Андрей Шолохов – Михаил Ломоносов: учёный-энциклопедист, поэт, художник, радетель просвещения (страница 6)
В Куростровских столбцах XVI века, опубликованных А. И. Копанёвым, фамилия Ломоносовых на Курострове не значится. Однако в 1589 и 1600 годах упоминается крестьянин Артемий Васильевич Лобцов[31]. На это обратил внимание автора краевед Е. Ф. Колтовой. Весьма вероятно, что это и есть родоначальник Ломоносовых.
Впервые род Ломоносовых упоминается в письменных источниках за 1678 год в переписной книге Архангельска и Холмогор, составленной 30 августа, где по деревне Мишанинской значатся: «Во дворе Лёвка Артемьев; у него три сына: Юдка, Лучка и Дорошка, у него ж Лёвки, три внука: Ивашка, Фомка и Афонька, десяти лет, Ивановы дети». По мнению историков, здесь описка писца. Должно стоять: «Дорофеевы дети». И фамилия Ломоносовы у них ещё не показана[32].
Отсюда следует, что родоначальник куростровских Ломоносовых Артемий жил во второй половине XVI – первой половине XVII века. Возможно, он или его сын Леонтий первым пришёл на Куростров, а откуда пришёл – неизвестно. Неизвестно также имел или не имел прозвище Артемий или Леонтий «Ломаный Нос», от которого Леонтий мог получить фамилию Ломоносов. Вероятность того, что Артемий Ломоносов, пришлый человек с фамилией Ломоносов, а не местный крестьянин Артемий Васильевич Лобцов, также остаётся. По реконструкции московского генеалога А. Н. Нарбута Артемий родился около 1580 года, его сын Леонтий – около 1615-го[33].
В Переписной книге Архангельска и Холмогор 1710 года впервые звучит фамилия Ломоносов: «На деревне Мишанинской: <д>вор.
Лука Леонтьев сын Ломоносов штидесяти пяти лет, у него жена Матрона пятидесяти восьми лет, сын Иван двенатцати лет, две дочери: Марья пят<н>атцати лет, Татьяна восьми лет, земли верев<ной> тритцать три сажени; у него ж житель на подворьи Василей Дорофеев сын Ломоносов тритцати лет, холост; у него земли тритцать четыре сажени»[34]. В начале XVIII века в деревне Мишанинской было всего пять дворов, один из них принадлежал Ломоносовым.
Крестьяне Ломоносовы, как и многие поморы, занимались сельским хозяйством и морским промыслом. Наиболее известен Лука Леонтьевич Ломоносов (около 1646–1727), опытный мореход и промышленник, он пользовался доверием земляков, в 1701 году избран церковным старостой Куростровского прихода, в 1703 и 1713 годах двинский земский староста (Околопосадской трети Двинского уезда). Его племянник Василий Дорофеевич (1681–1741) рано лишился родителей и до 1720 года жил в доме дяди Луки, куда в 1710 году привёл молодую жену Елену Ивановну Сивкову (1690–1719?), дочь умершего дьякона Николаевских Матигор Ивана Сивкова (? – до 1708) и просвирни Маремьяны (1656 – после 1710). Здесь же, в доме дяди, родился их единственный сын Михаил, будущий академик[35].
Около 1720 года Василий Дорофеевич отделился от дяди, переехал в собственный дом, куда привёл новую жену Федору Михайловну Узкую (?-1724), дочь крестьянина деревни Гридинская из Троицкого Ухтострова. Родив сына Ивана, о судьбе которого ничего неизвестно, первая мачеха Ломоносова вскоре умерла. Не дождавшись окончания траура, отец женился третий раз на вдове Ирине Семёновне Корельской (?-1732; фамилия по первому мужу неизвестна), дочери экономического крестьянина вотчины Антониево-Сийского монастыря Семёна Корельского (1681 – после 1745) из деревни Осиновый Бор. «Лихая» мачеха Ломоносова умерла через два года после его ухода из дома, родив ему сводную сестру Марию (1732–1807)[36].
В 1727 году Василий Дорофеевич первым из поморов построил «новоманерный» гукор (галиот) «Святой Архангел Михаил», получивший за отличные мореходные качества «улисное» (уличное, домашнее) прозвище «Чайка». Осенью 1740 года он ушёл на промысел в море и не вернулся[37].
Михаил Васильевич Ломоносов родился 19 (8) ноября 1711 года в доме Луки Леонтьевича. Его первыми учителями стали мать Елена Ивановна (?), сосед Иван Афанасьевич Шубный (или Шубной) и куростровский дьячок Семён Никитич Сабельников. Учился Ломоносов по книгам, выпрошенным у братьев Дудиных из деревни Луховская: «Арифметике» Л. Магницкого, «Грамматике» М. Смотрицкого и «Псалтыри» С. Полоцкого, ставшими, по образному выражению самого учёного, «вратами его учёности». Затем учёба в Москве в Славяно-греко-латинской академии, в Петербургской академии наук, за границей в Германии (города Марбург и Фрейберг). В великой бедности прошли ранние ученические годы: «…имея один алтын в день жалования… нельзя было иметь на пропитание в день больше как на денежку хлеба и на денежку квасу, прочее на бумагу, на обувь и другие нужды. Таким образом жил я пять лет и наук не оставил»[38].
В Марбурге Ломоносов женился на Елизавете-Христине Цильх (1720–1766), дочери марбургского пивовара, члена Городской думы и церковного старосты реформатской церкви Марбурга Генриха Цильха и Екатерины-Елизаветы (урождённой Зергель)[39].
