Андрей Сантана – Замкнутый круг (страница 43)

Теперь их общий знак единения выглядел как приговор, который подписала для них альбиноска.

— А вот и зачинщица! — послышались аплодисменты. Бэроу стоял в своей зрительской ложе. Растрепанный и пьяный. — Вот она, проказница! — лилось вино из кубка. — Девушка с кинжалом в рукаве! Подлая зверюга!

— Я убью... убью тебя, — глотала Айвори слова.

В этот момент из других врат показалась Митри, которая, таща за собой, вела закованную в цепи, избитую Расти.

— Ави! — смогла прокричать лиственная. Удар! Рукоятка клинка выбила несколько зубов.

— Стойте! — попыталась белая рвануться вперед, но сделала шаг и споткнулась. — Прошу!

— Видишь, мой дорогой альбинос! — продолжал паясничать Бэроу, швырнув кубок в заградительные прутья. — Вот он, ваш удел шавки! Пха! Какое шоу? Какие игры? — Митри поставила Расти на колени, поднеся к её горлу клинок. — А ведь все было так хорошо: будущее, планы… но вы, тупые дегенераты, не умеете жить цивилизованно!

— Пожалуйста... — тихонько всхлипывала волчица. Её голос заглушал ливень.

— Ха-ха-ха! Знаешь, — потыкал он пальцем. — Самое забавное, что одна из этих головёнок, — поцокал он языком, — а конкретно, рыжий лис, предал вас. он сам принес мне голову ударника и хотел спасти свою шкуру. Но разговорчивая Тая не смогла сдержать язык за зубами, — топнул Бэроу. — И они все сдохли! Они запутались и сдохли! Из-за тебя!

— Нет... это... — Сердце замедлялось, под кожей Ави начинала нарастать сила. Сила наполняла внутренности, проступающие вены белели.

— Госпожа Митри! — плюнул лорд.

— Умоляй меня, шавка! — чуть надавила клинком охотница. — Умоляй меня пощадить эту тварь!

Альбиноска смотрела потерянно, она сломалась, она тонула. Никто не спасет, никто не придет на помощь.

Клиф уже видел очертания форта. Его волчьи пальцы на руках и ногах стёрлись в кровь, но он продолжал бежать.

— Умоляй! — продолжала требовать Митри.

— Ум... — открыла рот Ави, губы дрожали. — Умол...

— Не смей! — прервала её Расти. — Не смей... — тихонько всхлипывала она.

Волчицы смотрели друг на друга, прямо в глаза. Передача мыслей.

— Еще никогда, никогда в своей жизни я не видела такой улыбки, как у тебя. Такой улыбки посреди всей этой грязи, — чуть засветились листочки на волосах. — Каждый раз я смотрела на тебя — и верила, верила, что у волков еще есть шанс. — Одинокие слезы на щеках. — Ты была моей луной, Ави, луной, которую нельзя разглядеть, до которой нельзя дотронуться. — Улыбка навстречу смерти. — И я так счастлива, зная, что этот мистический свет смог коснуться меня.... — Расти закрыла глаза. — Я люблю тебя, Айвори, незримая луна.

Митри перехватила клинок, занесла его.

— Я... — опешила Ави. — Я тоже лю!..

Удар!

Время остановилось. Блеск серебра, капли крови терялись в потоке дождя. Голова Расти упала на песок.

— Время вышло, — вытерла охотница оружие о рукав.

Стук сердца. Еще, еще быстрее. Айвори смотрела на обмякшее тело, смотрела на застывшую улыбку. Зрачки расширились. И когда белая раскрыла рот, чтобы закричать, закричать от невыносимой боли, разорвать свое тело, свое нутро, дать ему волю и поглотить этой ненавистью все…

Она оглянулась по сторонам. Туман. Рука на месте. И вокруг волки. Оборотни разных цветов и полов, и все смотрели на неё. Кто-то боялся, кто-то глядел с вожделением, яростью, грустью, счастьем. Одинокий и спокойный голос скомандовал издалека:

— Если кто-то сделает шаг, я убью его.

По рядам пронесся шепот. Никто не осмелился перечить, и только Калахад протянул руку непонимающей.

Ави впервые видела Альфу Берсерков, но что-то неуловимо родное говорило: это друг.

— Тебе туда, малышка, — выдохнул он дым, указывая в глубину тумана.

— А что там? — Ави говорила не своим голосом, но несколькими сразу. На душе было так спокойно, так легко, все горе осталось на Черной Земле. Тут мысли были чисты и ничем не замутнены.

— Сама увидишь, — склонившись, отошел Калахад.

Смотрящая в виде самого обычного волка с желтыми глазами повела альбиноску через выстроившиеся ряды. Некоторые, повторяя за Берсерком, начли склонять головы, преклонять колено, и один за другим пропадали в тумане. Оборот часов. Никого не осталось. Только деревья и танцующая дымка у корней.

Звук текущей воды.

