Андрей Шопперт – Барон фон дер Зайцев. Книга 3 (страница 6)
– Ик.
– Что ты сказал?
– Я, Ваше Высокопреосвященство, нарисовал для вас новую картину. Это Мадонна с младенцем Иисусом и библией в руке, – сделал попытку откупиться Иоганн, и понял, что только напрасно сжёг ценный ресурс. Где порсунка, пусть и красивая, и где сорок всадников. Несоизмеримые величины.
– Картину?! Очень хорошо! Давай её сюда. А я пока дам распоряжение отцу Бенедикту моему помощнику написать письмо для отряда фон Бока комтуру Мемеля Ульриху Ценгеру. Он возглавит нашу хоругвь. Вы там вольётесь в войско под командованием ливонского ландмаршала Бернхарда фон Хевельмана.
– Мы?
– Они. Сорок всадников под командованием юнкера фон Бока.
– Ваше Высокопреосвященство… – Иоганн задумался как правильно вопрос сформулировать, – Ваше Высокопреосвященство, а у кого сейчас можно узнать, как развивалась война Ордена с Польшей и Литвой. Там ведь тоже были сражения, не только к Риге войска повстанцев подходили?
Архиепископ не ответил, картину с синей Мадонной рассматривал. А ведь человек истинно в бога верит, решил Иоганн, вон как глаза заблестели у тёзки, и это не алчность в них блестит, это слезинки, радуется до слёз, что Мадонну с младенцем Христом узрел. Два монашка держали перед Его Высокопреосвященством картину, а Валленроде плакал и крестился. Так ещё сквозь слёзы и улыбка трогала кончики губ. Длилось это долго. Наконец, архиепископ оторвался от картины и махнул рукой, чтобы монахи отнесли её от трона.
– Великий дар тебе достался Иоганн. Тебе бы съездить в Геную или Венецию и поучиться в этих центрах культуры у настоящих мастеров. Что ты спросил, я прослушал? Разве можно говорить о проклятой войне смотря на это чудо?!!
– Ваше Высокопреосвященство, мне бы поговорить с человеком, что участвовал в этой войне до перемирия? – повторил вопрос парень.
– Зачем? – тёзка достал платок из рукава и промокнул глаза.
– У меня отец и двое братьев погибли недалеко от Мемеля, я бы не хотел, чтобы и сыновья тех воинов, что погибли с отцом, попали в такую же западню. Хочу понять, где и как сейчас стоят войска наши и польские с литовскими, где обосновались восставшие жмуды, чтобы спланировать маршрут движения отряда фон Бока.
Глава 4
Великий магистр фон Юнгинген, вычислив маршрут врага, первым прибыл к Грюнвальду с войсками и принял меры для укрепления позиции, вырыв и замаскировав «волчьи ямы» – ловушки, расставив пушки, арбалетчиков и лучников. Как ни плохо Иван Фёдорович Зайцев помнил прочитанное в школе, и потом как-то в интернете, про Грюнвальдскую битву, но вот это почему-то в памяти задержалось. А ещё, что эта самая артиллерия была не немецкой. Ну, не Орденской. Артиллерия была венгерской. И там было совсем не много людей и бомбард. Триста воинов? Нет не вспомнить, но не больше, бомбардиров венгерских, и что-то около двух десятков орудий самого разного калибра от маленьких совсем до пятипудовых. (по некоторым данным бомбард было всего – 16). Бомбарды при этом не сыграли никакой роли в этой битве, они успели выстрелить по одному разу, или по два, и тут начавшийся сильный дождь эту артиллерийскую подготовку прекратил.
К чему это? А к тому, что Иоганн решил отправить с фон Боком две свои деревянные пушки на тачанках. И нужно было пороха прикупить. В результате целого дня тотального обшаривания Риги и её окрестностей было приобретено за пятнадцать марок два пятидесятифунтовых бочонка пороха и в розницу, так сказать, ещё около десяти фунтов пороховой мякоти. Если переводить на нормальные меры, то получалось, что около сорока пяти килограмм удалось добыть. При условии, что из деревянных пушек больше четырёх выстрелов делать опасно, пороха с избытком должно хватить. НО!!! У них же есть пистоли и пищали. А вот с их учётом такое количество пороха избыточным уже не казалось.
– Может у венгров удастся немного пороха раздобыть? – сам себя и фон Бока с Самсоном успокаивал Иоганн.
Больше в Риге покупать было нечего. Нет, Иоганн облизнулся на парусину… А потом тупо посчитал, сколько нужно ткани на одну палатку, скажем, на десять человек, как в армии в двадцатом веке, когда Иван Зайцев сборы проходил для присвоения звания лейтенант. Или там на двенадцать человек были? Ну, не важно. А у него отправляется больше сорока человек. То есть, нужно пять палаток. И всю эту парусину пропитывать воском с маслом и яйцами. А главное, шить потом палатки. Нет. Этого просто не успеть за ту неделю, что ему выделил на сборы отряда архиепископ. У него есть одна большая палатка человек на пятнадцать из парусины. Её сшили этой зимой для будущих добытчиков янтаря и водорослей. Чтобы пацаны могли передохнуть и укрыться от дождя, если попадут под него «работая» на побережье. Её придётся отдать. И есть кусок парусины, что над сеновалом натянут. Сено кончилось и этот навес можно снять. И натягивать уже там вечерами, ожидая прибытие польско-литовского войска. Плюс два Студебеккера. Да ни у одного барона или даже комтура какого люди не будут в лучших условиях. У магистра или ландмаршала будут шатры, так, где Великий магистр и где мелкий баронишка из Ливонии?
