Андрей Самусев – Грани игры (страница 22)

Глядя, как споро на карте появляется ломаная линия их пути, норд втайне порадовался тому, что проводник обошелся ему совсем дешево. Не будь рядом Куно, то извилистая дорога через лес, а последние полчаса среди холмов, постепенно из едва заметной тропинки, превращающаяся в нехоженую пустошь, далась бы Тёму куда сложнее. Да и мелькнувшая вдали стая северных волков, каждый из которых был вдвое сильнее обычного, сдержалась только уровнем охотника. А будь норд один, наверняка сагрилась бы, с очевидными для Тёма последствиями: два часа от точки возрождения с посмертной ломотой во все теле под бодрый марш: "пилите, Шура, они золотые".

Куно, до этого бодро шагавший впереди Тёма, вдруг остановился. На вопросительный взгляд Тёма утвердительно кивнул.

— Всё, дальше я не пойду. Деревня пифэри прямо за этим холмом. Мне с ними встречаться ни к чему. Я не на охоте. И если второй раз прийду к ним с одним и тем же вопросом, местный шаман просто объявит меня шпионом. И это будет очень печально. Моя невеста так и не станет моей женой.

— А кто есть этот шаман?

— Я думал ты спросишь, почему невеста не станет женой. А шаман? Иди, сам всё увидишь. Мимо шамана не пройдешь, он у них там всей кухней заправляет. Удачи, норд Она тебе точно не помешает.

— Ага, бывай, и тебе удачи, а ещё быстрее передать личный привет будущей жене.

Охотник был явно тронут пожеланием норда. И Тём попробовал выжать ещё капельку:

— Куно, может ты к моей удаче, ещё и какой‑нибудь добрый совет напоследок дашь?

Тот соглашаясь, вздохнул и махнул Тёму рукой вправо от холма.

— Ладно, иди за мной. Этим путем идти чуть дольше, но и проводить тебя я смогу дальше. Хочу показать кое‑что.

Что именно хотел показать охотник, Тём заподозрил, когда обогнув холм увидел впереди каменный столб пятнадцатиметровой высоты, в диаметре имеющего метра два.

— Это что?

— Указующий перст. Когда‑то он меня выручил. Подойдем ближе, я покажу как быстро можно забраться наверх. Там очень удобная площадка для обороны. А с твоей красавицей глевией, да за щитом там долго можно отсиживаться.

— Это к чему такой мрачный прогноз.

— Ни к чему. Всё‑таки к пифэри идешь, а они народ не очень дружелюбный. Я буду очень рад, если тебе этот палец не пригодится. Вот видишь ступенечка, а дальше трещинка. В неё ставишь ногу, опираешься рукой на полочку, теперь вперед и вверх, не останавливаясь. Там разберешься, да, вещи лучше внизу не оставлять. Пифэри запросто увести могут. По части подкрасться и стянуть какую‑то вещь равных им я на Раттемарке не встречал.

Тём иронично опустил уголок рта. Уж больно забавно выходит. Ему, хорошо знакомому с альпинизмом в реале, сейчас здесь рассказывают азы альпинизма. И что? Хочешь, не хочешь, а курс молодого бойца надо проходить заново.

Когда Тём добрался до верха столба, Куно внизу уже не было. Фигура охотника мелькала метрах в ста в обратном от поселка пифэри направлении. Махать ему вслед, и ещё раз говорить спасибо было и поздно и не нужно.

Путь наверх вышел сложным. Ползти, прижавшись к скале в кольчуге с глевией и щитом за спиной было тяжело и неудобно. Опыт преодоления скал, полученный в реале, помогал очень слабо, а иногда и вовсе мешал.

Тём надолго застрял под нависшим небольшим участком отрицаловки, который не удавалось пройти не влево не вправо. Выйти вверх можно было зацепившись двумя пальцами за щель над головой, но Тём, зная свои возможности, да ещё и не в обвязке, а в тяжелом обвесе, этот путь сразу отмел.

Держась на кончиках пальцев одной ноги и расклиненом в щели кулаке левой руки, Тём правой ощупал всю доступную гладь скалы в поисках зацепки. И только не найдя никаких подсказок на стене, подтянулся вверх на двух пальцах. И легко пошел дальше. Все его знания "смогу/не смогу" из реала были посрамлены.

Норд аккуратно сложил на верхней площадке лишние вещички, осмотрелся по сторонам. С этой высоты было отлично видно не только неглубокий ров и земляной вал, густо засаженный кустарником сверху, но и поселок с домами больше напоминающими землянки, так как покатые крыши, укрытые ветками, возвышались не более чем на метр — полтора от земли. Поселок при виде сверху, представлял из себя три улицы с двумя переулками, и был совершенно пуст. То, что он не брошен своими обитателями можно было понять только по торчащей из‑за кустов на валу голове местного стражника.

