Андрей Шопперт – Галопом по Европам (страница 2)
— На самом деле, — согласно кивнул и Мордвинов Николай Семёнович — бывший министр морских сил. Не меньше золота на груди и бриллиантов.
— Согласен с Гавриилом Романовичем, — бросил гирьку на весы и нынешний морской министр Павел Васильевич Чичагов. Ну, ещё бы, можно сказать, друзья с Витгенштейном.
Нда, а ведь в совете министров фракции образовались и теперь старики решили молодёжь утопить. Вовремя он горсть дрожжей в сортир этот бросил.
Теперь молчание было неправильным. Гробовым. Все молчали и на императора смотрели. Дуэли давно и не им запрещены. Правда, сильно не карают, но всё же.
— Ваше императорское величество, — это решил взять инициативу на себя Державин. — Как министр юстиции я считаю, что эту дуэль нужно разрешить.
— Быть по сему, — облегчённо выдавил Александр. Всё он теперь не причём. Нда, слабоват вседержитель. Нет стержня внутри.
— Граф? — Пётр Христианович шагнул к Воронцову.
— Вы подлец, сударь, и я вызываю вас на дуэль. — Эх, начал хорошо, но сфальцетил потом, не удержался министр.
— Хорошо. Раз вызывающая сторона — вы, то я выбираю сабли и дуэль до смерти. — Обрадовал Воронцова Брехт.
— Завтра по утру …
— На дворцовой площади. — Закончил за министра, стоящий рядом с Александром, Аракчеев.
Ух ты. Зрелище будет, весь двор выйдет смотреть, как генерал-лейтенант убивает министра.
— Ваше императорское величество, я не уверен, что это правильное решение, — подал голос Державин.
— Да, это уж слишком. Тут девочки, Николя, маман. Давайте всё же не будем превращать это в … — Александр пожевал губами, подбирая слова.
— У меня тут куплен Литовский замок. Там внутри есть специально оборудованная для занятий с холодным оружием площадка, — пришёл ему на помощь Пётр Христианович.
— Это гораздо лучше. Господа, завтра в восемь утра всем здесь присутствующим надлежит быть в Литовском замке.
Событие второе
Брехта Александр задержал, подошёл Константин и втроём с канцлером российских орденов князем Куракиным Александром Борисовичем они прошли на второй этаж Зимнего в кабинет Александра.
— Пётр Христианович, не томите, расскажите о битве при Леонкарани. Мне курьер от Цицианова писал, что огромное войско персидское вами разбито, — Александр своей детской улыбкой на кучерявой физиономии любого в ответ заставит улыбнуться.
Брехт для вида сконфузился, вроде как стыдно даже себя хвалить.
— Всё войско персидское на том берегу речки Ленкораньчай собралось. Речка мелкая, каменистая и холодная страшно. Больше всего запомнилось, когда переходили, как ноги свело, шага ступить не можешь, — Пётр Христианович отвлёкся от завтрашней дуэли, поначалу думал, что опять про англичан пытать будут, но, оказывается, войнушка интереснее императору. Рассказал про «ослиную» атаку. Про, то, как лезгины с казаками добивали бегущих персов. И чуть было про слонобои не проболтался. В последний момент Брехт одумался и заменил их в рассказе на простые крепостные ружья. Потом красочно живописал, как прочёсывали казаки побитый лагерь и стаскивали в одно место английских офицеров в красных мундирах.
— Так убит Сулейман-хан? — радостно воскликнул Константин, чуть не подпрыгивая при этом. Словно сам мчался в эту атаку, когда бегущего противника кавалерия причёсывала.
— Почти семнадцать тысяч убитых. Пленные их, как мне потом рассказали, три дня хоронили. Сам-то не видел, пришлось срочно к Решту выдвигаться. Много войск персы собрали, сразу с четырёх направлений напали. Прямо опасаться стал в какой-то момент, что не отобьёмся. Нас раз в пять меньше было. — Брехт протянул Александру холщовый мешок, ничего при этом не говоря. С собой всю эту трагикомедию дуэльную пришлось ему таскать, уж больно вещь там неординарная лежала, слугам подержать не отдашь. Не предсказуемы последствия. Заглянет ливрейный и хлопнется в обморок. Мешок или пакет точнее, нарочито из грубой ткани, почти мешковины Пётр Христианович велел сшить. На контрасте хотел чуть дивидендов получить.
— Что это? — Александр несмело руку протянул.
— Это надо увидеть. — Покачал головой князь Витгенштейн.
Корона Российской империи, она же Большая императорская корона, ну ту что «Неуловимые мстители» добывали целых две серии, и которую зачем-то хранили в Одессе по фильму, конечно, красивее. Так там целый Жереми Позье для Екатерины старался. Стоп. Надо перстенёк-то выкупить его работы заложенный в Москве у ювелира. Теперь те пятьсот рублей и не деньги вовсе.
— Ох, ты! — когда Александр вынул из мешка корону красную, чуть не присел Куракин.
