Андрей Серба – Искатель. 1985. Выпуск №4 (страница 35)

Вибрация снова перешла в хныкающие звуки. Он расположился на утесе. Его активаторы отдыхали в бездействии, которое было полно терзающей боли. Ворчун терпеливо дождался рассвета.

Звуки движения на юге нарастали. Они приближались к внешней границе его мира. Вскоре звуки начали раздражать наиболее чувствительные из датчиков. Из живота автокибера беззвучно появился бур, глубоко ввинтился в скалу, затем снова исчез. Ворчун, опустив сверхчувствительный датчик в скважину, тщательно вслушивался.

Слабое мурлыканье в скале смешивалось с хныканьем из пещеры. Он сравнил мурлыканье с записями из блока памяти. Сомнений не было — звуки исходили от движущегося сюда объекта. Он попытался послать импульс-запрос: «Свой или чужой?», но запрашивающее устройство не работало. По инструкции в этом случае движение надлежало расценивать как приближение врага. Но пока враг находился вне досягаемости его оружия.

— Луноходу—шестнадцать от командного вездехода… Дайте нам сигнал!.. Конец передачи… Прием…

Ворчун ждал ответа из пещеры — он знал, что подразделения врагов часто обменивались между собой похожими вибрациями. Но ответа не последовало. Вероятно, длинноволновое излучение не могло проникнуть в пещеру.

— Спасатель—шестнадцать, говорит командный вездеход Обри… Я полагаю, ваше радиооборудование неисправно. Если слышите нас, имейте в виду: мы остановимся в пяти милях от отрога и выпустим автоматическую ракету в зону Ред-ред. Головка представляет собой радиосонарный передатчик. Если у вас действует сейсмиттер, передатчик сможет служить нам промежуточной станцией. Прием!

Не обращая внимания на продолжающуюся вибрацию, он привел в готовность все боевые средства, констатировав досадную нехватку энергии. Вызвал глаз дальнего оповещения и минут десять дожидался, пока тот, подобно крабу, выбрался из Священного Места, чтобы занять наблюдательный пост около входа в пещеру. Если существо, засевшее там, постарается выбраться, он заметит это и успеет уничтожить остатки врага из миномета дальнего боя.

Мурлыканье становилось все громче. Готовясь к сражению, он снова скатился с утеса и на крейсерской скорости двинулся к югу, мимо выпотрошенного остова лунохода, перевернутого вверх гусеницами. Взрыв раскроил эту машину размером с товарный вагон пополам. Остатки нескольких двуногих разновидностей врага были разбросаны вокруг — крохотные поломанные вещицы в слабом земном свете…

Неожиданно горизонт на юге озарился яркой вспышкой. Крохотная точка огня рванулась вверх, дугой пересекая небосвод. Ворчун резко затормозил, чтобы рассчитать ее траекторию. Ракета. Она приземлится где-то в восточной части зоны Ред-ред. Он не успевал сбить ее.

Внезапно ракета замедлила полет, совершила мягкую посадку. В месте приземления взрыва не последовало. Тем не менее Ворчун вызвал еще одно передвижное ухо и послал его к ракете, а сам продолжил путь к южной границе охраняемого периметра.

— Спасатель—шестнадцать, вас вызывает вездеход Обри, — уловил он вибрацию на длинных волнах. — Мы только что выслали радиорелейную станцию связи в зону Ред-ред. Если вы находитесь не далее пяти миль от нее, должны нас слышать…

Почти немедленно последовал ответ из пещеры, который был принят передвижным ухом, слушавшим грунт около башни.

— Слава богу! Наконец-то, слава богу!..

Ворчун снова остановился, смутившись на мгновение. Он намеревался катапультировать мощный заряд через разрушенную равнину в точку приземления ракеты. Но оттуда не поступало сведений о каких-либо перемещениях, а следовательно, главную опасность представлял враг на юге.

— Спасателю—шестнадцать от Обри. Я едва слышу вас. Кто это, Кархилл?

— Обри!.. Голос, настоящий голос… Или я схожу с ума?..

— Шестнадцатому от Обри. Шестнадцатому от Обри. Прекратите бормотать и ответьте, кто говорит! Что там случилось? Вы уже отключили Ворчуна?

Последовала долгая пауза, прерываемая всхлипываниями, а затем едва слышно:

— О’кэй, сэр, я взял себя в руки. Погибли… они все погибли, кроме меня… Это действительно вы, Обри?

— Да, Сойер, вам не мерещится. Мы пересекаем зону Ред-ред на вездеходе. Доложите ситуацию. Мы не можем связаться с вами уже несколько дней.

— Ворчун дал нам возможность продвинуться на десять миль в глубь зоны, а затем накрыл нас зарядом из катапульты.

— Ваша система опознавания «свой—чужой» работала?

— Наша работала. Но у Ворчуна нет! Он взорвал луноход и ранил четверых. Он… он… Полковник, вам никогда не приходилось видеть, как тяжелый танк преследует мышь?