Надо было идти искать местное начальство. Немного поколебавшись, Тём решил не брать глевию, ограничившись коротким мечом. Потеря щита и меча его не пугала. А вот доставать из враждебной деревни Змею крови, если переговоры провалятся, Тём очень не хотел. Ещё меньше он был готов расстаться с глевией, если миссия по возврату потерянного оружия окажется не выполнимой. Так что перестраховка в любом случае лишней не была.

То почему ров вокруг поселка не глубокий, Тём понял, заглянув в него с перекинутого мостика из трех бревен. Хоть и мелким ров назвать язык не поворачивался, так как почва, в которой он был выкопан, представляла из себя смесь камня и глины. Как и чем вообще можно было прокопать в этой каменистой почве канаву двухметровой глубины, Тём даже не представлял.

Стоящий по ту сторону мостика стражник проигнорировал норда бездействием, ничего не спросив и ничего не сказав. Но смотрел внимательно всё время пока Тём приближался к узкому проходу через колючий вал. И если при входе в Ольхар стражник оценивал степень достатка и платежеспособность норда, то местного явно больше интересовало насколько тот угроза для поселка.

Тём шел по пустому поселку, а за ним от ворот увязалась невесть откуда вынырнувшая пара детишек. Потом их стало четверо, потом стайка. Они четко выдерживали дистанцию, просто тупотили за ним на отдаление двух — трех метров и молчали. От того, что маленькие дети молчат, становилось как‑то не по себе.

Поймав взгляд самого взрослого и с виду самого смышленого ребенка, Тём спросил:

— Где я могу найти вашего шамана?

Тот не ответил. И по лицу мальчишки нельзя было понять, услышал он Тёма или нет. И вообще понимает ли он вопрос, заданный нордом.

К детишкам начали присоединяться взрослые. Хотя по росту эти взрослые вполне вписывались в стандарты для десятилетних подростков. Тём повторил вопрос и к ним, но с той же ответной реакцией получил такой же никакой успех.

Когда из очередного дома — землянки, ничем не выделяющегося в уличном ряду, на дорогу перед Тёмом шагнул слегка сгорбленный, сухой и уже давно не молодой мужчина, с заплетенными в косичку седыми волосами, и в причудливо расшитой кожаной одежде, норд понял, что это и есть хозяин местной кухни.

Тём остановился и вежливо поклонился загородившему ему дорогу. Мысли заметались в поисках правильного варианта разговора. Жители поселка буквально давили его своим молчанием, четко давая понять, что второй попытки задать нужный вопрос у норда может не быть.

— Я пришел к вам с миром и готов стать вам другом и помощником.

Шаман ничего не отвечая норду, развернулся к нему спиной. И мальчик, которого Тём ранее определили как самого смышленого, первым бросил в норда камень. Не сильный удар по кольчуге никак не отразился на световосприятии, если что и сняв с его линии жизни, то не более трёх единиц.

Но он был всего лишь первый, из доброго десятка камней, забарабанивших в спину, рванувшего в пустой переулок, норда. То, что Тём ранее рассмотрел план поселка с площадки на столбе, сейчас его спасало. Четко представляя куда бежать дальше, и заработав ещё всего пяток болезненных ударов камнями, Тём побежал впереди молчаливо гнавшей его толпы и, сделав петлю по поселку, выскочил к тому же проему в ограде, сквозь который он заходил к пифэри полчаса назад.

Стражник на это раз не был безучастным и встретил приближающегося норда выставленным острием копья. То ли повезло, то ли ловкости хватило, но уклонившись от выпада, норд на скорости врезался в копейщика и будучи гораздо тяжелее пифэри, буквально как кеглю ударом своего тела снес того в ров. Страйк!

Вот после этого толпа взвыла. И вой этот был ничуть не добрее давившей до этого на Тёма тишины. Тём несся к спасительному столбу.

Это был совсем не весенний бег молодого Бога. Это был бег загнанного волка, у которого на хвосте клацала зубами стая гиеновидных собак.

Вовремя прокачанный "альпинизм" и пройденная в тренировочном режиме десяток раз трасса от подножия на вершину столба, стала для Тёма буквально "трассой жизни", по которой он взлетел ящеркой. Скорость, с которой он взобрался на верхнюю площадку, просто не позволила преследователям сбить его со скалы камнями. А когда в ответ на полетевшие из пращей камни, Тём закрылся дождавшимся его возвращения щитом и выставил из‑под него острие глевии, шаман рыкнул что то самым быстрым своим бойцам, успевшим добраться до середины Перста, возвращая их вниз.

После этого пифэрская народная забава "загони чужака" взяла паузу.

Выпустив для порядка с десяток камней вверх и ожидаемо не получив никакого результата, преследователи расселись по кругу на землю, всем видом показывая Тёму, что они здесь надолго, а то и навсегда.

Хоть спускайся вниз и сдавайся на милость дикарей. Может и спустился бы, если бы не одно но… Куно как то же выкрутился из похожей ситуации. А в том, что он сидел на этой площадке, в ожидании милости для своей горькой доли сомнений не было. Чувствовать себя глупее непися было унизительно. Несмотря на объективный факт проигрыша чемпиона мира по шахматам искусственному интеллекту.