Андрей Савинков – Век стали и пара (страница 34)

Спустя пару минут добычей Найдена стала пара паршивых — совсем не чета оружию комиссара — барабанников с полусотней патронов к ним, два десятка талеров, всякая личная мелочь без всякого сожаления, отброшенная в сторону и наконец ключи от транспортного средства. А еще два удостоверения личности, сообщавших всем любопытствующим, что податель его числится лицензированным сыщиком в конторе «Золотой ключ».

— Слышал о такой? — Виктор поднялся на ноги и протянул кусок картона в плотной кожаной обложке напарнику. Удостоверение выглядело вполне настоящим и скорее всего таким и являлось. Во всяком случае фотографии, подписи, печати и положенные в таком деле «секретки» имелись тут в полном объеме.

— Не встречал, — Зайвен покрутил удостоверение, колупнул приклеенную фотографию ногтем, посмотрел под углом на отблеск чернил и разве что не понюхал. Потом качнул головой и вернул документ Найдену. — Даже странно.

— Вот и я не встречал. Что это нам говорит?

Количество различных «сыскных контор» в Поруссии вообще и в Александрии в частности было велико, но отнюдь не бесконечно. Государство все же старалось контролировать такую деликатную сферу деятельности максимально плотно, и даже просто получить лицензию на деятельность в сфере частного сыска было не так-то просто.

— Что у комиссара была своя карманная контора для всяких грязных делишек, — недолго думая пришел к очевидному выводу Зайвен. — Вряд ли он мог нанять пару лицензированных дуболомов для такой работы на разовый контракт.

— Вот и я так думаю, — согласился со своим напарником Виктор. — Любопытно было бы покопаться в бумагах этого «Золотого ключа», думается мне, найти там можно много небезынтересного.

Толстяк на это лишь все так же флегматично пожал плечами, он был человеком достаточно приземленным и высокими материями не интересовался — скажут собирать информацию, будет собирать, а нет — так и не нужно оно ему.

— Это все конечно очень интересно, но может быть нам пора покинуть, — Зайвен сделал неопределённое движение рукой, как бы обводя стены ставшей не слишком гостеприимной для Найдена квартиры. — Предлагаю разобраться со всем этим дерьмом где-нибудь в более спокойной обстановке.

— Пожалуй, — кивнул бывший принц и, переступив через распластавшееся на полу тело, двинул в сторону выхода.

Судя по тому, что в коридоре не было толп любопытных жильцов, собравшихся посмотреть на представление со стрельбой, в соседних квартирах действительно никто не обитал. Александрия не была самым безопасным городом на планете — города в эти времена в первую очередь были сосредоточием промышленности, к которой естественным образам прилагался и соответствующий рабочий контингент — однако бандитские перестрелки все же не были в столице чем-то совсем обыденным. Тем, на что можно привычно не обращать внимание.

Если же говорить о преступности в Поруссии в целом, то она конечно была проблемой, но надо признать, не самой главной. Как таковой организованной преступности практически не имелось, а наиболее часто случающимся в массе своей преступлением была банальная карманная кража. Самих карманников по возможности отправляли на каторгу — когда удавалось их поймать с поличным, что, если быть совсем честным, случалось не так уж и часто — но меньше их практически не становилось.

Второй типичной для больших городов напастью были простейшие грабежи в темных переулках, по сценарию: «дал по голове свинчаткой, рванул сумку и бежать». Таких архаровцев — зачастую вследствие их невысокого интеллекта и полного отсутствия фантазии — регулярно ловили и порой даже вешали, если в процессе «дела» человек не торопился расставаться со своим имуществом и платил за это не желание здоровьем или тем более — жизнью. Впрочем, это тоже была шушера, вывести которую можно было только общим поднятием уровня жизни, что, как ни крути, выходило сильно за рамки полицейских компетенций.

Гораздо опаснее и оттого интереснее людям с жетонами были различного рода контрабандисты, наркоторговцы, держатели подпольных притонов и игорных домов. Плюс национальная преступность, возникающая в плодотворной для этого дела среде сбежавших из заморских владений от постоянных войн и неурядиц в метрополию темнокожих — от едва заметной смуглости через «кофе с молоком» до полной угольной черноты — жителей колоний на обоих южных континентах. Коренное население Поруссии естественно приезжих ровней себе не считало, никаких социальных лифтов для таких «гостей с юга» не предполагалось, а жизнь их представляла собой в основном бесконечно тяжелую, зачастую грязную и опасную, и почти всегда — плохооплачиваемую работу от зари до зари.

