Андрей Сиротенко – Куб (страница 11)

– А нам и не нужен доктор Фостер, мы бы хотели поговорить с вами.

Я включил самую мягкую интонацию, какую только мог. Голос должен был течь, как мед, и казаться максимально учтивым и заискивающим. Однако девушка даже не подняла голову, сосредоточенная на просматриваемых документах.

– Мисс Сондер, – позвал я ее. – Мисс Сондер!

– Джентльмены, – она выделила это слово, наполняя его неприязнью. – У меня слишком много работы. Доктор Фостер в отпуске, моя напарница заболела, я кручусь как белка в колесе. Я не знаю, что вы хотите, но точно не смогу…

– Мы можем сделать по-другому. Вызвать вас в участок, и тогда допрос будет проходить в совершенно ином формате.

Я сдался, выходя из роли доброго полицейского, и поймал кривую ухмылку Матиаса. Напарник явно рассчитывал, что я продержусь дольше, но кислая мина на лице девушки и нежелание идти на контакт сделали свое дело. Только после моих слов она отложила в сторону документы и подняла голову.

– Как бы вы охарактеризовали доктора Фостера?

– Прекрасный специалист, вежливый начальник, – каждое слово падало тяжелым камнем, спрашивая у меня, скоро ли мы с Матиасом уйдем.

– Какие конфликтные случаи были в вашем отделении за последнее время?

– Никаких.

– А как же Уэйн Бридж?

Девушка вздрогнула и посмотрела в дальний конец коридора, откуда пришла, словно бы ожидая помощи оттуда.

– Мистер Гастман открыл нам эту тайну. И теперь я хочу подтверждения от вас, – выбросил я еще один козырь на стол.

Мисс Сондер еще больше растерялась, когда услышала фамилию главного врача. Ее рука дернулась к телефонной трубке, но Матиас тут же отодвинул аппарат чуть в сторону, грозя указательным пальцем.

– Вам лучше все рассказать нам, как есть. Это поможет в расследовании гибели доктора Фостера.

Этот аргумент подействовал. Девушка побледнела и открыла рот, ошарашенная такой новостью.

– Итак, Уэйн Бридж. Что за конфликт с ним был?

– Он… Его… У нас тогда не было свободных мест в палатах, – начала сбивчивый рассказ девушка. – Вернее… э-э-э… Было одно, но его забронировали для… очень влиятельного человека. Однако Уэйн прознал про это.

Мисс Сондер снова посмотрела в дальний угол коридора и сделала голос чуть тише. Нам с Матиасом даже пришлось податься вперед, чтобы разбирать каждое слово в ее и без того не очень вразумительной речи.

– Уэйн жутко ругался. Обещал написать жалобы во все инстанции. Но что мы могли сделать? Мы попросили его подождать буквально пару часов, пока выпишется один из пациентов. Но Уэйн вел себя очень неадекватно. А потом доктору Фостеру позвонили… Я… Я не знаю кто, но после того звонка отношение к Уэйну поменялось. Мистер Фостер попросил нас вести себя повежливее и сам тоже расстилался перед ним.

Мисс Сондер дрожала, как осиновый лист. В руках она сжимала ручку практически с самого начала своего рассказа.

– С-скажите, это Бридж причастен к смерти доктора Фостера? Он мне сразу не понравился. Да еще тот подозрительный звонок, после которого все изменилось… – глаза девушки стали красными, она всхлипнула, вытирая рукой нос.

– Мы только пытаемся разобраться в этом.

Я накрыл своей ладонью руку девушки. Ее пальцы были не просто холодными, а ледяными.

– Продолжайте. Что еще было странного или примечательного в истории с мистером Бриджем?

– И после заселения в палату он продолжал предъявлять претензии. Хотя мы все чуть ли не на руках его носили. Даже главный врач несколько раз приходил к нему и беседовал, а потом назначал отдельное питание, – мисс Сондер задумалась. – А он словно хотел найти, к чему еще можно придраться. Кровать плохая, постельное белье грязное, доктор на него не так посмотрел. Уж-жасно противный человек.

Девушка убрала свою руку из-под моей ладони и опустилась на стул.

– Может быть, он говорил что-то про себя или про свою работу?

– Да что он мог рассказывать! – всплеснула руками мисс Сондер. – Да и с ним никто рядом не хотел находиться. Мы сторонились его, стараясь не попадаться на глаза. Вы можете спросить в приемной про него. Там скажут его домашний адрес.

– Да, мистер Гастман уже направил нас туда, – прервал я девушку. – Но все же потрудитесь вспомнить. Вдруг он говорил какие-то подробности своей личной жизни. Не просто же так он был таким недовольным.

– Просто так, сэр. Без причины, – мисс Сондер переложила несколько листков с одного места на другое и подвинула телефонный аппарат ближе к себе. – Хотя… Помнится, у него на прикроватной тумбочке стояло какое-то странное устройство. Шестеренки, которые постоянно крутились.

Мы с Матиасом переглянулись. Зацепка очень существенная.

