Андрей Шестаков – Схватка за «Гипер». Крайний случай. (Под прикрытием проекта «Хризолит») (страница 4)
– Надо дополнительно проверить официальных лиц из администрации и всех сотрудников правоохранительных органов, которые контактировали с этими посольскими, – предложил Тоболин. – У нас в Москве сотрудники американских представительств не соблюдают никаких заранее согласованных с контрразведкой регламентов и свободно встречаются с руководителями и секретоносителями самого высокого ранга. Поэтому у меня нет сомнений, что сотрудники американской резидентуры здесь ведут себя точно так же. На этом основании можно даже предположить, что «Посредник» должен быть в Семипалатинске фигурой достаточно влиятельной…
– Каиров как раз сейчас этим и занимается, но я не согласен. У нас же не Москва, у нас все на виду. Так можно дойти до того, что следующими в сговоре с американцами начнем подозревать наших сотрудников наружного наблюдения (НН)… Поэтому я считаю, что сводки НН надо взять за основу… Могли быть не зафиксированы отдельные неформальные контакты… но они были мимолетные, а для достижения любых договоренностей нужно время…
– И тогда мы в тупике…
– А если пойти с другой стороны? Меня беспокоит этот «Посредник» … Какого же уровня пост он должен занимать, чтобы вот так запросто договориться и с американцами, и с бандитами… и сделать так, чтобы последние ему поверили?
– А кто сказал, что они поверили? Может быть, у них просто не было другого выбора…
– Возможно, – согласился подполковник и морщась как от зубной боли продолжил. – Ну а по исчезнувшим документам вообще все плохо… Попытались изучить шофера, который получается по заданию, неизвестных нам бандитов устроил смертельную аварию… В милицию обращаться нельзя, потому что организовать такую аварию без участия «ментов» было практически невозможно… выбор места, машины, проезд через КПП на выезде из города… и многое другое… а значит у «Посредника» в нашем УВД есть свои люди, и как только мы бы начали любопытствовать по этому поводу он бы об этом узнал. Попробовал через свои связи в прокуратуре, там мне прямо заявили, что это не их компетенция и вообще шофер в момент аварии был в состоянии сильного наркотического опьянения и именно по этой причине допустил столкновение, и скончался в больнице… Кое-что по шоферу мы все-таки наскребли и автобазу, где он работал установили. Хотели осмотреть его искореженную машину, вдруг там следы какие остались? Опять же может он не один был в кабине в момент аварии? Однако оказалось, что на базе его искореженный «КАМАЗ» отбуксировали в заброшенный бокс, где в тот же вечер случился пожар и он там благополучно и бесследно сгорел. Негласный обыск по месту жительства шофера тоже ничего не дал. Он не местный, недавно «откинулся», после возвращения из зоны жил один в малосемейном общежитии. Соседка перед похоронами так все в его комнате вымыла и вычистила, что любая операционная позавидует. Да еще перед этим какой-то родственник заходил и все документы, письма и вещи забрал. Связи по зоне мы, конечно, проверим, а вот в Семипалатинске… если начнем активно «копать» можем «наследить» …
– Родственника этого установить не пытались? – поинтересовался Тоболин.
– Попытались, но соседка при опросе рассказала, что он быстро ключи от комнаты взял и ушел, а обратно не занес, оставил их на вахте. Сам одет был во все кожаное и шлем мотоциклетный с затемненным визором даже в помещении не снимал, поэтому лица не разглядела. Среднего роста, фигура спортивная. Говорил глухо и отрывисто…
– Не густо…
– Другого пока ничего нет, поэтому ищем мотоциклиста… Хотя тут тоже можем наследить… – с досадой констатировал Рязанцев. – Придется работу по этому направлению продолжать максимально осторожно… А вот по наблюдению за американской бригадой, которая высадится на комбинате «Алтай» у меня, имеется конкретное предложение …
– Можно поподробнее? – заинтересовался Тоболин.
– Есть там у меня крестничек… Когда американцы прилетят в Усть-Каменогорск и сделав свою работу выдвинутся в нашу сторону, он просигнализирует. Мы их тут примем, отследим и когда они получат от бандитов документы по «Гипер», мы их накроем и заберем все, что нам надо.
– Ты Макс с годами не меняешься. Всегда был экстремалом… и тогда в 1988-м и сейчас… вновь пытаешься втянуть нас в международный конфликт, – усмехнулся Олег. – Оставим этот вариант как самый крайний … Думаю практически невозможно будет воевать нам с бригадой спецназовцев… поэтому надо искать «Посредника». Не может быть, чтобы он так стерильно сработал, что нигде ничего не оставил… У тебя все?
