Андрей Шопперт – Аустерлиц (страница 23)
— Вот, что Марат. Давай так. Мысль мне тут пришла в голову хорошая. Своих похороните, и янычар тоже по вашему мусульманскому обычаю. Только Янычар без оружия и формы. Переоденем при грабежах Вены и Мюнхена часть людей в янычар, и первыми в город будут они заходить. Турки на них напали, а мы будем союзниками османов.
Марат понимая, что виноват, не стал выделываться и кричать, что этих врагов и убийц своих людей пусть шакалы хоронят. Махнул рукой и пошёл команды раздавать. А Брехт прогулялся до стихийного лазарета. Тут тоже всё плохо. Около сотни больных и полсотни ещё примерно раненых. У всех резаные раны. Выходит не дёшево янычары жизни свои продали. При огромном численном перевесе потери соизмеримы. Просто раненых янычар потом добили.
Больше Брехт себе болеть не позволил. Ехал в центре войска на телеге, укутавшись в попону и одеяло. Не хватало, чтобы ещё черкесы или ещё хуже егеря с казаками схлестнулись. Тех не двести человек, а пять с лишним тысяч и при равноценном если размене, то от армии одни ошмётки останутся. В казачьи и черкесские эскадроны были отправлены наблюдатели из егерей. И ещё, на всякий случай, Пётр Христианович разделил этих товарищей. Казаки теперь ехали в арьергарде, а черкесы в авангарде длиннющей колонны воинской.
Приближение большого города почувствовали задолго до его появления. По дороге шли целые караваны с продовольствием в ту сторону. Стоит заметить, что никакого Будапешта сейчас не существует. Есть три отдельных города Буда и Обуда на левом берегу Дуная и Пешт на правом. Соединяет города один мост. При этом левобережная агломерация из Буды и Обуды меньше раза в два по существу правобережного Пешта. Армия Брехта двигалась по левому берегу, а потому и прибыли они в город Буда. Слово ни фига не венгерское. Венгры завоеватели. Слово славянское. Домпереводится. В русском осталось слово похожее — «будка». А Пешт — это печь. «Очаг».
Буда стала столицей королевства Венгрии всего лет двадцать назад, до этого столица была в Пресбурге или в Братиславе, а королевский двор или, вернее, палантины Венгерского королевства (наместники императора в Венгрии). переехали ещё позже. И, вот, недавно вроде совсем, палантиной венгерской была старшая и самая красивая из дочерей Павла Петровича великая княжна Александра, которая умерла от родовой горячки. И дочь новорождённая тоже умерла. И виноваты в этом не венгры, а австрийцы и муженёк в первую очередь. Брехт решил, что если выпадет случай, Иосифа этого укоротить на голову. Читал записку человека, сопровождавшую Александру на чужбину, что врач, направленный по приказу императрицы к княжне, «более искусен был в интригах, нежели в медицине, а притом в обхождении был груб». А ещё, что повара готовили блюда, которые Александра не могла есть. И священники ежедневно домогались до неё, требуя сменить веру. Потом роды, продолжавшиеся несколько часов, измучили и ослабили великую княгиню. Заболела. И через несколько дней умерла. Вывод прост. Занесли инфекцию. И где в это время был эрцгерцог Иосиф? «Так он лукавый презлым заплатил за предобрейшее?! Повинен в смерти!» И врача нужно найти и тоже прирезать. Долго по кусочку отрезая чего от его ненужного уже никому организма. А ещё обязательно пусть и инкогнито сходить на могилу Александры. Нужно будет Марии Фёдоровне потом рассказать. Стоять. Нужно найти архитектора и денег выделить, пусть красивую церковь построят.
Глава 13
Событие двадцать девятое
У любой дороги есть начало. Ох, как далеко сейчас это начало. Тысячи километров отсюда до Дербента. И у любой дороги есть конец. Они дошли до Пресбурга (Братиславы). Это километрах в шестидесяти от Вены. В город заходить не стали. Чего там народ пугать. Остановились в лесу километрах в десяти севернее. Там уже горы, дожди идут и народа не больно много. Лагерь сделали максимально компактным и со всех сторон дозорами из гренадеров огородились. Они надели свои бело-голубые мундиры и если, кто полезет в лес, то наткнётся на обычных для Австрии военных. Мало ли кто там стоит. Война идёт. И идёт она всего в восьмидесяти километрах. Надо было, в отличие от Кутузова, Петру Христиановичу не сидеть на попе ровно, а выяснить обстановку, и Брехт отправил два разъезда. На разведку. Один под руководством Кристиана фон Витгенштейна в Пресбург. У этого стоит задача узнать, где сейчас русские, где австрийцы и где, мать, их французы. Главное выведать — захватил ли уже Наполеон Вену, и что за войска там стоят. Этот разъезд отправлялся не сильно далеко. Памятуя, что война идёт, Брехт решил, что нужно не по два три человека отправлять, а роту. Если наткнутся на французов, то отстреливаясь, за собой приведут их к лагерю и тут, если французов не вся наполеоновская армия, им и конец придёт.
