Андрей Северский – Таксидермист (страница 28)

«Отойдите от объекта. Вам не причинят ущерба»

Я посмотрел на три устройства. Одно было прибито к стене. Второе прошито насквозь. Третье резало мой контейнер.

— Начало убедительное.

«Нам нужен только орган. Наружные ткани останутся вам»

— Великодушно.

«Вы уже получили достаточно»

— Семь с половиной тонн?

Пауза.

«Вы сделали самую дорогую часть работы. Не превращайте хороший контракт в плохие похороны»

Голос шёл через синтезатор, но структура фраз была знакомой. Не человек. Не торговый ИИ. Короткие команды. Насмешка без попытки понравиться.

Архивариус вывел вероятность:

— Полевой речевой профиль Брокк-Тара. Шестьдесят девять процентов.

Капитан «Полной Меры». «Костяной Венец». Значит, утечка всё-таки стоила денег.

Я не стал произносить вероятное имя собеседника:

— Орган останется внутри.

«Вы художник, Соболев. Мы — переработчики. Не надо спорить о том, что дороже рамки»

— Обычно те, кто говорит о цене картины, хотя бы ждут смерти художника.

«Змей уже ваш. Орган — нет»

— Биология так не работает.

«Рынок работает»

Канал погас.Третье устройство в этот момент прорезало вторую фиксационную ленту. Станина получила удар. Трещина под ремонтной накладкой поползла дальше.

— Восемьдесят четыре процента нагрузки.

— Снимай станину с хвостовой секции.

— Без поддержки оболочка потеряет геометрию.

— Лучше оболочка, чем направляющая в коже.

Я дёрнул аварийный замок. Станина сложилась на один сегмент. Повреждённая рейка вышла из-под Змея и ударила по кварцу. Трещина раскрылась почти на всю ширину. Можно было больше не делать вид, что она ремонтопригодна.

— Запиши.

— Уже.

Хирургический механизм у хвоста развернулся ко мне. Из его корпуса вышел второй резак. Но теперь он двигался не к контейнеру. К проводящей ленте под моей ногой.

— Умные… — зло высказался в ответ на это действие.

Лазерный заряд держался на девятнадцати процентах. Нервная активность — плюс двадцать два к седативному плато. Змей ещё не просыпался. Но его передняя пластина начала медленно подниматься.

— Сознание?

— Не определяется. Просто двигательный рефлекс.

Хирургическое устройство подошло ближе. Я поднял «Шёпот», но пока не стрелял. Три иглы в остатке. До «Кокона» восемь километров. До существ, которые управляли этими машинами, неизвестно сколько. Получается, боеприпасы тоже были частью сегодняшней логистики.

Вместо выстрела снял с пояса складной инструментальный захват. Дрон пошёл на ленту. Позволил ему приблизиться. Ещё двадцать сантиметров. Десять. Пять.

Резак раскрылся. Я ударил захватом сбоку — попал.

Механизм сорвало с кварца. В местной гравитации он медленно поплыл мимо меня. Поймал второй створкой захвата и прижал к стене.

— Выключить! — приказ Арху.

— Активного выключателя не вижу.

— Что ж, тогда традиционно…

Сжал сильнее, корпус хрустнул, связь оборвалась.

— Два устройства выведены из строя, одно удерживается иглой в стене, — сообщил Архивариус.

— Не все три?

— Первое ещё частично функционирует.

Заряд лазерного органа снова начал падать. Пятнадцать. Четырнадцать. Призменные блохи пока не возвращались. Плохо.

Посмотрел на иглу, которая всё ещё сидела в нервном узле животины. Надо её извлечь. А для этого нужно подойти к передней части Змея. Туда, куда чужой оператор очень хотел меня подвести.

— Активность вокруг?

— Три слабых механических сигнатуры в правой стене. Расстояние от восьми до пятнадцати метров.

— Ещё дроны?

— Возможно.

Усмехнулся:

— Вот теперь точно похоже на «Венец».

Отжал проводящую ленту от кожи и закрепил её механическим зажимом. Нога оставалась на контакте ещё две секунды.

Лазерный заряд не вырос. Убрал ногу — контур держит. Хоть что-то «приятное».

Медленно и с неохотой подобрался к игле, впившейся в Змея. Стекольщики так и не появились — их явно пугала активность чужого устройства. Маленькие тела прятались между слоями кожи подальше от опасного органа, в котором они чуяли непогашенный заряд.

— Нервная активность двадцать четыре процента выше плато.

— Предел?

— При тридцати пяти вероятно восстановление координированной реакции.

— Значит, у нас осталось одиннадцать.

Игла вошла неглубоко. Тонкая, с четырьмя контактами на конце. Электростимулятор.

Приготовил экстрактор, и в этот момент правая стена раскрылась. Две кварцевые пластины просто разошлись по старому шву. Между ними появился объект размером с человеческий торс. Не человек, ещё один аппарат, но уже не хирургический.

Шесть опор, тяжёлый центральный корпус и складная манипуляторная рама. На раме висел цилиндрический контейнер длиной около метра.

— Экстракционный модуль, — сказал Архивариус.

— Для органа.

— Размер соответствует.