил на видеозвонок через некоторое время.

– Здравствуйте, Михаил Евгеньевич! Я Вас не разбудил случаем? – проницательно спросил губернатор.

– Приветствую Вас, Роман Александрович! Честно говоря, да, я спал. Но раз Вы позвонили, значит, что-то случилось. А если случилось, то, значит, нужна моя помощь. Слушаю внимательно.

– Давайте ближе к делу тогда, Михаил Евгеньевич. В ближайшее время мною будет введён режим чрезвычайного положения.

– По какой причине? Что произошло? – подскочил генерал на кресле, попутно пытаясь протереть ладонью свои заспанные глаза.

– Дело в том, что сегодня ночью две городские банды устроили между собой разборки в центральной части города, порушив инфраструктуру, с применением особо опасного огнестрельного оружия, что могло повлечь за собой смерть многих наших горожан. Я прошу Вас, как ответственного за МВД человека, отдать приказ привести в полную боевую готовность в ближайшее время наши элитные отряды специального назначения под названием «Аврора-7» для последующего ареста вооружённых бандитов.

– Так кого арестовывать? У нас сейчас этих банд превеликое множество. Кто из них совершил это?

– Какая именно банда учинила перестрелку, я абсолютно без понятия. Мне известно лишь то, что всё произошло на Загородном проспекте. Поэтому параллельно с повышением боевой готовности у элитного подразделения спецназа прошу Вас выяснить все подробности ночного происшествия, кто, зачем и почему.

– К какому сроку я должен Вам доложить о результатах проверки?

– Я даю трое суток, до тридцатого числа. Выполняйте.

Генерал Лесковец отключил видеосвязь и, приходя в себя после сна, судорожно стал вспоминать, какая конкретно банда могла стрелять в районе Загородного проспекта. Но ничего ему на ум не приходило. Он только осторожно предположил, что в этом замешан его друг Андрей Иванович. В итоге у него появилась здравая мысль позвонить Шляпнику и выяснить у него, не он ли приложил усилия для наведения шороха. Лесковец хотел это сделать прямо сейчас, но, поразмыслив, решил всё же дождаться утра и уже тогда побеспокоить Андрея Ивановича. Да и генерала клонило обратно в сон, поэтому он рассудил, что нужно как следует выспаться, а уж потом делать всё остальное. Он легко поддался на уловку своего организма, а потому дошёл до кровати и лёг в неё, укрывшись одеялом, затем продолжил спать.

III

Примерно в десять часов утра Михаил Евгеньевич, уже находясь в своём рабочем кабинете в главном управлении МВД, позвонил Андрею Ивановичу. Тот долгое время не брал телефон, и генерал уже думал о том, чтобы перезвонить позже. Но в последний момент Андрей Иванович всё же взял трубку и сказал:

– Алло! Кто это? – не смог распознать Шляпник номер генерала, поскольку тот звонил с другого телефона на всякий случай.

– Доброе утро, Андрей Иванович! Это Лесковец.

– А, Михаил Евгеньевич, это ты… Почему-то у меня твой номер не отобразился корректно. Ты по какому поводу звонишь-то? – изумился Шляпник звонку, которого он точно не ждал в это время.

– Ты уж извини. Но мне приходится звонить с другого номера, а то вдруг нас подслушают…

– Да, пожалуй, ты прав. Лучше подстраховаться.

– Со мной недавно связался губернатор Мицкевич. Так вот он просит меня разобраться в той перестрелке, что случилась сегодня ночью. Это, случайно, не твоих рук дело?

– Ну моих… Неужто ты будешь меня арестовывать? – рассмеялся Андрей Иванович, понимая, что генерал вряд ли его арестует. Даже если допустить такой расклад, то компромат на генерала вскроется достаточно быстро, и тому тоже придётся присесть.

– Нет, ну ты что. Я ж понимаю, что этого не следует делать.

– Так для чего ты тогда спрашиваешь, если ты знаешь, что этого не следует делать? – с неким подозрением спросил у него Шляпник, пытаясь понять, в чём здесь подвох. – Я не понимаю тебя.

– Просто я должен знать, как мне действовать, если к этому приложил руку ты… С кем ты там разбирался-то хоть?

– Ну, вообще-то, с мафией.

– Это с той самой, что недавно ещё возглавлял Букки?