— Это корона династии Каджар. — тоном экскурсовода пояснил Брехт, — Обратите внимание. Цилиндрический убор состоит из нескольких элементов. Первый — это нижний обруч, украшенный бриллиантами и рубинами. Центральная часть короны выложена жемчугом. Выше зубцы со шпинелями и изумрудами и верхние дуги, под которыми лежит бархатная красная внутренняя «шапка». Спереди на короне прикреплена съёмная брошь с большим изумрудом. Мне сказали, что на древних коронах персидских шахов был султан из перьев, здесь видимо пытались это изобразить, но вместо султана из перьев из броши выходит бриллиантовая имитация этих перьев.
Всю эту хрень специально ему «Мировая Женька» написала на бумажке, чтобы он выучить смог. Подарок и сам-то бесценный, но правильно преподнесённый ценнее вдвойне. Переводил на пафосно-литературный Карим-эфенди, его управляющий, он же и названия камней уточнил.
— Откуда это?! — потянул руки к короне Константин. А что, у Брехта в первый раз, когда это чудо увидел, тоже горло перехватило. Даже трудно представить, сколько бы она стоила в двадцать первом веке на аукционе «Сотбис» (англ. Sotheby's). Она даже весит прилично. Брехт в руках корону Российской империи не держал, но эта была тяжёлой, да она и больше раза в два Большой императорской, с султаном она где-то полметра высота, с такой «шапкой» на голове далеко не походишь.
— Досталась по случаю. У воришки одного изъял. Когда предыдущего шаха убили собственные телохранители, то один его союзничек решил, что ему нужней. Я подумал, что нужнее она вам, ваше императорское величество. В совсем крайнем случае можно ею и мир удачный с Ираном купить. Но в совсем крайнем. Такая красота должна храниться в России. В будущем показывать будут в музее.
— Где? — открыв рот, слушали его братики и канцлер.
— Музее. Это место такое, где все желающие могут редкости всякие лицезреть. После Французской революции якобинцы в 1793 году открыли Лувр для посещения публики. Он и стал первым большим публичным музеем.
— Ну, нет, пускать в Зимний бродить по нашему дому чернь всякую я не дам! — Константин, заржал, — Представляю, сидим, обедаем всем семейством, а тут толпа конюхов вламывается и начинает нам в тарелки заглядывать. И воняет от всех навозом. Нет, увольте Петер, не нужно нам таких прожектов. Вы лучше расскажите, что там напридумывали с присоединением Кавказа. Слухи-то разные ползут.
Глава 2
Событие третье
А бывают ли в Северной Столице хорошие летние дни? С заливающим всё солнцем, с чириканьем птиц, с ласковым, пахнущим травами ветерком, ну или даже морем пусть. Чтобы люди вышли на улицу, сидели на скамейках в скверах и парках и наслаждались летом. Бабушки чтобы у выхода из этого парка сидели на лавочке, вязали внукам на зиму носки и обсуждали, укоризненно покачивая головами, прошедших мимо пьяниньких выпускниц в коротких школьных платьях, настолько коротких, что … Бывают, наверное.
Но не сегодня. С утра моросил мелкий пакостный дождь и ветер ещё с залива. Как в такой день чахотку не заработать? Брехт, епанчу не захвативший, в шёлковой рубашке на голое тело и тонком летнем мундире сразу продрог. И не уйдёшь уже в казарму Литовского полка превращённую им наполовину в часовой завод, чтобы с кого из оставшихся после отправки егерей на Кавказ болезных или новичков снять накидку, прикрыться. Не уйдёшь, народ уже на небывалое зрелище собирался. Уже даже карета с монархами подкатила. Кто там внутри Пётр Христианович не видел, но кто-то из женщин точно есть кроме Константина и Александра, колокольчики смеха девичьего доносились. Неужели Катерину взяли, вот ведь чертёнок в юбке?
Если честно, то Брехт всё ещё поражался, как Александр на эту дуэль согласился. Долго вечером ворочался, соображая, что могло Государя на это действо сподвигнуть. Только одно на ум приходило. Это месть таким хитрым способом англичанам за убийство отца монарх устроил. Понятно, что Воронцов — это если можно так назвать — руководитель английской фракции при дворе. Один из самых рьяных англофилов страны. Дай ему волю и Россия полностью будет плясать под дудку английскую. Как и плясала в Реале. Или чего там у англичан — рожок какой-то. Гобой, кажется? Плясать под гобой? Вот и решил Александр, раз такой удачный случай подвернулся, устранить этого товарища. И не подкопаешься, сам на дуэль вызвал.
А сам Воронцов? Он-то чего так рьяно на князя Витгенштейна набросился. Не простой же генерал, коих несколько сотен в России, этот и сестру царя лечит, и Кавказ почти полностью присоединил к империи. Или именно из-за этого, мохают лимонники, что совсем близко к их Индии подобралась Россия. Опасаются и гадят по мелкому.