Андрей Схемов – Система 3. Грань (страница 45)

Похоже, той медсестрой была Алина.

— А я? — уточнил я. — Тоже умер?

— Не, — скривил дембель лицо. — Вы в кому впали. По крайней мере, так мне сказали.

— Надо же, — усмехнулся я. — И сколько дней ты ещё пробыл в симуляции?

— Пять, — рассмеялся сержант. — Вот только что отбой в роте был. Лежу такой, уснуть не могу. Завтра дембель, как никак. Домой, думал, поеду. И на тебе: надпись перед глазами. Мол, ваше время в симуляции истекает. И вот я тут.

— Что ж, даже не знаю, что сказать, — пожал я плечами. — Прости, что лишил дембеля.

— Да ладно вам, — отмахнулся Пронов. — Здесь получше будет. Вот уж не думал, что реальный мир больше похож на игру, чем виртуальный.

— Это да, сам удивлялся, — согласился я. — Кстати, получается, в армии ты в автороте служил? В машинах хорошо разбираешься?

— Вроде да, — ответил дембель. — С детства в тачках ковыряюсь. А что?

— А то, — снова похлопал я его по плечу, — что я, кажется, нашёл системного механика. Будешь старшим по автопарку?

— А машин много? — заинтересовался он.

— Пока только эти «УРАЛы» и «Валькирия», — показал я рукой на грузовики и внедорожник. — Но уверен, что в будущем будет больше.

— Буду. Спасибо, товарищ старший лейтенант, — принялся сержант Пронов благодарить меня.

Пока я болтал с сержантом, к нам незаметно подошёл ещё один человек, желающий со мной пообщаться. И, кстати, это было взаимно.

— Найдётся минутка, командир? — спросил Иван Пифиев.

— Ну-у, я побегу в свой новый дом, наверное, — быстро понял Пронов, чтоб пора ему удалиться.

— Что вы хотели, Иван Петрович? — попрощавшись с сержантом, переключился я на мудреца.

— Хотел поговорить о системе, Константин, — глядя в сторону дамбы, тихо проговорил старик. — Ты не задумывался, почему система сделала волевиком именно тебя?

Глава 26

Хозяйственные дела

Я предложил Ивану Петровичу продолжить разговор в более подходящих для этого условиях. Не то, чтобы я опасался лишних ушей в своём лагере, но элементарные правила безопасности (и секретности) я предпочитал не исключать из своих правил.

Заодно мы решили отнести в медблок тех ребят, которых приворожила Карина. Мудрец уже успел самостоятельно освоить все пятнадцать своих уровней, поэтому для него, как и для меня, эта задача была несложной.

— Два дня и парни будут на ногах, — отметил Иван, когда мы поднимались по лестницам. — Медик же у вас имеется?

— Да, но есть одно но, — ответил. — Она харизматичка.

— Занятно, — уголком губ улыбнулся мудрец. — Одна и та же барышня будет и калечить, и лечить.

Оставив больных в медблоке, мы заглянули в хозблок, где обе харизматички пыхтели над принтерами.

Девушки подошли к задаче с особым рвением. Они решили для каждого новобранца распечатать сразу несколько комплектов одежды: повседневный, рабочий, спортивный и по паре берцев каждому в придачу. Разумеется, не забыли и про вагон с тележкой нижнего белья.

Все необходимые чертежи ранее были найдены мной и имели эпическую редкость.

Решив им не мешать, мы заторопились в зал управления. Но тут же за мой спиной прозвучал звонкий голос Сирены:

— Куда пошёл? А обнимашки?

Не успел я что-то ответить, как зеленокожая красавица сковала меня крепкими, но в то же время нежными объятиями. Даже поцеловать меня позволила себе.

— Я соскучилась, — прижалась она к моей груди. — Ты надолго?

— До утра, — ответил я.

— Значит, всё-таки остаёшься на ночь? — она подняла голову и несколько секунд смотрела мне в глаза вопросительным взглядом. Затем, поняв всё без моего ответа, заключила. — Что ж, в следующий раз тогда. Если, конечно, не придётся меня наказывать за случайное уничтожение клана.

— Будь добра, держи себя в руках, — грозно посмотрел я на неё. Затем перевёл взгляд на Карину, что стояла у принтера и с интересом наблюдала за нами. — Обе держите себе в руках.

— Смешно, — скользнула Сирена коготками по моему подбородку. — Если бы от нас всё зависело.

— А как скоро должен случиться у нас срыв? — включилась в разговор Карина.

— У тебя, юная леди, — решил ответить на этот вопрос Иван Петрович, — через шесть дней. А у вас, — глянул он на Сирену.

— Только попробуй назвать меня старой, дедуля, — угрожающе продемонстрировала харизматичка свои ногти. — И вообще, что за за дар такой у тебя? Мудрец. Дофига умный, что ли?