— Прекратите, Сойер! Еще одна шутка — и я живьем спущу с вас шкуру.

— Заберите меня отсюда!.. Моя нога!.. Заберите меня!..

— Если сможем. Опишите обстановку на данный момент во всех деталях.

— Моя нога… Меня слегка зацепило, я вынужден был накачать в скафандр воды и заморозить ее. Сейчас моя нога мертва. Долго я протянуть не смогу…

— Обстановку, Сойер, обстановку, а не ваши боли и переживания!..

Вибрация продолжалась, но Ворчун больше не обращал на нее внимания. Здесь, на освещенном Землей холме, в нем клокотала ярость. У подножия холма лежала граница периметра, но даже здесь он ощущал тревожные импульсы, исходящие от башни, расположенной в тридцати километрах за ним, в самом центре мира. Он был связан с башней неразрывно и в буквальном смысле слова пожизненно. Стоит врагу пересечь границу периметра, как связь расстроится, последует ослепляющая боль и взрыв.

Враг теперь двигался медленнее, осторожно направляясь в сторону. Было бы несложно уничтожить его одним ударом, если бы не кончился запас ракет. Дистанция броска катапульт ограничивалась двадцатью пятью километрами. Теоретически легкие пулеметы тоже могут поразить цель, но с такого расстояния точность попадания весьма мала. Следует подождать, когда враг подойдет поближе.

— Слушайте, Сойер, если система Ворчуна «свой—чужой» не работает, почему же тогда он не открывает огонь по нашему вездеходу?

— Это трюк, на который попались и мы, полковник… Мы вошли в зону Ред-ред, и ничего не случилось. Или у него не осталось дальнобойного оружия, или он хитрит, заманивая в ловушку. А быть может, и то и другое.

— М-м-м-м! Тогда нам следует остановиться здесь и придумать что-нибудь новенькое.

— Слушайте. Вы можете сделать только одно: вызовите управляемую ракету с базы.

— Уничтожить Ворчуна? Вы в своем уме, Сойер? Если Ворчун выйдет из строя, вся зона подземных сооружений взлетит в воздух! Согласно инструкции… Чтобы они не попали в руки врага. Вы же это знаете…

— Думаете, меня это очень волнует?

— Не кричите, Сойер. Эти подземные разработки — самая ценная собственность на Луне, — Мы не можем позволить себе потерять их. Именно по этой причине здесь был установлен Ворчун. Если это произойдет, я предстану перед военным трибуналом еще до того, как приземлятся обломки.

В ответ донеслись рычание и всхлипывания.

— Восемь часов кислорода… Восемь часов, вы слышите? Обри, поганый ублюдок, сделайте же что-нибудь…

Враг остановился на расстоянии двадцати восьми километров к югу от холма, где расположился Ворчун. Всего в трех тысячах метров за пределами досягаемости его катапульт.

Автокибер метался по холму, пытаясь дать выход клокотавшей в нем ярости и ненависти. Зрелище походило на танец чудовищного монстра. Куски скал рушились под ним и скатывались вниз, вздымая фонтаны пыли в долине. Один раз он, не выдержав, рванулся было к границе зоны и вернулся назад только потому, что боль стала непереносимой. Затем снова замер на холме, чувствуя слабость от нехватки энергии.

Ворчун решил проанализировать все заново, и наконец в его мозгу созрел план. Включив моторы, он медленно развернулся на вершине и величаво, с достоинством покатился вниз по северному склону. Проехав полмили, притормозил и медленно втиснул свое массивное тело в расщелину, где хранились аварийные запасы энергии.

Ворчун полностью опустошил запас заправщика — для осуществления его рискованного и хитроумного плана был важен каждый эрг энергии. Завтра, когда с врагом будет покончено, он оттащит энергозаправщик к главному кабелю для зарядки. Вставшее солнце запустит генераторы, и в энергии не будет недостатка. Но сейчас нужен каждый ее глоток.

— Не знаю, что могу для вас сделать, Сойер. Я не могу взять на себя ответственность уничтожить Ворчуна, а на Луне нет другой команды специалистов по автокиберам. Я запрошу Землю, чтобы прислали новых специалистов. А до тех пор я не могу послать людей в зону — Ворчун остается боевым автокибером, и это было бы равносильным убийству.

— Во имя всего святого, полковник…

— Слушайте, Сойер, вы же специалист по автокибернетике. Вы помогали обучать и тренировать Ворчуна. Неужели не можете придумать пути остановить его, не уничтожая зону разработки?..

Ворчун закончил зарядку и выбрался из расщелины. Он продвинулся на несколько ярдов к западу так, чтобы между ним и холмами на краю периметра была ровная часть поверхности без трещин. Здесь он остановился, включил несколько передвижных ушей, чтобы с их помощью как можно точнее определить местонахождение врага. Вибрации продолжались…

— Ну, Сойер?..

— Моя нога! Я так долго не протяну…

— Что ж, давай поговорим об этом…

— Нужно уничтожить его систему дистанционного снабжения энергией…

— Сколько это потребует времени?