Андрей Щепетов – Драм (страница 17)

- Ты меня обманул, значит должен ответить!

Пока всё логично – не поспоришь.

- Здесь мы тебя тронуть не можем!

И это не вызывает сомнений.

- Поэтому – будем ждать тебя через час в Лукоморье. Придёшь?

- Конечно! – я активно закивал головой.

Видимо мой энтузиазм проявился излишне бурно, потому что троица с подозрением посмотрела в мою сторону.

- Не явишься – хуже будет! – обнадёжил меня на прощание пятнистый.

Странно, но настроение не упало. Наоборот, я даже почувствовал некий подъём. А что? Деньги у меня есть, с голоду не умру. А если что-то пойдёт не так – куплю мороков и снова войду в дом. Отберу ключ у Малфаса и…

- Не получится, - зеркальце снова прервало мои мысли.

- Почему? – у меня похолодело внутри.

- Дверь открывается только один раз.

Мне стало не по себе. Я, конечно, не собирался возвращаться в реальный мир, но где-то в глубине души теплилась мысль о возможной лазейке на случай, если всё сложится скверно. А теперь выясняется, что обратного пути нет.

- А другие двери? – я с робкой надеждой взглянул на холодную плоскость.

Зеркальце изобразило на себе мужской торс.

- Не знаю, -  пожало плечами туловище

Я ему не поверил, но спорить не хотелось. Обличать вруна не имея улик - дело дохлое. Внезапно мои ноги налились свинцом, я почувствовал усталость. Взгляд зацепился за уютное слово “Трактир”. Еда и ночлег. То, что нужно! Смогу отдохнуть и собраться с мыслями. Я направился в сторону частной гостиницы.

На пороге меня встретил хозяин харчевни. Это был маленький человечек, румяный, как блин.

- Рад видеть гостя в моём заведении, - голос владельца гостиницы был масляным. – Чего изволите, номер, ужин или всё вместе?

- Мне – “всё включено” на сутки. Сколько денег?

- Прошу! – трактирщик вытянул пухлую ручонку в направлении ресепшена.

Мы подошли к потёртой конторке, человечек что-то  сложил в уме и выписал мне счёт. Пропустив подробности, я взглянул на итоговую сумму. Пятьдесят серебра. Почти вся моя наличность! Растерянность, возникшая на моём лице, не укрылась от владельца ресторации.

- Есть ещё один вариант! – его глазки сверкнули.

- Какой? – я был заинтригован.

Пухлая фигурка исчезла под секретером, раздался звон потревоженных рюмок. Послышалось усердное пыхтение. Наконец, раскрасневшийся толстячок выпрямил свою тучную фигурку. Его пальцы-колбаски сжимали клетчатый ящичек. Шахматы!

Я вопросительно посмотрел на трактирщика. Заплывшие глазки светились радостным энтузиазмом.

- Если сможешь выиграть, - пояснил он, - платить не потребуется.

Класс! Я не гроссмейстер, но играю неплохо. Даже был чемпионом школы! Так что, свободно могу дать сеанс одновременной игры. В воображении всплыл незабвенный турнир в Васюках.

- А если проиграю? - я решил уточнить, что будет в случае моего фиаско.

- Тогда, - хозяин пожал сдобными плечиками, - ты отдашь всё, что у тебя есть.

Ну, знаете, это уже слишком! Я развернулся к двери. Нет, уходить не собирался. Просто применил военную хитрость, чтобы сбить цену. Человечек этого не знал, поэтому с необычайной резвостью перекрыл мне путь к отступлению.

- Победишь – получишь эти чудесные шахматы! - он протянул мне деревянный футляр.

- Зачем они мне? – я оттолкнул от себя игровое поле.

В кармане возникла вибрация. Я достал зеркальце, оно тут же изобразило шестнадцать шахматных статуэток. Я ткнул в боекомплект пальцем, возникла следующая надпись: “ Шахматы – это возможность обзавестись доспехами”.

- Как? – мне был не понятен сам принцип предлагаемой аферы.

- Для того чтобы получить нужную вещь, - зеркальце настойчиво пыталось втолковать мне правила сделки, - необходимо иметь весь набор.

- А дальше?

Стекло изошлось терпеливым вздохом. Видимо моя непроходимая дремучесть в этом вопросе вызвала раздражение в хрупкой душе моего советчика.

- Просто меняешь его на доспех и всё!

Ладно! В общем и целом всё ясно, а детали уточним позже. Я решил принять предложение сдобного шахматиста. Взглянул на трактирщика. Тот, раскрыв рот, смотрел на зеркальце.

- Согласен! – я грубо прервал сеанс немого восторга.

Не люблю, когда так откровенно разглядывают мои вещи. Это меня угнетает и давит на  самолюбие.

- Значит так, - круглый человечек, встрепенувшись, решил уточнить регламент соревнования. – Если победишь, сутки имеешь полный пансион.

- И шахматы! – я указал на доску.

- И шахматы, - согласился мой соперник. – Если выиграю я, получаю всё, что у тебя есть.

Я кивнул.

- И это тоже, - толстяк бесстыдно вытянул палец  в сторону зеркальца.

