Андрей Савин – Ошибка предубеждения. Книга 2 (страница 3)

– Наверное, я, – отозвался старший криминалист. – Один хрен, мне изымать это всё и описывать потом.

– Вам только в костюмчик наш противоосколочный нарядиться надо, мало ли… – Сапёр подозвал товарища.

Комплект разминирования перекочевал с подошедшего сапёра на плечи эксперта.

– Ничего себе кольчужка! Ну-ка, я хоть присесть попробую.

Эксперт присел и попытался встать, однако неосторожно запрокинул голову в тяжёлом сферическом шлеме и, потеряв равновесие, завалился назад. Все рассмеялись, под руки поднимая товарища.

– Ёлки-палки! Это как же вы в таком ходите-то?

После того как исполнили все необходимые формальности, связанные с официальным началом следственного мероприятия, приступили к осмотру. Криминалист несколько раз подзывал следака. Нашли отпечатки обуви, предположительно мотострелков, спасших на БМП старлея, и полный автоматный магазин, возможно, потерянный ими же. Однако уже через двадцать минут эксперт, сняв с головы «сферу», возбуждённо замахал рукой в очередной раз.

Специалист, сидя на корточках, ткнул пальцем в гущу травы. Там, буквально в полутора метрах от края перепаханного гусеницами чернозёма, виднелась подошва ботинка.

– Ближе не подойти пока, миноискатель «говорит», какой-то металлический предмет имеется. И не видно ничего, вроде тело лежит, но трава сверху сомкнута, словно специально замаскировали. Хотя дальше бурьян примятый – тропа протоптана, кто-то двигался однозначно.

– Думаю, тело. Заминировано, возможно. Причём и слева, и справа от него тоже «сигналит» металл. Лучше всего сдёрнуть труп, – высказал своё мнение сапёр. – Втроём запрячься и быстренько его оттянуть верёвкой. Запал у гранаты секунды две-три имеет задержку. Так что метра на два успеем оттащить, пока она взорвётся.

Так и поступили. Сапёр аккуратно петлей зафиксировал верёвку вокруг берцы ботинка. Отойдя на двадцать метров, втроём рванули конец и сразу же от неожиданности упали на землю – вес на другом конце оказался несоизмеримо маленьким. Описав дугу, рядом с ними упала… нога, оторванная по колено и обутая в ботинок. Взрыва от предполагаемого сюрприза не последовало.

Подошедшие молча смотрели на культю.

– Ладно, опечатывай её. Благо мороз, сохранилась нормально, – обращаясь к эксперту-криминалисту, произнёс следователь.

В траве нашли три пустых металлических магазина от АК-47, на которые и среагировал миноискатель. Также в бурьяне обнаружили следы обильной кровопотери, вероятно, полученной в результате травматической ампутации. Тела не было. Зато следы крови указывали, что примятый бурьян является следствием волочения по нему раненого хозяина конечности, которого кто-то эвакуировал в сторону сопредельной территории.

– Всё же попал…

– Что говоришь? – Бадрам переспросил Полетаева, который задумчиво смотрел на чёрные от запёкшейся крови стебли сухостоя.

– Нет следов взрывов, скорее всего, я попал всё же из зенитного пулемёта в колено одному из убегавших. Такая пуля напрочь отрывает сразу конечность.

Ближе к границе следы волочения тела в сухой траве уже были неразличимы – сухостой заметно поредел и стал ниже.

– Вот здесь они пересекли границу, – криминалист достал сигарету. – Дальше идём? – Он сделал длинный шаг. – Я уже за кордоном, – повернувшись лицом к остальным, он закурил и с улыбкой посмотрел на товарищей.

– Да. Нужно понять, где эти бойцы прятались, – Бадрам пытался разглядеть впереди признаки того самого блиндажа, о котором говорил Охлестин.

– С чего ты так уверен, что они где-то здесь укрывались? – вдруг спросил следователь. – Судя по всему… По крайней мере, вся оперативная информация говорит о случайной стычке. Радиоперехват же есть, что какие-то пьяные всушники заблудились. Да и бутылку мы пустую из-под водки нашли… Или я чего-то не знаю?

Андрей смутился, но быстро сориентировался:

– Да. Есть такой перехват. Но версию засады и преднамеренной провокации нам предписано отработать особо. Руководство хочет, чтобы дело передали на расследование в ФСБ, так что ищем любые признаки намеренного нападения.

– Да я в курсе «хотелок» наших боссов, однако… ты так сказал, словно уже на сто процентов уверен в засаде.

Дальше уже шли втроём: сапёр, эксперт и Бадрам. Трава стала очень невысокой, и земля хорошо просматривалась. Понять, куда здесь тащили тело раненого и, возможно, до этого самого Охлестина, оказалось нелёгкой задачей. Главной подсказкой были еле заметные, но всё ещё встречающиеся чёрные следы крови на скудных стеблях.

Через пару минут сапёр, что двигался в 30 метрах правее, сообщил об обнаружении ещё одного почти полного автоматного магазина от АК-74. Вещдок изъяли и медленно двинулись дальше.