— Знаю немного, красавица, — не придал Иван значения вызывающему тону Сирены.

— Ну, и? — подошла она поближе к старику. — Сколько мне осталось?

— Девять дней, — ответил Иван. — Но я могу продлить на пару дней, если потребуется.

— Надеюсь, не придётся, — стрельнула Сирена глазками в меня. Затем развернулась и, чарующе покачивая бёдрами, зашагала обратно к репликатору. — Ладно, мужчины. Идите, куда вы там шли. Нам сейчас всё равно не до вас.

Чтобы лишний раз не злить женских демонов, мы с Иваном поспешили в зал управления.

— А вот и тот самый таймер, о котором ты просил, — закрыв рот ладошкой, рассмеялась Айви. — Шесть дней до греха.

— Так о чём ты хотел поговорить со мной? — словно инспектор, прохаживаясь по залу управления, спросил меня Иван Пифиев.

За время моего отсутствия здесь, разумеется, ничего не изменилось. Всё те же скрученные провода под потолком, серверные шкафы вдоль стен, робот-управляющий и два обелиска-постамента. И всё это в полумраке, где свет исходил в основном от большего экрана с картой Казани и статистикой клана.

— Я не ослышался? — переспросил я у мудреца. — Насколько я помню, всё было ровно наоборот.

— Не выдумывай, сынок, — усмехнулся старик, внимательно рассматривая АНТа в центре помещения. — У тебя есть вопросы. У меня — ответы. Выходит, разговор нужен тебе, волевик, а не мне. И неважно, кто к кому подошёл первым.

— Чувствую, что где-то вы меня нае… обхитрили, — усмехнулся я. — Но где, понять не могу, — я прошёл к обелиску, в нише которого дожидались меня пятьдесят четыре именных кольца. — В таком случае, если следовать вашей логике, я хотел узнать, почему система сделала волевиком именно меня.

— Хороший вопрос, Константин, — щёлкнул пальцами Иван.

— Но есть получше, — не дал я старику приступить к ответу. — Расскажите-ка сначала, в чём ваш секрет? Почему вы знаете всё обо всём?

— Увы, всего мне не ведано, — старик тяжело вздохнул, обошёл спящего управляющего и встал перед большим экраном. — Да, за последние сорок три года я выяснил немало. Но у системы осталось ещё очень много секретов.

— 43? Серьёзно? — я сгрёб в мешочек все кольца-артефакты, а один из них сразу же передал Ивану. — Как вообще можно получить такие знания прямо в симуляции? Разве такое возможно?

— Давай по порядку, Константин, — принял Иван кольцо от меня и с интересом начал рассматривать его. — В 56 лет я умер. По идее смерть в симуляции превращает в ошибку. Я должен был стать безмозглым рабом. Но почему-то (может, сбой случился какой-то) симуляция решила разбудить меня, прежде, чем мой мозг сломалася. Я очнулся в капсуле и… — его голос слегка надломился. — И умер ещё один раз. Захлебнулся.

— Обычно на подобном истории заканчиваются, — хмыкнул я.

— Не в моём случае, — сделал старик хитрое лицо, подмигнул мне. — У капсул имеется предохранительная система на случай преждевременного пробуждения. Когда система зафиксировала мою смерть в капсуле, та провела реанимационные мероприятия и снова погрузила меня в симуляцию. Эти две смерти, как ни странно, сохранили мне жизнь.

— Хотите сказать, вы увидели частичку реального мира, а затем вернулись на полвека обратно в виртуальную реальность? — нахмурился я.

— Представляешь, каково было моё удивление? — рассмеялся старик, толкнув меня в плечо. — Но ещё больше меня удивил интерфейс, который по ошибке загрузился в мой аватар. На дворе 1973 год, а у меня в голове высокотехнологичная приблуда и, самое главное, огромная база данных по тому, что было, есть и будет.

— Погодите-ка, — присвистнул я. — Получается, вы Великую Отечественную застали?

— Не просто застал, а принимал непосредственное участие, — старик резко стал серьёзным. — Я тебе больше скажу: я родился в октябре 1917 года. Символично, да?

— Не то слово, — мне даже немного не по себе стало в его присутствии. — Почти весь двадцатый век видели.

— Не преувеличивай, — усмехнулся старик. — До войны я, кроме своей деревни, толком ничего и не видел. Да и после смотреть особо мне некуда было. Я ж вернулся домой, — в глазах Ивана Петровича отразилась едва заметная печаль по минувшим дням. — Но мы сейчас не об этом, — он прошёл к вытянутому конференц-столу, что стоял справа от терминалов. Усевшись, вопросительно посмотрел на меня и произнёс. — В горле пересохло. Есть что?

Я тут же достал из подсумка походную фляжку и предложил её мудрецу.

— Вода? — брезгливо глянул он на флягу.

— Ну да, — ответил я.