Ави обернулась и поняла, что теперь находится совсем в другом месте. Маленький пруд… и юноша. Юноша, так похожий на неё. Полоская пальцы в чаше, он тоже поднял взгляд. Они — словно отражение друг друга, мальчик и девочка, волк и волчица, Альфа и Омега. Брат и...

— Привет, — милая улыбка, — сестренка. — Он обошел чашу. — Нам надо о многом поговорить. Прошу, не бойся, время здесь не властно.

Вдох, выдох.

Айвори пошла навстречу судьбе.

Глава 33 Истина часть 1

— Ты... — осторожно подошла Ави. — Ты сказал...

— Сестренка? — Альфа был максимально доброжелателен и полностью расслаблен. Его печальные глаза полнились счастьем, он ловил каждое её слово. Искренность, любовь. — Да, я твой брат, Омега, твой единственный и настоящий сородич.

— Уф, — чуть пошатнулась волчица. Новости сродни удару молота по голове.

— Аккуратней, — протянул руку юноша, бережно прикасаясь к ее пальцам. — Семья.

— Семья... — повторила Айвори. И, чувствуя его прикосновение, она желала верить, хотела этого больше всего, она доверяла ему с полуслова, ведь смотрела на него, как на свое отражение. — Братишка.

Шаг вперед, и Ави сжала его в объятиях.

— Ого, — улыбнулся белый волк и, чуть разведя руки, ответил тем же.

Общая кровь тянулась друг к другу, говорила громче любых слов. Подтверждала правдивость родственных уз, которые прошли через бесконечность.

— Но как? — подняла голову девушка.

— Наша история... — чуть помрачнел Альфа. — Она полна несправедливости, полна подлости и лжи. — Они разжали объятья. — Я все расскажу, хватит тебе бродить в потемках. — Локон длинных волос упал на его лицо. — Но предупреждаю, что это будет тяжело.

— Хочу знать все, — наполнилась уверенностью волчица. — Прошу, ничего не скрывай.

— И не собираюсь, — кивнул он.

Подведя Ави к чаше, он жестом попросил посмотреть в неё.

— Для начала ты должна увидеть это... — тяжело вздохнул Альфа. — Чтобы остальное обрело смысл.

Красные глаза посмотрели на чистую воду. Спокойная гладь покрылась рябью, закрутилась водоворотом, и сознание унесло в далекое прошлое, такое далекое, что у него не было года, не было отметки. Затерявшаяся во времени история.

По чистым лугам Черной Земли бежали оборотни. Они были дики, необузданны. Дикари, единственные короли, хозяева. Они охотились, жили в пещерах, строили хлипкие жилища, их шкуры были белы, как снег. Они не знали таких слов, как «эссенция», «люди», «маги», «ведьмы». Нет, они — единственные разумные, кто топтал первородную траву, первую природу, что увидела свет двух солнц. Сотни и тысячи белых волков. Племена, семьи, родовые династии. Свои конфликты, свои правила и законы.

Картина изменилась. Двух мертвых волков зарывали в землю, проводили обряд — утраченные ритуалы погребения. А клан двигался дальше. Время ускорялось, ускорялось немыслимо, неслось с такой скоростью, что вековые деревья прорастали из почвы, увядали и снова появлялись. Сами континенты смещались, меняли свое расположение. От общей могилы ничего не осталось, только маленькая поляна с прорастающими черно-белыми цветами. Дуновение ветра несло запах человечины: люди, но еще не охотники, маги древности вели за собой десятки рабов. Их хитроумные устройства, клокоча, искали месторождения.

— Здесь! — скомандовал грубый голос. Фигура в мантии, стуча посохом, отдавала приказы.

На потерянной могиле быстро разбили лагерь, построили добывающие конструкции. И когда начались раскопки, Айвори думала, что под землей эти незнакомцы найдут старые кости. Но — удивление, шок… Ее глаза раскрылись от осознания. Под покровом матери-земли люди нашли… залежи серебра.

— Что? — быстро перевела она взгляд на своего брата.

— Да, сестренка, — кивнул Альфа. — Главная шутка, оскорбление самой жизни. Каждая пуля, каждый клинок, выкованный из так называемого... серебра, — ядовито выплюнул юноша, — это наши предки, первые волки. Истинные оборотни.

— Луна... — Айвори стало тошно. Теперь в каждом оружии смерти Великой Охоты она видела сородича. Даже здесь, даже так человечество с начала времен эксплуатирует её род в своих целях. — Мне... мне нужна секунда.

— Конечно, — окунул братец пальцы в воду, стирая картину.

— Серебро — это мы, и мы же убиваем других волков?

— Серебро никогда не было чем-то, что подарила им мать-земля, серебро — это сила нашей крови. Это часть нас, она бежала по нашим венам, была защитой и оружием.

На мгновение Айвори увидела, как руки белых волков обращаются клинками, как их шкуры покрываются серебряной оболочкой. Хищники и их оружие.