– Впереди что-то лежит, – произнёс Бадрам, когда удалились от границы метров на восемьдесят. Он приложил к глазам бинокль. – Шапка! Военная шапка.

Подошли. Следователь и эксперт рассматривали находку:

– Странно. Кокарда со звёздочкой. Да и шапка сама нашей ивановской фабрики… судя по штемпелю. – Следак, сидя на корточках, повернулся к Бадраму. – Андрюха, слышишь? Шапка-то наша, неукраинская. Может, это наши заблудились, зашли на сопредельную территорию и напоролись на их пограннаряд или вэсэушников?

Бадрам, только взглянув, сразу сообразил, что головной убор – часть полевой формы, используемой в ФСБ. Он посмотрел на внутреннюю сторону: «Пятидесятый размер».

– Нужно обязательно хорошо упаковать и не заляпать, чтобы экспертизой установить хозяина потом, – ответил офицер и опять посмотрел в бинокль. Его внимание уже пару минут привлекал небольшой бугорок чуть впереди. Тут же по радиостанции раздался голос спецназовца, что шёл с сапёром правее:

– Прямо перед вами, метрах в сорока, предположительно, окоп или какое-то укрытие… разрушенное вроде. В любом случае пока не суйтесь. Сейчас мы чуть обойдём его, чтобы вход контролировать и подступы с той стороны.

Бугорок действительно оказался земляной крышей довольно большого блиндажа. Обследовать его изнутри не получилось, так как вход был обрушен, да и внутри частично обвалились перекрытия. Взрывотехник лёг на спину и, засунув в оставшийся просвет голову, замер.

– Ну чего там, Михалыч?

Специалист вылез из «норы»:

– Очень сильный запах тротила. Ещё не выветрился, – офицер встал и начал отряхиваться от земли, – его изнутри подорвали.

За оставшееся время нашли полевой кабель, шедший от блиндажа влево и вправо. Так как день уже катился к концу, решили осмотреть лишь правый фланг и выяснить, куда вёл обнаруженный провод. Почти в ста метрах кабель обрывался рядом с каким-то креплением, установленным на вбитый в землю металлический колышек. Криминалист легко выдернул анкер, и, близоруко разглядев изделие, поделился мнением:

– Трава вокруг словно скошена… или замята. Такое ощущение, что лёжка наблюдателя или разведтехника визуального контроля стояла.

Андрей огляделся по сторонам, подозвал Полетаева:

– Ну, что думаешь, участник событий? Что здесь всё же произошло?

– Могу только сказать, что неделю назад лично видел в «ночник», как в той ложбинке появились словно из-под земли несколько фигур, после чего была вспышка и звук автоматной очереди. И Охлестина подобрали через минут сорок в том же месте.

– Ты говорил, что тебя смутило что-то перед этим?

– Летёха мой пограничников обнаружил в ложбинке очень уж скоро. Не могли они ночью от дороги до неё так быстро добраться. Думаю, он этих нападавших увидел – в ночник-то особо не разберёшь. А Охлестин уже минут через семь появился. Эти-то на него и прыгнули.

– То есть нападавшие появились там буквально за семь минут. Так, получается?

– Не знаю. За семь минут они как минимум там суетились, что и срисовал мой комвзвода, – Паша снял шапку. Взъерошил ладонью волосы. – Кстати, вон и кочка, рядом совсем – видишь? За ней пограничник укрывался, что не дал нападавшим сразу скрыться, – он рукой с шапкой махнул в сторону границы. – А правее того капонира пятно чёрное, там позиция ПТУРов5 была. Мы их тоже разнесли в хлам. Стопудово как минимум один расчёт порвали.

До наступления сумерек обследовали кочку, нашли свыше сорока автоматных гильз. Два пустых магазина. Дальнейший осмотр решили продолжить на следующий день.

– Честно говоря, у меня вопросов сейчас больше, чем было до нынешнего утра, – следователь медленно попивал чай, сидя в тот же вечер за столом в кабинете городского отдела ФСБ. – Давай, Андрюха, какие у тебя теперь версии после сегодняшних находок?

Бадрам задумался.

– Лучше ты первый, а то у меня совсем голова разболелась.

– Ну хорошо. Давай я. – Он сделал большой глоток. – В ста метрах, в глубине сопредельной территории и почти у скрытого блиндажа украинских военных находим офицерскую шапку, российскую, скорее всего, пограничника. Метрах в тридцати, опять же, «за линейкой» – магазин с двадцатью тремя патронами. При этом патроны той же серии, что и гильзы, обнаруженные у кочки и гарантированно известные как оставленные нашим пограничником. То есть, смею полагать, найденный на той стороне магазин тоже принадлежит погранцам. Вопрос. Какого хрена шапка и боеприпасы наших военных там оказались?

«Блин, не лезь ты в эту сторону. Какая тебе, к чёрту, разница, откуда там шапка. Твоё дело осмотр провести квалифицированный, а не версии строить», – подумал уставший, а потому уже несколько раздражённый опер.