– Верно. Мне, кстати, вот интересно, а что собирается предпринять мэрия-то? Что они могут сделать, я не понимаю. По-моему, ничего.

– Я поэтому-то и звоню, что дело очень срочное и важное. Губернатор сказал, что будет введено чрезвычайное положение и что мне, как главе регионального МВД, он поручил привести спецназ в боевую готовность. А ты ведь знаешь, что это означает. Ну ты понял, к чему я клоню.

– Да, пожалуй, это очень серьёзный вопрос… – достаточно быстро сообразил Андрей Иванович, о чём ему сказал генерал Лесковец. – То есть он хочет посадить тех, кто учинил эту перестрелку, верно?

– Абсолютно, абсолютно верно ты говоришь. Именно это и предполагается.

– Хм, так ведь ты можешь сказать своему начальнику, что это дело рук мафии. – находчиво произнёс Андрей Иванович, рассудив, что он нашёл способ, как быстро, а главное, без каких-либо затрат, избавиться от основного соперника в лице мафии. – Пускай их спецназовцы арестовывают. Я бы посмотрел на это шоу.

– Хм, весьма здравая мысль. Знаешь, а я так и сделаю, пожалуй. Только мне надо как-то убедительно состряпать доказательство того, что именно мафиози между собой устроили эту перестрелку.

– Вот видишь, как у нас с тобой на двоих голова работает. – посмеялся от души Андрей Иванович. – Я думаю, ты спокойно придумаешь какие-нибудь факты. Ты ж изобретательный мужик-то.

– Ох, я надеюсь, что у меня получится это сделать. А иначе нас точно с тобой двоих посадят, несмотря на нашу находчивость.

– Так когда будет штурм, говоришь? – куражась и предвкушая свою победу, весело произнёс Андрей Иванович.

– Где-то тридцатого числа, ориентировочно.

– Замечательно. Будем ждать.

Вскоре после разговора генерала Лесковца с Андреем Ивановичем последний вызвал к себе в кабинет Мясника, Калугина и Ветрова, чтобы продолжить обсуждение полностью провалившегося штурма, при котором банда понесла колоссальные потери. Все трое как-то виновато прошли в кабинет, ожидая очень неприятного разговора, который был прерван в самом начале внезапным звонком от Михаила Евгеньевича. Шляпник, только узнав, что звонит генерал, немедленно попросил своих жестом руки уйти куда-нибудь в другое место. Андрей Иванович очень опасался, что кто-то опять из своих выдаст планы руководству мафии, потому что ему прекрасно было понятно, что кто-то сливает важную информацию Кацу. Он догадался, что у него завёлся «крот», которого было необходимо вычислить.

– Так вот, мы начали наше обсуждение с того, что каким-то образом мафия узнала о нашем замысле и предусмотрительно подготовилась к штурму, загородив наглухо проезд грузовиками и мощными укреплениями. Я не идиот, я понимаю, почему произошло всё именно так. Кто-то из наших, уж не знаю, кто конкретно, передаёт все важные сведения нашему сопернику. У нас, господа, завёлся крот! Мне уже передали, что водитель автобуса, который проезжал неподалёку в тот день, когда мы провели экстренное совещание по поводу мафии, сообщил нам, что кое-что слышал. Так вот, как он сам утверждает, он слышал, как зашедший в автобус пассажир по телефону передал кому-то, видимо, Кацу, что я готовлю «атаку на штаб мафии». И этот пассажир настаивал во время телефонного разговора на серьёзности моих намерений.

– Он видел его в лицо? – спросил немедленно Мясник, сгорая от чрезмерного любопытства.

– Да в том-то и дело, что не видел. Он лишь слышал его голос. Но, к счастью, шофёр голос этот запомнил очень хорошо, и он готов опознать его.

Сергей Александрович несколько напрягся, когда понял, что услышавший его водитель сможет распознать его голос и указать на него. Если бы это произошло, то операции по внедрению, которая до сих пор проходила весьма успешно, пришёл бы конец, как, впрочем, и самому подполковнику. Ведь в таком случае Андрей Иванович без колебаний отдаст приказ убить его прямо на месте. Чтобы скрыть своё напряжение, Ветров спрятал руки за спиной, поскольку они у него непроизвольно сжались.