Андрей Схемов – Вершитель Судьбы. Книга первая (страница 2)

– Да, я называю это не умер, а освободился от плоти, – незнакомец продолжил говорить вслух. – Будучи во плоти, твой дух ослаб и отвык от свободы. Обратил внимание на себя? Беспокойство и вибрация твоей структуры – дыхание выпущенного на волю зверя, пытающегося насытиться свободой. Будучи человеком, ты не подозревал, кто ты есть. Жил плотью и ее потребностями. Но теперь ты в истинной форме. И как только тело надышится, ты обретёшь много новых способностей.

Позади раздался пронзительный хрип оставшегося в живых.

Незнакомец подошел к нему и присел рядом на корточки. Тот сидел, облокотившись на колонну с просящим о помощи лицом.

– Этот бедолага умирает в мучениях, но не имеет ни малейшего представления о боли истинной. Той боли, когда истинное тело выдирают из плоти насильно.

– Зачем я их всех убил?

– Ты еще не догадался? Ради нее.

Его слова будто выстрелили в голову, от чего где-то внутри нее образовалась колющее давление. Вслед за этим в груди зародилось легкое жжение, а все тело завибрировало.

Я убил десятки, а, может, сотни людей ради любимой…

Но что теперь есть у меня? Смерть?

Или, как сказал незнакомец, настоящая жизнь? Но зачем она мне без нее?

– Что меня ждет за убийство всех этих людей?

– В том месте, куда ты отправишься, тебе воздастся за все, что ты совершил, – незнакомец с ухмылкой посмотрел на меня тут же я испытал, как боль в груди многократно возросла.

Внутри как будто взорвалась крошечная бомба. Ничтожно маленькая, но безумно горячая. Огонь стремглав залил мучительным пламенем всё моё нутро. Вибрация тела молниеносно стала дрожью, а затем откровенной тряской.

– Началось, – незнакомец оставил мученика на полу и подошел вплотную ко мне. – Истинное тело возвращается к первозданному состоянию.

В голове замкнуло. Словно ледяной подшипник с острыми лезвиями завертелся в попытке вырваться наружу. А затем лёд в голове и жар в теле синхронно рассыпались. Будто висельника, которому обрезали петлю, меня бросило на пол.

– Сейчас твой последний шанс, – незнакомец направился к выходу. – Почувствуй контроль, ощути власть над собой. И ты сумеешь остановить это безумие.

Меня передёрнуло и скрючило. Упёршись лопатками в пол, я попытался сохранить равновесие. Но, не выдержав безумства, которое выжимало меня, будто мокрое белье, дико вскрикнул. Впервые вскрикнул голосом истинной формы. Я бросил себя в сторону, упал на живот и, ударившись лбом, краем помутневшего сознания услышал голос отдаляющегося незнакомца:

– Улови свой контроль, иначе потеряешь разум.

Тело снова взревело. Я вспомнил боль последнего мига человеческой жизни. Тот самый, когда имплантат раскрылся и выпрыснул яд в мой мозг. Я вкусил боль, какую испытывают люди, когда их четвертуют. Собрав остатки сил в лёгкие, я крикнул что было сил и невыносимый распад тела прекратился.

А рассудок окрасился адским утомлением.

– Поздравляю! Теперь твой разум в твоей власти. Но надолго ли…

Незнакомец вышел наружу.

Ожидая увидеть тьму, я закрыл глаза, но вместо неё узрел мутно-серый туман обратной стороны век, перечёркнутых сетью пульсирующих мутным светом сосудов. Эта странность сперва встревожила, но, как оказалось, привыкнуть не составило труда. Окончательно избавившись от приступов боли, я познал ощущение истинной формы.

Мой новый организм был наделён необычными качествами. В голове ясно чувствовалась тёплая медленно вращающаяся сфера. Всё тело пронизали энергетические артерии, напрямую связанные с головной сферой. Её приятная пульсация нежно гоняла тепло по всему организму. Грудь все аорты обходили стороной, потому тепла в ней не наблюдалось. Напротив, она была насыщенна жгучей прохладой. Когда вдыхал воздух, грудь остывала – наполнялась колючим морозом. Когда выдыхал – едва ощутимо нагревалась. Благодаря прозрачности тела желтизну сияющего в голове шара, синь холодных лёгких и пульсирующие жилы были видны тем, кто мог меня лицезреть.

В моей власти оказалось управление всем организмом. Легко мог выделить абсолютным сознанием любой орган и рассмотреть его состояние. А также появился контроль эмоций.

Я вышел из здания.

И сразу же в меня ворвалась лавина звуков, которую почему-то не слышал до этого. Гул дорог и машин. Рёв фабрик и заводов. Крики и смех молодёжи. Стоны, семейные разборки, перестрелки, драки. Полноценная симфония нормального города. И на фоне городского оркестра я услышал знакомый грубый голос, а рядом с ним плач девушки.

– Он мёртв, – мой собеседник, похоже, прикинулся случайным прохожим. – Вы его знаете?

– Он… он… – стоя на коленях перед безжизненной плотью, девушка прижималась к щеке трупа, захлебывалась слезами и что-то безнадёжно шептала. Ответить она была не в силах.

Я направился к ней.

