Андрей Шопперт – Пятнадцать (страница 4)

Но это не значит, что не стоит попробовать. Может, и в этот раз Тамерлану не до Москвы будет. У него половина Мира захвачена и везде идут восстания. А ещё долгожданный поход в Индию.

Все эти размышления ничего не дают. Как будет, так и будет, а вот подготовиться к такому опасному путешествию на Русь стоит.

В первую очередь нужна кольчуга. И у него было несколько. Три были закопаны недалеко от таверны. Эти достались от разбойников из банды Федьки-Зверя. Далеко. Нужно было, если на них рассчитывать, то забирать в эту поездку за кладом, когда он Фроловичей повстречал. Но тогда он в путешествие (поход) на Москву не собирался, да и времени не было. И без того на десяток минут опоздал. Ещё несколько кольчуг парень прикопал у того места, где у костра он с немцами ратился. С собой не взял и без того телега была сокровищами и ранеными перегружена. Завернул в попону и прикопал под большой елью. Ну, до тех мест ещё дольше добираться, скорее всего, они там и сгниют под елью.

А вот одну он с собой привёз всё же из этого путешествия в Полоцк. Когда у Ветрино на них три немца выскочили неожиданно, то двое были без кольчуг, с них и брать-то было нечего толком. Голь перекатная. А вот один, которого он последним пристрелил, был в хорошей кольчуге. Даже не кольчуге, а бахтерце. На груди были стальные пластины горизонтально присобачены. И не простые, а ажнать золочёные. Надо понимать, вещь мусульманская из какого-нибудь крестового похода привезена. Убил папанька того рыцаря знатного и богатого арабского воина, да и передал сыну. Сам не мог немец, убитый им, больно молод для крестового похода.

Этот бахтерец Коська уже примерял. Был он ему в плечах великоват и длину бы желательно уменьшить, а то до самых колен кольчуга опускалась. Говорят, там, на юге, люди низкорослые. Обладатель кольчуги был ростом под метр восемьдесят, а то и больше.

Ну из большого сделать поменьше для кузнецов не проблема, наверное, решил Коська и пошёл прямо на следующий день к кузнецу Звану и его сыну Горыне. После изготовления теми турника Коська практически не встречался с кузнецом и теперь шёл к кузнице с сомнением небольшим, возьмутся ли за такую мелочь, как переделка кольчуги, известные мастера.

Мастера работали. Кузница она ведь кузница. То ли указ есть, то ли предки сами не дураки, то ли соседи скопом отвалтузили богатыря сыночка и его родителя за звон постоянный и пожароопасность перманентную, но кузница находилась на самой окраине посада у реки, дальше только… как это обозвать? В будущем нет проблем с водой и дровами, и бани строят рядом с домом. Сейчас не всё просто и с тем, и с другим, и бани строят на берегу реки. Стоят такие крохотульки домишки целой стеной метрах в десяти от берега. Наверное, чтобы весной не затапливало, когда река разольётся. Вот прямо рядом с эшелоном этих бань и стояла кузня. Из прорехи в крыше шёл чёрный дым и звон раздавался на добрую версту. Коломенскую? Интересно чем от других отличается[3].

Коська заглянул в распахнутые ворота кузни. И как там эти богатыри не задохнутся. Невидно ничего от дыма и пыли. Да ещё и темно, только горн, остывающий, ещё углями пытается пробить пыле-дымовую завесу.

– Готово! – рыкнули из местного филиала преисподней, и чуть не в это же мгновения два голых по пояс и прикрытых только фартуками кожаными мужика вывались из чада на улицу, – Хорошо!

Знамо хорошо, после такой душегубки. Тут снежинки редкие пролетают, холодно и сыро, а ещё пронизывающий до костей студёный ветер. Хорошо!

Глава 3

Событие седьмое

– Да ты подрос, Касьян!

Зван со всей своей недюжинной силой хлопнул Коську по плечу и по колено вогнал того в землю. Почти. Показалось. Но для Сеньки, например, Фроловича удар был бы чувствителен. Хана ключице. Захотелось вдарить в ответ и пробасить: «Да и ты поздоровел, Зван»! Но тут прилетело по второму плечу от Горыни. И Коська уже по пояс из земли торчал только, а из такого положения «вдарить» не получится.

– Занимаешься на турке своём? – после удара по плечу, саданул кулачищем парня в куриную грудку младший из богатырей.

– Турнике. А спорим, я на нём подъём переворотом пять раз сделаю, а ты не сможешь! – вдруг замечательная идея Коське в рыжую голову пришла. Хотелось вдарить в ответ в грудину богатыря, но чего тому его комариный укус. Тут надо технически.

– Чего это? Подъём с переворотом? Куда переворотом? – сделал стойку Горыня. Как так, этот шкет сделает, а он нет?! Да раньше куры пятухами станут, да скорее петух залает. Все!

– Турник нужен…

– Да вон дуб у воды растёт и ветка подходящая, – заинтересовался и Зван.

Коська на дуб глянул. Не, ветка была. Только она сантиметров двадцать в диаметре, не подойдёт для такого упражнения.

– Нужен именно турник. Тонкая железная палка. Иначе даже у меня не получится.