Наглость – это не второе счастье, это главная черта трактирщиков. Я хотел донести эту простую мысль до своего визави так, чтобы ему стало стыдно. Но, немного подумав, решил к насилию не прибегать. Зачем? Зеркальце я не отдам никому. При любых раскладах. Если потеряю остальное - не беда. Такое со мной уже случалось, и ничего – пока ещё жив, и даже здоров.

Гостиничный монополист уже расставлял фигурки на доске. Теперь пришла моя очередь раскрыть рот. Статуэтки были словно живые. Они не блестели лаком, а имели естественный вид. Вот только не двигались. Стояли, не шелохнувшись, как заколдованные.

Упитанный домовладелец выбрал себе белый набор. Ладно, спорить не буду. Пусть. Как говорится, на правах хозяина. Так, отбросим всё лишнее и сосредоточимся на игре. Олимпийский принцип одиноких хоббитов – главное не участие, а победа.

- “Е” два – “е” четыре, - трактирщик сделал первый ход.

Подумаешь, удивил! Стандартное начало. Я смело направил своего пехотинца вперёд. Толстяк прикрыл пешку. Я тоже. Мой соперник начал вводить в бой фигуры. Я ответил тем же.

 Борьба умов вылилась в замысловатый эндшпиль, где положение чёрных было наиболее выигрышным. Непосвящённому показалось бы, что идёт равная борьба. Но инициативой владел я. Мои войска наступали, я играл первым номером. Белые оборонялись. Неожиданно они применили хитроумную защиту.

В ответ я разработал сложную комбинацию, целью которой являлось уничтожение вражеского ферзя. Взглянул на трактирщика. Тот  заволновался. Его лоб покрылся испариной, а нога задёргалась в лихорадочном тике. Толстяк встал и забегал туда-сюда по харчевне. Я  последил за его метаниями, отчего получил несказанное удовольствие. Довести противника до нервного срыва – это уже полдела. Считайте, игра сделана! Наконец, ресторатор, получив разрядку, вновь занял место напротив. Мы вернулись к прерванной партии.

Я взглянул на доску и опешил. Что за… На театре военных действий произошли изменения. Моя ладья была сдвинута вправо, а слон находился на другой клетке. И это ещё не всё! Я не досчитался одной пешки. Её просто не было на игровом поле. При этом я готов был поклясться, что к  шахматам никто не приближался. Внимательно посмотрел на прохиндейское личико моего противника. Тот сиял, как начищенный самовар. Нет, здесь явно что-то не так!

Краем глаза заметил движение на доске. Показалось? Присмотрелся внимательнее. Белый конь крадучись пробирался на соседнюю клетку, пытаясь поставить моих солдат в совсем уж глупое положение. Ах ты, лошадь страшная!

Я притворился, что хочу сделать ход. Моя рука зависла над доской. Правда, двигать фигуры я не стал. Вместо этого дал подзатыльник вражескому коню. Хитрая кобыла, не ожидав такого пердюмонокля, взбрыкнула и заняла совсем не ту клетку, на которую нацелилась вначале. Животное замерло, осуждающе глядя в мою сторону. Трактирщик, кажется, ничего не заметил. Я сделал свой ход.

В этот момент скрипнула дверь. В харчевню вошёл рослый тип третьего уровня. Хозяин гостиницы обернулся на звук. Очень кстати! Я продолжил предпринимать меры по обеспечению игровой дисциплины.

Если войска жульничают, значит виноват их предводитель. Я сжал кулак и приблизил это грозное нагромождение прямо к носу белого короля. Тот в ужасе отшатнулся. В качестве доказательства серьёзности моих намерений, стукнул стоящего рядом слона. Тот хотел возмутиться и уже поднял для этого хобот, но кулак, поднесённый непосредственно к бивням, изменил намерения капризного элефанта.

Видимо, воспитательная минутка не прошла даром. Белый король что-то рявкнул, мою пешку тут же вернули из плена. Кроме того, вражеские фигуры заняли правильные места. Ну вот, теперь совсем другое дело! Я прикинул в уме план генерального наступления и отдал войскам приказ о штурме вражеских укреплений. Чёрный король отсалютовал мне маленькой сабелькой и бросил солдат в атаку.

Блицкриг удался. Вражеский ферзь пал в неравной схватке с ладьёй и конём. Пехота соперника редела, как сорняки под лопатой дачника. Неприятельских фигур на доске становилось всё меньше и меньше. В конце концов, вражеский  монарх был загнан в клетчатый угол. Устав от чудовищной серии шахов, венценосная фигурка махнула на всё рукой и решила капитулировать.

Я взглянул на трактирщика. Тот удивлённо смотрел на то, как его маленькая армия терпит неожиданный крах. Наконец, его король выбросил белый флаг и, растерянно пожав августейшими плечиками, спрыгнул с доски.

Успешно проведённая операция наводила на мысль о гениальности полководца. Из недр моего организма тут же выскочила скромность и укоризненно покачала головой. Я мысленно наступил ей на горло и  выпятил грудь. Правда, вешать на неё регалии никто не торопился.

От приятных мыслей меня отвлёк скрип входной двери. Я посмотрел в ту сторону – снова третий уровень. Видимо, поняв, что хозяину трактира сейчас не до посетителей, он покинул негостеприимное заведение.