Мама объясняла: – В Духов день родился, с душком па-рень.
Вера не рассуждала: – Милюня моя.
И с тех пор, как себя помню, на меня изливали невообразимый поток фольклора – старинного и пореволюционного, деревенского и мещанского, народного и самодельного, жантильного и откровенного.
I. ДЕД. Был молчалив. Мне пел:
Ах вы, Сашки-канашки мои,
Разменяйте бумажки мои.
А бумажки все новенькие,
Двадцатипятирублевенькие!
Произносил свято-банное:
Понедельник и суббота —
Тараканяя работа.
Таракан воду возил,
В грязи ноги увязил.
Мухи его вырывали,
Живот-сердце надрывали.
От деда – хвост рифмованной азбуки:
Ер, еры —
Упал дедушка с горы,
Ерь, ять —
Его некому поднять,
Ю, юс —
Я сам подымус![16]
Дедово на чих: – Будь здоров, Капусткин!
Анекдот: – Одному прописали лекарство. Он выпьет и: Пи-пи-пи-пи. – Его спрашивают: – Ты чего пищишь? – А у меня в рецепте написано: принимай после пищи́.
II. БАБУШКА. Любимая песня:
Над полями да над чистыми
Месяц птицею летит,
И серебряными искрами
Поле ровное блестит.
Допетровская считалка:
Раз, два —
Кружева.
Три, четыре —
Прицепили.
Пять, шесть —
Кашу есть.
Семь, восемь —
Сено косим.
Девять, десять —
Деньги весить.
Одиннадцать, двенадцать —
На улице бранятся.
Тринадцать, четырнадцать —
Перо и чернильница.
Нелепица:
Чепуха, чепуха,
Это просто враки —
Сено косят на печи
Молотками раки.
Школярские вирши:
Пифагоровы штаны
Для решенья нам даны.
Нам все пуговки известны.
Отчего же они тесны?
Оттого, что Пифагор
Не ходил три дня на двор.
Доисторическая трагедия:
Фердинанд (видит на троне кучу): – Изабелла, это ты?
Изабелла: – Не я, не я!
Фердинанд: – Не верю, не верю,
Уведите эту засерю.
Такая же бытовая комедия:
Священник (нараспев): – Дьякон, дьякон, где мои нюхны́?
Дьякон (тоже нараспев): – За иконой, батюшка, за иконой.
Певчие: – Подай, Господи! 