– Да, это все, что мы сумели наработать вдвоем с Каировым за столь незначительное время, – недовольно подтвердил Рязанцев, и добавил. – Все-таки меня не оставляет вопрос почему российской стороне нельзя официально обратиться к правительству Казахстана к нашему КНБ за помощью в поисках материалов по «Гипер» не раскрывая их содержания?
– Ты же знаешь, что сейчас творится в наших суверенных странах? Наши руководители пляшут под дудку госдепартамента США. И вот представь американцы разработали секретный проект «Хризолит» по вывозу из РК более полутонны обогащенного урана оружейного качества. Первое лицо РФ эта информация не заинтересовала и это понятно, у него другие интересы. Для президента РК это возможность приобрести политические лавры борца за безъядерный мир с надуманной перспективой получения Нобелевской премии, а заодно избавиться от опасного радиоактивного мусора за приличные, заметь, деньги. И тут мы со своей заботой о каких-то мифических совсекретных материалах можем сорвать эту идиллию. Одному безмятежное… второму – выгодную сделку. Гипотетически эти пропавшие документы бесценны, они могут обеспечить могущество России на долгие годы вперед, но кого это сейчас интересует? Вот и получается, что никто не только не даст нам разрешение на противодействие ЦРУ, но и, если мы попробуем объяснить, что под прикрытием проекта «Хризолит» американские спецслужбы пытаются завладеть секретными разработками РФ, нас просто отправят в психушку, меня в Москве, а тебя в Алма-Ате.
– М-да… ситуация, однако… попытаюсь объяснить ее Каирову, Еркенову и другим ребятам, которые будут нам помогать. Мы же все-таки еще и союзники по СНГ. Да и в Великую Отечественную наши деды вместе «в одном окопе» …
– Надо просто сказать правду, – убежденно сформулировал задачу Тоболин. – Американцы пытаются любой ценой украсть секретные документы с советскими разработками, а мы должны защитить то, что создавали ученые нашей общей Родины – СССР.
– Попробую… А все-таки хитро придумали в ЦРУ… спрятать за благородной заботой о международной безопасности… ведь действительно неизвестно к кому мог попасть бесхозный уран… кражу секретных документов…
– Теперь давай я расскажу тебе подробно всю историю про «Гипер», – не давая другу возможности развить свои далекоидущие теории, прервал Тоболин, – а потом подумаем, наметим и обсудим планы наших дальнейших действий.
– Громадье планов… – озадаченно вздохнул Рязанцев.
– Так вот «Гипер» – это безусловно гениальная, но еще очень сырая и спорная теоретическая разработка. Американцы, например, свой аналог пока заморозили, а лоббисты из российского ВПК на этом основании выгодно перераспределили деньги на другие более примитивные проекты, которые уже условно завтра будут востребованы на глобальном оружейном рынке.
Однако, не будем сейчас обсуждать их меркантильные наклонности… Настоящие российские патриоты, входящие в окружение президента, поддержали главного разработчика гипероружия, которого мы именуем «Профессор», благодаря чему он со своей небольшой командой в кратчайшие сроки достиг выдающихся результатов. По данным нашей разведки о достигнутых «Профессором» результатах в ЦРУ узнали не так давно, но отреагировали мгновенно, развернув настоящую охоту за информацией об этих разработках. Наши аналитики считают, что утрата секретных материалов по «Гипер» нанесет невосполнимый ущерб обороноспособности страны и наоборот попадание их к американцам поможет США доминировать на мировом театре военных действий на годы вперед.
– Как же в ЦРУ узнали о достижениях ученых РФ на этом направлении? – не выдержал Рязанцев.
– В ходе оперативной разработки по факту утечки секретных сведений, военной контрразведке стало известно, что два года назад «Профессор», который повторюсь, был ведущим советским, а затем и российским специалистом по проблеме «Гипер» взял себе в лабораторию молодого перспективного ученого, назовем его «Ассистент». Причем зачисление этого способного мальчика произошло напрямую, без оформления допуска к совсекретным разработкам, то есть в нарушение всех существующих норм. Но, учитывая то, что «Ассистент» был из очень влиятельной, приближенной к президентскому пулу семьи, военная контрразведка закрыла глаза на эти «мелкие недоразумения». По этой же причине поведение этого мажора за пределами секретных лабораторий, а также связи с фарцовщиками и поставщиками легких наркотиков также остались на тот момент без внимания ФСК.
– И как же он все успевал, и «Профессору» помогать и со всяким отребьем общаться? – с явным сарказмом поинтересовался Рязанцев.
– Он, как лицо привилегированное, после пяти дней работы на полигоне на выходные улетал в Москву, а через два дня возвращался. Поэтому он выпадал из-под надзора военной контрразведки и оставался вне контроля во время пребывания в Москве.