Конечно, Горыня в разы сильнее, но для этого упражнения сила не нужна почти, нужно умение. Понять нужно, как двигаться.

– Хм! На что спорим? – протянул сажистую лапищу Горыня.

– Вы мне кольчугу по размеру подгоните. Великовата. Не, не, я заплачу, только вы быстро сделаете и наплечники добавите… в стиль… м… ну, чтобы смотрелись похоже с пластинами на груди. Вот, – Касьян снял с плеча торбу, в которой вражескую кольчугу и принёс.

Зван запустил руку в суму, выудил оттуда бахтерец и раскинул руки, рассматривая.

– Ого! С Востока привезена. Знатная вещь. В крови? Зря не почистил. От крови ржаветь начнёт! – свел брови кузнец, увидев коричневые пятна на кольцах, – И дыра вот. От стрелы арбалетной.

– Да, только вернулись же. Когда было? – попытался отбиться Коська, но не получилось.

– Доспех такого отношения не терпит. Сразу надо почистить и маслицем смазать. Тем более, такой. Дорогая вещица. Может, хм, не дорос ты паря до него не размерами, а головой своей… до такой вещи баской?! – не раздвинул брови Зван.

– Нда. Учту. Так, что возьметесь? – решил не рассказывать Коська про последнюю неделю своей жизни. Нечего людей будоражить.

– Наплечники? С золочением? Нет, не сможем. Простые только. А ты сдюжишь столько железа на плечах носить? Плечики-то хилые?

– Тренируюсь. На турнике. Только чуть запас по ширине плеч оставьте, расту ведь, – предупредил Касьян мастера.

– А ежели ты проиграешь, то тогда чего? – отмахнулся от дела Горыня. Спор важней.

– М? А чего хочешь? – не придумал ничего интересного парень.

– М? А чего хочу? Такой вот зипун, как у тебя хочу.

– Кафтан? Ого! Да он… Ладно, бы… – А, правда, ладно. А чего, материал от балдахина над кроватью Скиргайло покойного князь Остей ему подарил. Это несколько флоринов. Да чего несколько – это десятка два флоринов, а то и три. Жалко, если проиграет, но легко пришло, легко уйдёт.

– Боягун?

– Не. Только тогда условие. Я делаю один раз. Потом ты пробуешь три раза по шестьдесят ударов сердца, а потом я делаю четыре оставшиеся.

Ничего особого тяжёлого в этот упражнении нет. Но нужно не силой работать, а координацией. Без тренировки обычный человек не сделает. А вот показывать в деталях Коська Горыне не планировал, сделает быстро один раз и пусть тот пробует, не поняв сразу, как там нужно двигаться. Просто же всё, поднял ноги и перевернулся.

– Договорились. Сейчас помоемся, перекусим и подойдём.

Зван кивнул, дескать, именно подойдём, а не подойдёт, хочу и я на сие представление взглянуть. За сына поболеть. Не родился ещё в Великом княжестве Литовском богатырь, что сможет его перебороть. Горыня он… Горыня.

Коська начал засовывать было бахтерец назад в суму, но Зван мотнул головой и забрал в свои огромные клешни десятикилограммовую кольчугу, даже не заметив веса.

– Надеюсь для дела тебе надобна, а не для баловства? – что-то вроде улыбки появилось на красном от жара лице, начало светлеть на холодном ветру, но капельки пота ещё бежали и пробивали дорожки в копоти. Пыхал ещё жаром кузнец.

– Князь Остей в Москву меня с собой берёт, – решил не таиться Коська.

– Ох, ты! В Москву? А шелом есть. Может тоже подогнать?

– Есть ерихонка, а разве можно такую штуку уменьшить? – про шлем Коська думал, но решил, что легче новый сделать, чем старый уменьшить.

– Люди делали. Людям и править. Неси… а нет. Вот сейчас к тебе придём, ты и приготовь. Там и мерку с тебя сниму.

Посмотреть на позорище[4] вышли все обитатели терема.

Четыре пацана, грозный немецкий вояка, монах (или не монах уже). Скрывается. По воскресеньям, правда, в мирской одёжке в церковь ходит. Раздобрел, но толстым не стал. И даже пытается с Отто и Коськой заниматься, усердия не хватает. Или мотивации.

Так вот, любой из присутствующих выход силой, подъём переворотом и даже соскок с турника проделает легко. Их Касьян научил, и теперь все эти упражнения, кроме банальных подтягиваний, входят в комплекс утренней и вечерней зарядки. Ясно, что прибывших только вчера Фроловичей это не касается. Ничего, и их научит… если успеет.

Кузнецы припозднились. Ну, это понятно. Пока домой пришли, пока от сажи и пота отмылись, да ещё в парадные одёжки нарядились. И живут в противоположных концах Посада. Хоть Менск и малый городок. Но малый – это по населению. А строятся люди с размахом, Посад вдоль реки километра на два растянулся. Если не больше. Опять же осень и темнеет рано. Так что, пришли Зван с Горыней уже в полной темноте, хоть время всего часов шесть. Коська уже ждать перестал. На дворе всё тот же холодный порывистый ветер. Ветер, который бросает в лицо редкие снежинки, больше по действию похожие на крупинки разбитого стекла.