Во время ходьбы я чувствовал, что тело стало намного податливее, чем раньше. Мягкое тепло, какое было в голове, так же ощущалось в суставах. Это сильно увеличивало гибкость и резкость движений.

Подойдя почти вплотную к девушке, я попытался коснуться её плеча. Пространство между моими пальцами и её телом стало упругим и засветилось белым светом. Предприняв усилие, я рискнул преодолеть неожиданную преграду, но пальцы моментально сковало острым металлом, наполнило ледяным холодом и сильно отбросило.

Я отпрыгнул в сторону и, держась за онемевшую по локоть руку, с удивлением взглянул на незнакомца.

– Не делай этого, – одарив меня мимолётным взглядом, мысленно, чтобы ни о чём не догадалась девушка, посоветовал он. – Энергия плоти, наделённой истинным телом, не совместима со свободной формой.

Девушка продолжала задыхаться плачем. Музыку полицейских сирен она даже не услышала. Она вообще ничего не слышала, кроме биения своего сердца, и никого не видела, кроме трупа.

Вновь мои эмоции самовольно бросились на растерзание. Её лицо, её глаза, её слезы. Весь её вид не позволял мне думать о чем-либо другом, кроме неё.

Я решил применить новые способности и притупил чувства. Помочь девушке я был не в силах, и потому лучшие отсечь сейчас лишние переживания.

– Почему ты здесь? Так встречают каждого, кто освободился от плоти?

– Нет! Иначе бы в этом здании таких, как я, было бы сейчас сотни… на всем маршруте, где ты шел, – незнакомец держался позади девушки, и лишь изредка поглядывал в мою сторону. – И я тебя не встречаю, – он пристально посмотрел в небеса. – Я тебя провожаю.

– Ну и куда мне идти?

– Сейчас всё поймешь. Тебя швырнёт в другой мир. Не привлекай внимания и пробирайся ко дворцу. Запомни эти слова: «Нерушимая клятва вечному брату». И ни в коем случае не попадайся на глаза женщине и её отряду, – он снова взглянул наверх, кивком предложил мне тоже взглянуть туда, и добавил. – Смотри!

Яркость закатных небес стремительно гасла, приобретая жутковато-серый цвет. Мрачные громады туч и облаков, заполонивших всё небо, ускоряли своё движение.

– Кому мне не попадаться на глаза? Какой женщине? – крикнул я последний вопрос незнакомцу и перебросил взгляд с небес на него. Но незнакомец пропал, словно его и не было.

Мир вокруг меня снова встал на паузу. Время остановилось. Застыла стая птиц в полёте. Застыли полицейские, уже выскакивающие из своих машин. Застыла девушка, мокрыми глазами смотрящая на меня. Именно на меня, а не на труп, лежащий на асфальте. И только низкое небо продолжало куда-то нестись.

– Интересно, – я обратил внимание на зеленоглазого ворона, сидевшего на заборе. Черная птица, как и я, не была заморожена временем. И она явно наблюдала за мной. – А ты кто такой?

Внезапно ворон громко каркнул, дёрнул головой и взмыл вверх. Неестественно передвигаясь, будто отголосок далёкого прошлого, крылатый метнулся по направлению движения туч. Его полет был какой-то ненормальный. Словно им руководит поток времени, коварно то замедляющий, то ускоряющий для него ход. А иногда поворачивающий его вспять.

С чудовищной силой задрожала земля. Стало жутко холодно, поднялся ураганный ветер. Передо мной разыгрался театр уничтожения! Деревья вырывало с корнем и разрывало на отдельные ветки. Машины раскручивало до последнего винтика. Сдирало кусками асфальт. Здания рассыпались на кирпичи. И все это закручивалось в огромный вихрь, в центре которого находился я.

Вскоре ничего не осталось кроме меня и вихря. Тучи больше никуда не спешили, их вообще не было. Только черное небо с очень странным созвездием в виде какого-то символа.

– Где-то я такой уже видел.

Но долго наблюдать звезды мне не пришлось. Вихрь начал сужаться и скрипеть, будто ржавый барабан в стиральной машине. Сужение стремительно ускорялась и через мгновение я уже мог коснуться вихря рукой. Затем он резко схлопнулся. Я ожидал получить мощный удар, но мое тело практически ничего не ощутило. Яркий удар пришелся только по зрению и слуху. Борясь со звоном в голове, я не сразу смог открыть глаза. Но когда мне это удалось, я обнаружил, что оказался в наполненной дымом комнате с обугленными стенами и потолком.

В глазах очередной раз помутнело и веки самостоятельно закрылись.

Самовольно отключившись, моё истинное тело рухнуло на каменный пол.

Слово 2: Призрак Трои.

Меня неприятно шатнуло, как обычно бывает, когда снится падение свысока и… Бац! При столкновении с землёй неожиданно просыпаешься, изобилуя страхами всех мастей. Долго и нелепо я вертел головой, пытаясь сообразить, где нахожусь. Широко раскрытым взглядом озирал обугленную комнату, в воздухе которой кружились угольно-черное пылинки. Сам же я лежал на постаменте с едва виднеющимся изображением того самого символа, который недавно видел в небесах. Вокруг постамента скатертью чернело крошево песка.