Второй дозор должен был в принципе по мирной земле путешествовать. Нужно же найти место, где можно корпус Луи Никола Даву на ноль помножить. Плохо, что не историю Брехт в школе преподавал. Как точно будет двигаться корпус маршала Даву, он не знал. Он будет мчаться на помощь два дня и преодолеет сто двадцать километров. И придёт к Аустерлицу с юга. На юге Вена. Должно быть, он из Вены и шёл. Тогда проще. Есть одно место, которое корпусу этому не миновать. Реки наше всё. Мимо этого места Даву не пройти. Если карты, что есть у Брехта, не врут, конечно. В паре километрах западнее Пресбурга в Дунай впадает река Морава. Но она сама по себе бежит и для рекогносцировки не интересна. А зато у этой Моравы есть западный приток Дие. Он в сторону Брно делает загогулину. Войска, идущие с юга в сторону Брно или Аустерлица, этой загогулины миновать не могут. Ближайший городок или селения к этой речной кривулине Пойсдорф. И на карте, что у Петра Христиановича имелась, там нарисована дорога и переправа через Дие. Вот и замечательно. Корпус товарища Даву должен перед переправой скопиться, сгрудиться и локализоваться. Дураком Даву считать не стоит, он обязательно пошлёт в районе эскадрона в разведку, проверить переправу. Пусть. Пусть проверят, выяснят, что переправа рабочая и рядом никаких войск нет. Брехт бы оставил на переправе половину эскадрона защищать её, а вторую половину к маршалу с радостным известием.
Будем ещё раз товарища Даву не дураком считать. Он так и поступит.
Ну, а дальше уже наш ход. Вот эту дорогу, эту переправу или мост, что уж там разъезд обнаружит, а также места для засад с той и этой сторон реки Дие и отправил князь Витгенштейн вторую роту гренадёров, усиленную егерями разведать. Половину роты. Должен же кто-то немецкоговорящий лагерь охранять. От Пресбурга, точнее, от леса в горном урочище, где они остановились до Пойсдорфа километров девяносто. Двигаться нужно быстро уже двадцать первое ноября и битва эта — Аустерлицкая может начаться в течение десяти следующих дней. Два дня на дорогу туда. Два дня там разведка, и два дня назад. Бамс и недели нет. Останется впритык туда переместиться и организовать две засады. Расставить артиллерию. Да, много чего нужно, чтобы дать, так любимое Наполеоном, генеральное сражение. Главным в этом дозоре хотел ехать сам Брехт, но так как с Веной ситуация неясна и нельзя казаков с черкесами оставлять без присмотра, то отправил Пётр Христианович номинально главой туда другого Петера фон Витгенштейна, а фактически Алексея Ермолова. Эти два великана должны сработаться. Петер совсем не дурак, да и Ермолов опыта у Брехта нахватался.
Первым вернулся младший братишка с известиями, которые Брехт и ждал.
Французский император Наполеон Бонапарт совершил очередной стремительный марш по правому берегу Дуная. Развивая успех, части маршала Иоахим Мюрата захватили без единого выстрела важнейший стратегический Венский мост через Дунай. Обманул Мюрат защищающие этот мост австрийские войска. Сказал, что заключено перемирие и французы идут догонять бегущих русских. И ведь поверил австрияки, дали пройти. И следом 13 ноября 1805 года Великая армия без боя вступила в Вену. Франц II и его двор едва успели бежать из столицы до прихода французов.
Нда. А ведь австрийцы вполне могли взорвать мосты через Дунай и, имея перевес в артиллерии над французами, организовали бы долговременную оборону водного рубежа. Вена осталась бы в их руках. Австрийские офицеры и даже генералы поверили в сказки французов, будто бы мир уже чуть ли не подписан. Наивные австрийцы? Или трусливые? Второе скорее. Ну, фельдмаршал-лейтенант Мак семидесятитысячную армию практически без боя сдал.
— А где сейчас Наполеон? — это гораздо важнее было Брехту знать.
— Преследует русских. Мы расспросили одного лейтенанта австрийского, он говорит, что ценности и императорскую семью вывезли из Вены и теперь они где-то севернее присоединились к русской армии.
— Он не знает, сколько войск сейчас в Вене? — Брехт в принципе ответ и сам знал. Тысяч двадцать с небольшим. И они оттуда скоро уйдут.
— Нет. — Развёл рука… граблями безразмерными Кристианушка.
Интерлюдия четвёртая
17 октября 1805 года главнокомандующий союзными войсками генерал от инфантерии Михаил Илларионович Кутузов приказал австрийскому командующему Кинмейеру отступить от Зальцбурга на север к Дунаю, чтобы прикрыть фланг русских войск, а нашей армии отступить от Браунау к Ламбаху.