Сразу после того, как архиепископ их отпустил, Иоганн отправил в замок одного из новиков, плюнув на безопасность. Вёз Михайло один единственный приказ управляющему и Герде, нужно бросить все дела и, несмотря ни на какие причины, начать срочно ловить и коптить рыбу. То же самое с курями и свиньями. Посчитать сколько за неделю смогут закоптить, если коптить день и ночь и резать свиней и курей в нужном количестве. Если уж фон Лаутенберга снабдили возом копчёной рыбы, то своих мясом и рыбой, которая быстро не испортится должны обеспечить.
Сам Иоганн в пристрое к Домскому собору в небольшой комнатушке, что служила отцу Бенедикту – если перевести на современный язык, то секретарю архиепископа, и кабинетом, и библиотекой, и спальней, и столовой, выслушал небольшую лекцию по событиям прошлого года. Оказывается, отец Бенедикт был кем-то вроде наблюдателя от Ливонии в войске Великого магистра и все эти события проходили либо при его непосредственном участии, а именно он писал письмо королю Венгрии Сигизмунду, либо он был свидетелем этих событий.
– Что же ты хочешь узнать Иоганн? – седые волосы и седая бородка явно старили священника и рыцаря в прошлом, но голос и осанка говорили, что перед Иоганном на высоченном стуле, великанском таком, сидит далеко не старик.
– Ваше преподобие, я бы хотел узнать всё, даже почему лебеди белого цвета, но вы расскажите мне про прошлый год. С чего эта война началась и как закончилась перемирием.
– Хм. Лебеди белые, потому что такими их Господь создал, тут нет никакого секрета.
– Точно, но почему белыми, чтобы охотники их издалека видели? – так уверенно это отец Бенедикт сказал, что парню захотелось с ним поспорить и про Дарвина рассказать. Чем-то похож, между прочим, отец Бенедикт на портрет дедушки Дарвина, что у них в школе висел в кабинете Биологии.
– Неисповедимы пути Господни. Так про войну. У меня ещё дел полно и потому рассказ будет кратким. В конце весны в Жемайнтии началось восстание. Теперь понятно, что это литвины его организовали, они же и крестьян вооружили, они же и сами в нём участие приняли. В ответ Великий магистр отправил небольшие отряды рыцарей на подавление восстания, а часть на набеги на пограничные поселения Великого княжества Литовского, чтобы им было не до восстаний. Тогда король Польши Ягайло устроил набег на пограничные города Ордена. Нам пришлось вывести войска из Жемайтии и все их собрать на границе с Польшей. Великий магистр Ульрих фон Юнгинген 6 августа прошлого года объявил войну Польскому Королевству и Великому княжеству Литовскому. Он надеялся победить Польшу и Литву по отдельности и начал с набегов на Великую Польшу и Куявию. Нам удалось спалить замок в Добжине, а дальше после четырнадцатидневной осады захватить Бобровники, завоевать Быдгощ и несколько других небольших городков и десятки поселений. Однако после этого удача отвернулась от Ордена. Поляки организовали контрнаступление и вернули себе Быдгощ, а жемайты атаковали Мемель. В том набеге погиб и твой отец с братьями. А потом часть литвинов и повстанцы, с другой стороны ударили на Ригу. Слава богу, сил взять город у них не хватило.
После того как повстанцев отогнали от Мемеля и Риги война почти прекратилась. Кроме того, Римский король Венцель согласился урегулировать конфликт. Удалось заключить мир, чтобы собрать силы. Мирное соглашение между Польшей и Орденом было подписано 8 октября 1409 года со сроком действия до 21 июня 1410 года. По этому договору, и мы и поляки должны были оставаться на своих местах и не помогать жемайтам, а также не принимать их помощь. Великое княжество Литовское не участвовало в переговорах, однако позже Великий магистр фон Юнгинген заключил перемирие и с Витовтом.
Римский король Венцель, получив от Великого магистра в дар шестьдесят тысяч флоринов, объявил, что Жемайтия по праву принадлежит нам, и только Добжинскую землю нужно вернуть Польше. Ульрих фон Юнгинген также заплатил за военную поддержку триста тысяч дукатов королю Венгрии Сигизмунду, который попытался разбить польско-литовский альянс, предлагая Витовту королевскую корону. Если бы Витовт принял это предложение, то это бы нарушило условия Островского соглашения и вызвало бы польско-литовские разногласия. Однако этого не произошло, и король Венгрии отправил к нам небольшое войско с бомбардами. А сейчас обе стороны собирают силы.