Андрей Сантана – Черные карты. Том 2 (страница 10)

— Я игрок, — сама произнесла Виви.

— Вижу, Белая Лилия, — перевернула листовку старуха. — И что?

Небо и земля! Никакого пресмыкания перед гамблерами. Теперь мне во сто крат больше захотелось посетить другие города, что находились под контролем других цветов. Неужели везде разная реакция на игроков? Синие: «Мы высшие существа». Зеленые: «Не выше простых людей».

— М-м-м, — изобразила задумчивость Виви — и бросила взгляд на меня.

А… О… Кажется, я понял. Вот почему она взяла меня с собой.

— Я заплачу́. — Мэри протянула мешочек серебряков. После десятка заказов теперь и у меня есть серебряки. Хе! Больше не нахлебник.

— Твои слова, не мои, — воодушевилась альбиноска. Вроде. Набрав с нижних полок шоколада в ярких обертках, она спросила: — Что любит мисс Асити?

Секс. Сигареты. Вино. Сыр.

— Не… кхм… не знаю точно, — потер я шею.

— Надо знать, Коста, иначе как порадовать любимого человека? — свалила она все на прилавок.

— Да ты… — передернуло меня. — К… Кхм, — подступил ком к горлу. — Как учителя, само собой, я люблю и уважаю её, — натянуто улыбнулся я.

Виви несколько секунд смотрела на меня не отрываясь.

— И вправду плохие актеры, — отрицательно помотала головой девушка.

— Не поним…

— Пятьдесят за все, — прервала мои оправдания старушка.

Чего так дорого⁈

Я, конечно, не жадный, но начинаю понимать все те шутки из таверн про женщин и звонкие монеты. А точнее, про их отсутствие, коль хочешь иметь первое. Стоп… Под «иметь» имелось в виду…

— На, — протянула мне одну сладость Виви, когда мы вышли наружу.

— Ага. — Из десятка штук заслужил только одну. — Ты так сильно любишь сладости? — выдохнул я.

— Люблю, — сходу раскрыла Виви большую шоколадку. — Это целое искусство, так много всего придумали люди. И никогда не знаешь, какой будет вкус у нового дара. — Откусила. Сморщилась. — Порой он бывает… — начала она жевать, — горький.

— А прочитать на обертке, что это темный шоколад, нельзя? — продолжаю улыбаться.

— И то верно. — Снова откусила. Вытерла край губы. — Но, если знать все наперед, какой тогда смысл? Жизнь любит того, кто любит ее.

Философия на основе сладкого… Шут Принцессы. Как есть. Но не буду отрицать, мне хотелось побеседовать с Виви подольше. Она все еще оставалась загадкой. Как она познакомилась с Авики? Почему решила стать игроком? Что за духи лежат в её «рукаве»? Почему Белая Лилия? Много всего, но, думаю, время еще будет.

— Па! Мы вас потеряли! — успокоились учителя.

— Мы немного побеседовали с господином Парсией, — явно было стыдно Асити.

— Коста купил мне сладкого, — кивнула Виви. — Это называется свиданием?

Мои глаза округлились.

— Ха-ха-ха! Нет, милая, не думаю, — захохотал Авики.

— Ясно, — захрумкала альбиноска дальше.

— Как я и сказала, Кван, — потерла висок Вердо. — Тут только дело привычки.

— И, кстати, насчет тебя! — ткнул в мою сторону мизинцем Торн. — Путем мастерских переговоров, — Асити вновь закатила глаза, — с этой минуты я становлюсь твоим вторым учителем!

— Временным! — стукнула Асити по плечу друга.

— Не придирайся к словам!

— Эх! — подошла госпожа ближе ко мне. — Он прав, пора подтянуть еще одну сторону твоей игры, Коста, — цокнула языком Ли Вердо. — В этом плане Лисицы сдержанны, и мне самой вся эта чушь претит. Но лишней не будет.

— Какую сторону? — не совсем понимал я.

— Образ Алого Принца! — щелкнул пальцами Авики. — Как вызывать к своей персоне глубокие чувства! Превращать свои бои в целое представление. — Он обнял себя. — Чувства, кураж, замирание чужих сердечек! — вскинул руки, словно тянулся к солнцу. — Бранна смотрит — и послала мне такую потеху! Ха-ха-ха!

Я дернул бровью.

— А… свою ученицу вы тренировать не хотите?

— Пф-ф-ф! — хитрая ухмылка. — Что бы ты понимал! Милая Виви перетягивает на себя все внимание зрителей с легкостью цирковой лошади.

— Вы сравнили меня с лошадью? — погромче надкусила плитку девушка.

— Хе… Хе-хе. Кхм! — резко повернулся Авики. — Ну все, хватит топтаться на месте, — потопал он дальше. — Идем штурмовать поместье!

Погорелый хотя и небольшой, но все же городок. Но что тут, что в Сверебро не было неблагополучных районов, как в Арлекинуме. И это чувствовалось. У Синих… Да, была банда, но улицы по большей части были чисты, ухожены, стража поддерживала порядок.

А тут… Хм. Мы прошли всего ничего, но уже видели, как прямо на асфальте сидят бездомные, просят милостыню. И прямо у них под боком — уличные музыканты. Одиночки, играющие то на скрипках, то на губной гармошке. Парнишка, завидев наш отряд, подорвался, снимая шляпу-котелок.

— Монету, господа и дамы!

— Ха! — сбавил шаг Авики. — Встанешь на руки, тогда дам.

— Эт я легко! — прямо на ходу парнишка зажал зубами головной убор. — Оп-фа! — Встал, действительно встал — и даже прошелся на них немного.

— Молодцом! — кинул серебряк король Шутов.

— Благодарствую! — встал ровно юноша. Прикусил металл, кивнул. Хм… Кому он кивнул?

— Заметили? — продолжал улыбаться Торн. — Виви, Коста? — Асити тоже улыбнулась.

Я ничего не ответил, а вот альбиноска…

— Он проверил, есть ли у нас монеты, — облизывала она палец. — Очевидно, не поняв, кто мы.

— И что это значит? — пристукнул я тростью.

— Как же я люблю мои вечно Зеленые города! Ха-ха-ха!

— Это значит, Коста, — стала серьезней Вердо, — что до особняка мы просто так не дойдем.

Зеленый цвет. Цвет свободы. Цвет беспорядка.

Я успел заметить движение на одной из крыш.

— Приготовились, — улыбнулся во весь рот Шут.

Зеленый цвет… Цвет безумия.

Выстрел! Свист арбалетного болта.

Глава 8

Несколько минут

Снаряд… вонзился в землю. Из всех дернулся только я. Хотел призвать Мэри.

— Не туда смотришь, Принц!

И вправду, раздался щелчок еще одного спускового механизма.

Снова болт воткнулся рядом. Стреляющие явно не пытались попасть в нас. Они… отвлекали внимание. Я почувствовал, как мешочек на моем поясе дернулся: укрепление тела сработало. Быстро и резко шевельнул рукой, схватив невидимый объект, за моей хваткой последовала Мэри.

— Кх-х-х. — Схваченный сразу двумя руками дух сбросил маскировку. Невидимость. — Ку-ку! — Гоблин таращился на меня. Я сжимал его одежду, мой Страж — горло.