При этом с последними угрозами полиция более-менее справлялась. Не без проблем, конечно, однако какого-то особого разгула преступности средний житель королевства в повседневной жизни не ощущал.

— Куда едем? — Зайвен с определенным трудом умостился на место водителя и повернулся к севшему рядом Найдену.

— Хорошо бы пожрать, — прислушавшись к своему организму высказал пожелание Виктор. — Как ты понимаешь, позавтракать я сегодня не успел.

Он выразительно посмотрел на часы и для пущей выразительности щелкнул пальцем по стеклу. Короткая стрелка была пути к вертикальному положению, намекая на приближение полудня.

— Я тоже, веришь-нет, кофе попить сегодня не успел, комиссар выдернул из кровати не свет не заря, так что возражать не буду, — Толстяк выразительно осмотрел своего напарника с ног до головы, — но ты уверен, что в таком виде тебе стоит появляться на людях?

Найден проследил за взглядом Зайвена и был вынужден с ним согласиться — видок у него после всех приключений последних суток был тот еще. Какой-нибудь бомж из тех, что поприличней, вполне мог разглядеть в полицейском «родственную душу».

— Тогда сначала к какому-нибудь магазину готового платья, а потом уже завтракать, — внес рациональное изменение в план Найден.

Зайвен посидел несколько секунд прикидывая, как лучше ехать, потом вставил ключ в замок, подавая в систему электрический ток, поддал топлива в топку — за время стоянки котел остыть не успел, поэтому ехать можно было сразу — и аккуратно принялся выруливать из тупичка.

Найден откинулся на спинку сидения и с тяжелым вздохом закрыл глаза. Из самой задницы он выбрался теперь нужно было придумать, что делать дальше. Под эти мысли Виктор сам не заметил как провалился в сон.

Глава 18

Главный герой решает мелкие бытовые проблемы и ищет дальнейший путь

— Просыпайся, приехали, — Найден был выдернут из сладкой дремы самым бесцеремонным образом. Зайвен без всякого снисхождения к жизненным обстоятельствам ближнего попросту ткнул кулаком посапывающего рядом мужчину, отчего тот спросонья попытался было сразу ухватиться за пистолет. — Э-э-э… Спокойно, все свои. Магазин готовой одежды заказывали? Мы на месте.

Виктору понадобилось несколько секунд, чтобы сориентироваться в пространстве и осознать, где он вообще находится. Паромобиль приткнулся в какой-то не слишком чистой подворотне. Судя по облезшей штукатурке на зданиях времён Александровского правления и выщербленной некогда «богатой» брусчатке на земле, они находились где-то во за пределами старого города, но не на самых окраинах столицы.

В те времена Александрия стремительно расширялась, превращаясь из средневекового, фактически, поселения в современный город. Обрастала заводами, фабриками, складами, а с ними и жильем, где рабочие этих предприятий должны были обитать. Естественно, по пышности внешнего убранства до центральных усадеб, театров, дворцов и соборов новые кварталы недотягивали, однако в те времена Поруссия чувствовала себя достаточно хорошо в финансовом плане, чтобы не застраивать столицу откровенным трущобами, и даже доходные дома для рабочих выглядели — во всяком случае внешне, потому что внутри, в недоступности от посторонних глаз там порой творился страх и ужас — вполне привлекательно.

С тех пор прошло добрых полвека, границы города расползлись еще дальше, появилась подземка, построили железные дороги, фабрики начали потихоньку переползать дальше на окраины, а вокруг центра города образовался такой себе «ржавый пояс» из когда-то приличных, а ныне пребывающих в достаточно скверном состоянии построек. Денег в Поруссии стало заметно меньше, ремонтировать дома, которые за полвека изрядно обветшали стало не слишком выгодно, да и смысла в этом было не много — центр города тоже увеличивался в размерах и на месте средней паршивости доходных домов то тут то там теперь появлялась недвижимость уровнем повыше. Было очевидно, что когда-нибудь столица просто переварит эти строения, и на их месте появятся магазины, парки, особняки, административные здания. Да даже те же доходные дома только не для бедняков-рабочих, а для публики побогаче.

Вот только процесс этот был не слишком быстрым, а с учетом нынешней ситуации в стране он, кажется, и вовсе застопорился, и таких вот полутрущоб в Александрии оставалось еще не мало. Тут продолжали жить рабочие и мелкие клерки, ютились магазинчики поплоше, порой сами по себе возникали — и чаще всего быстро прогорали — какие-то мелкие производства по типу булочных и кондитерских. Ну и для всяких темных личностей тут тоже всегда было раздолье, не без того.