После учёбы в Марбурге у великого Христиана Вольфа (1679–1754) Ломоносова ждали трудные годы знакомства с горным делом во Фрейберге у горного советника Иоганна Фридриха Генкеля (1678–1744), обладавшего непростым характером. Затем скитания по Германии и Голландии в попытках вернуться на родину.
В Россию Ломоносов вернулся в 1741 году и стал адъюнктом Петербургской академии наук, а в 1745-м – профессором химии, академиком. В 1760 году избран иностранным членом Шведской королевской академии наук, в 1763-м – почётным членом Императорской Академии трёх знатнейших художеств, а в 1764 году – Академии наук Болонского института.
Умер от простуды и «ножной болезни» (полиартрита) 4 (15 по новому стилю) апреля 1765 года. Проводить великого учёного вышел почти весь мыслящий Петербург. Похоронен Ломоносов 8 (19) апреля на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. На могиле его другом, бывшим канцлером, графом М. Т. Воронцовым поставлен памятник итальянского (каррарского) мрамора с эпитафией искусствоведа и гравёра академика Я. Я. Штелина[40].
В 1855 году, когда отмечалось 100-летие основания Московского университета, всю Россию облетели ставшие крылатыми некрасовские строки из стихотворения «Школьник»:
У Михаила Васильевича и Елизаветы Андреевны было шестеро детей: сын Иван (родился и умер в Марбурге в 1742 году), со смертью которого род Ломоносова пресёкся по мужской линии, дочери Екатерина-Елизавета (1739 – после 1743), Елена (1749–1772), Софья (?-?) и двое неизвестных младенцев.
Потомство Ломоносова пошло от дочери Елены, вышедшей замуж за ученика Ломоносова, библиотекаря Екатерины II Алексея Алексеевича Константинова (1728–1808): Волконские, Орловы, Раевские, графы Ностиц, Толстые, Толстые-Милославские, Шиловы, князья Карловы, Киселёвы, Котляревские, Кочубеи, Уваровы, Яшвиль, герцоги Мекленбургских, принцы Изенбургских и многие другие. Они состояли в родстве с эрцгерцогами Австрийскими из рода Габсбургов, с королями Египта, с потомками светлейшего князя А. Д. Меншикова, полководцев А. В. Суворова и М. И. Кутузова, реформатора П. А. Столыпина. Это дворянская или аристократическая ветвь рода Ломоносовых[41].
Сводная сестра Ломоносова Мария Васильевна родилась в деревне Мишанинской, вскоре потеряла мать. Неизвестно, кто помогал отцу растить девочку. Возможно, Василий Дорофеевич взял для неё няньку или кормилицу. В 1740 году, перед уходом в море, отец распродал имущество: дом и двор с хозяйственными постройками, земельный надел (пашню и покосы). Перед этим отправил восьмилетнюю Машу Ломоносову в матигорскую деревню Осиновый Бор в большую семью тестя, Машиного деда Семёна Корельского. Может быть, он делал это ранее. В 1745 году Семён (отчество неизвестно) был ещё жив, что подтверждает сохранившаяся в областном государственном архиве ревизская сказка[42].
Около 1749 года семнадцатилетнюю сироту сосватали в тех же Николаевских Матигорах за черносошного крестьянина из деревни Хетка (Водниковская) двадцатитрёхлетнего Евсея Фёдоровича Головина (1724/1726-1794). На Курострове, да и в Матигорах, знали о блестящей карьере Михаила Ломоносова, ставшего в 1745 году академиком, поэтому и жениха Маше выбрали из зажиточного и уважаемого в Матигорах рода. Видимо и Михаил Васильевич, почти никогда не имевший излишних средств, помог сестре деньгами, переслав их с постоянно навещавшими его земляками. Все последующие годы Ломоносов проявлял к сводной сестре тёплое дружеское участие, хотя она и была дочерью «лихой» мачехи.
От этого брака у четы Головиных родилось четверо детей: Матрёна (1750–1830), Михаил (1756–1790), Анна (1757–1776) и Пётр (1762–1811). От дочерей и младшего сына Петра пошли многочисленные потомки Марии Васильевны: Головины, Лопаткины, Титовы, Галовы, Третьяковы, Доронины, Самойловы, Ершовы, Тарховы, Быковы, Олоховы, Пекишевы, Архиповы, Матафановы, Спиридоновы – в основном крестьяне, совсем немного мещан, а тем более – купцов[43].
В начале 1760-х маленькая Матрёна была отправлена в Петербург к дяде. В большом доме на Мойке ей было доверено заведовать погребом. В 1765 году Ломоносов вызвал к себе в Петербург своего крестника Михаила и хлопотал о продолжении племянником образования (начальное уже было получено на родине). Двадцать восьмого февраля Ломоносов определил приехавшего племянника на казённое содержание в Академическую гимназию. И 1 марта посетил её, чтобы посмотреть, как устроен в общежитии племянник. На следующий день Ломоносов написал сестре в Матигоры письмо – как оказалось, последнее адресованное ей. Дружеские и тёплые слова брата звучали пророчески: «Государыня моя сестрица, Мария Васильевна, здравствуй на множество лет с мужем и с детьми». Так и оказалось, Мария Васильевна Головина прожила в крестьянстве долгую жизнь, изумляя заезжих путешественников известием, что сестра Ломоносова «всё ещё жива»[44].