– Мы не знали, что это такое. И спрашивать у него не хотели. А еще он устроил скандал, когда кто-то устройство передвинул в сторону. Хотя мы просто поставили на тумбочку тарелку с едой. Он психовал, как ненормальный!

Мисс Сондер с пренебрежением скривила лицо.

– Спасибо вам большое. Нам очень поможет эта информация, – поблагодарил я девушку.

– Вы же ведь накажете убийцу доктора Фостера? – с надеждой спросила мисс Сондер.

– Непременно, – заверил я ее. – Можете не сомневаться. Больше никто не пострадает. И вам ничто не угрожает.

Мисс Сондер нашла в себе силы улыбнуться. Мы же с Матиасом направились в приемную, которая располагалась на первом этаже около выхода из здания. Еще издалека нам приветливо замахала девушка в голубом халате у стойки ресепшена.

– Я вас уже давно жду, – дежурно улыбаясь, сказала она. – Мистер Гастман попросил предоставить все данные по Уэйну Бриджу. Я распечатала его историю болезни со всеми исследованиями, которые он у нас проходил. Лежал недолго, всего-то пару дней, но папка получилась увесистой.

Девушка старалась как можно быстрее выдать всю информацию, практически не делая пауз между предложениями. Я взял у нее папку с документами и хотел показать Матиасу, но у него пискнул телефон. Уотсон, забыв обо всем, отошел в сторону и углубился в чтение сообщения.

– Простите, не знаю вашего имени. Меня Ирма зовут.

– Алан Палмер, – коротко бросил я, наблюдая за Матиасом.

Уотсон, едва дочитав сообщение, сорвался с места и бросился к входной двери.

– Операция у Уэйна прошла успешно, анализы в норме были, – Ирма взяла из папки несколько листков и чуть ли не тыкнула меня носом в них. – Никаких осложнений. Все по плану и на высшем уровне. Доктор Фостер лично контролировал его лечение, поместив в отдельную палату.

Я слушал Ирму вполуха. В какой-то момент я и вовсе отдал ей папку и подошел к окну, наблюдая за напарником. Матиас, оглядываясь, замер около черного форда мондео. Дождался, пока мимо пройдет какой-то человек, после этого открыл водительскую дверь и что-то взял с сидения. Еще раз оглядевшись, он спрятал нечто похожее на конверт во внутренний карман пиджака. Закончив с этим, Матиас неторопливой походкой направился обратно к зданию клиники.

– Мистер Бридж пару раз приходил к нам на осмотр после операции, но и тогда у него не было никаких проблем. Всем занимался лично доктор Фостер, – тем временем продолжала Ирма.

– Дорогуша, – остановил я ее словесный поток. – А вы не знаете, чья это там машина стоит?

– Какая?

Я указал ей на черный форд мондео.

– Это рабочий автомобиль доктора Фостера. Он сейчас в отпуске, и оставил его под окнами клиники. Всегда так делает.

– Ах, доктора Фостера…

Я с удивлением присвистнул. Матиас вошел в здание, подошел к нам, взял папку из рук Ирмы и погрузился в чтение. Его нервозность пропала, он вел себя абсолютно спокойно. Я же наоборот, наверное, выглядел достаточно бледно. В моей голове роились самые разные мысли по поводу напарника. И в большинстве из них я думал про него только плохое, чуть ли не отождествляя с убийцей или его сообщником. Но задавать вопросы при Ирме я естественно не собирался.

– Алан, ты чего такой, точно мешком пришибленный? – Матиас весело ткнул в меня в бок. – Любезная, скажите, Уэйн – совсем отвратительный тип?

– Да нет… – растерялась девушка. – Очень милый человек.

– Так-так, место жительства – Грин-авеню тридцать четыре. В принципе, это все, что нам нужно. Спасибо!

– А как же его анализы и выписка из клиники? Мистер Гастман сказал…

– Далеко не убирайте эту папочку, может быть, мы еще вернемся. Пойдем, Алан. Прокатимся.

Взяв сигарету в зубы, Матиас вышел из клиники. На крыльце он закурил и несколько раз затянулся.

– Я сейчас позвоню в участок, попрошу нарыть про него информацию. Адрес у нас есть, проблем никаких не будет, – перешел на деловой тон Уотсон. – Грин-авеню отсюда недалеко.

Он спустился по ступенькам вниз и махнул мне, не понимая, почему я не иду.

– Матиас, ты должен мне кое-что объяснить, – потребовал я, подходя к напарнику.

Уотсон пожал плечами и пошел дальше. Остановился он только у моего доджа. Напарник еще раз затянулся и выпустил несколько колец дыма. Его улыбка больше походила на издевку. Злость клокотала в моей груди. И мне стоило больших усилий не дать вырваться этим эмоциям наружу и сохранить свой голос спокойным и даже прохладным.

– Зачем ты выходил на улицу?

– Так надо было, – смотря поверх меня, ответил Уотсон.

– Что за машина, к которой ты подходил?